SensiblyTainted [<a href="/cdn-cgi/l/email-protection" class="__cf_email__" data-cfemail="5003353e2339323c290431393e2435346261102931383f3f7e333f3d">[email&#160;protected]</a>] - Вернуть себя

Зельевара подташнивало. Кружилась голова, после многочисленных Круцио навалилась страшная слабость. А еще он чувствовал страх, узнав о новом плане Лорда. Кое-как, держась за стены, профессор добрался до лаборатории и нашел необходимые зелья. Стало легче. Уже более уверенно он повернулся, собираясь идти с докладом к Альбусу, когда в дверном проеме заметил напряженно застывшую бледную Нарциссу.

– Северус, быстрей… Мальчики…

Ничего больше и не надо было говорить. Он рванулся к детской.

Гарри безвольно лежал на руках Люпина, по его телу каждые несколько секунд проходили волны судорог. Засохшая кровь покрывала бледное личико. Драко, явно только что разбуженный, щурясь сидел в кровати. Он выглядел ошеломленным и испуганным. Нарцисса склонилась над ним, одновременно рассказывая Северусу о криках Гарри, о конвульсиях и о том, как она, что бы не делала, никак не могла разбудить Драко. Северус слушал, проводя диагностические тесты. И побледнел еще сильнее, когда увидел результаты.

– Ему необходимо дать те же зелья, что пил я. Нарцисса, в буфете, быстро!

Женщина кивнула и вылетела из комнаты.

– Папа? – слабо спросил Драко. – Ты в порядке? Мне снилось, что тебя обидел страшный черный человек…

Северус, не сдержав изумленный вскрик, склонился к Драко. – Что тебе снилось?

* * *

– Страшный человек стоял перед большим количеством людей в черных мантиях. Некоторых он наказывал… и тебя тоже. Ты, правда, в порядке? Ты кричал и кричал… – Драко стал всхлипывать, хотя было видно, что он пробует взять себя в руки. Северус обнял мальчика, укачивая и поглаживая. И твердо сказал, что он в порядке. Драко немного успокоился и продолжил: – Черный человек сказал, что он теперь усп.. леш…ус…

– Успешный… – рассеянно поправил Северус.

– Да. У него теперь есть армия. Было страшно… много больших уродливых троллей, много исполинских кошек и мужчин-волков в клетках. Был кто-то еще, но я не видел всех. Тогда он вознаградил некоторых людей в черном, затем все исчезло, и я оказался снова дома, – серые глаза внимательно следили за вошедшей в комнату Нарциссой. Женщина осторожно стала вливать зелья в рот бесчувственному Гарри. Зрачки Драко в панике расширились. – Малыш! Что с ним случилось?

– Твой сон был реален, Драко. Ты видел то, что действительно случилось. Думаю, это из-за Гарри. Но Гарри… Он не только видел, он еще и на себе испытал все то, что чувствовали те, кого карал Вольдеморт.

– О нет! – Драко плача скорчился на кровати, и Северус взял его на руки, поднося ближе к темноволосому малышу. – Ему ведь больно!

– Мы позаботимся о нем, Драко, – успокаивающе произнесла Нарцисса, забирая сына.

Северус склонился к Гарри, и Ремус неохотно отдал ребенка. Баюкая обмякшее тельце, профессор мрачно произнес:

– Необходимо отнести его в больницу.

Нарцисса кивнула и с Драко на руках пошла вперед. Ремус все так же молча следовал за их маленькой группой.

Помфри пришла в ужас от тех повреждений, что получил мальчик из-за многочисленных Круцио. Понадобилась дюжина заклинаний, микстуры, мази…

Северус неподвижно сидел рядом с Гарри, пока не прибыл Дамблдор и не забрал его в свой кабинет, чтобы узнать, что произошло. Снейп спокойно рассказал все, что произошло сегодня на собрании; все то, что увидел Гарри, благодаря проклятой связи с Вольдемортом.

Холодно и отчужденно смотрел профессор на человека, которого когда-то считал вторым отцом.

– Итак, при таком раскладе, я, как шпион, буду вам не нужен.

– Я пытаюсь… – серьезно произнес Дамблдор. – Я пытаюсь найти способ блокировать видения от шрама. Нельзя давать Вольдеморту доступ к сознанию мальчика.

– Проклятье! Вы ведь прекрасно знаете, что нельзя блокировать вторжение такой силы! Лучшее, что можно сделать – научить Гарри закрывать разум! Он сможет вовремя отразить эхо проклятий Вольдеморта, но он все равно будет видеть собрания у Лорда. И ничего, чтобы остановить это, сделать мы не можем. Даже Оклюменция не остановит Лорда. Но сможет защитить большую часть разума. Я снова начну преподавать ему Оклюменцию и медитацию, чтобы обезвреживать эхо проклятий. И больше не смогу шпионить для Вас. Гарри нуждается во мне.

– Ты не можешь так поступить! – взорвался Дамблдор. – Мы не знаем, правда ли то, что видит Гарри. Вольдеморт и раньше насылал ложные видения.

– Я уверен, что, как только Гарри изучит Оклюменцию, он легко сможет отличить ложные видения от истинных. Очень сложно заменить мысль настоящую на поддельную, разве нет?

– Я вытащил тебя из Азкабана! Взамен ты обещал служить мне.

– И я служил! В течение восемнадцати лет, я искренне служил тебе. И сейчас служу. Мы все нуждаемся в Гарри. Гарри нуждается во мне, – Северус повернулся к двери. – Я делаю то, что считаю правильным. Ты прекрасно это знаешь.

Дамблдор сидел в своем кресле словно громом пораженный. Все вышло из-под контроля. Необходимо что-то делать!

В воскресенье утром Гарри проснулся в своей собственной кроватке. Сияющий Драко, лежащий рядом, улыбнулся и поцеловал его в щеку. Это заставило малыша покраснеть и спрятать лицо на груди Малфоя. Они шепотом рассказывали друг другу о страшном сне; сне, разделенном на двоих. Драко помнил все более ясно, так как не был отвлечен болью, и объяснил малышу, что все это случилось в реальности. И о плохом Вольдеморте, и об Упивающихся, и о троллях. Гарри слушал спокойно, и когда Драко закончил, вновь спрятал лицо на груди блондина. Малфой обнял его и погладил спутанные темные волосы.

– Я боюсь, – сквозь слезы прошептал Гарри.

Северус, все это время наблюдавший за детьми от двери, тихо приблизился к кровати и поднял обоих на руки, крепко прижимая к себе.

– Я знаю, что вам страшно. Но я научу тебя, Гарри, как обращаться с такими снами, и сумею защитить. Ты в безопасности.

– И я буду защищать тебя, малыш! Я ведь тебя люблю! – горячо пообещал Драко, целуя влажную от слез щеку.

Гарри прижимался к ним с благодарной улыбкой.

– Я тоже тебя люблю, Рей. И тебя, папа.

– Пошли, – хрипло и невнятно произнес Северус, сжимая малышей еще крепче. – Давайте пойдем на кухню и что-нибудь съедим, а?

Ремус и Нарцисса уже ждали за столом. На вопрос Луни, как они себя чувствуют, Драко, задрав нос, заявил, что прекрасно, но его серые глаза продолжали встревоженно следить за Гарри, который ослепительно улыбнулся и сказал, что он тоже в полном порядке. И все время пока дети ели, разговор шел только о разных забавных вещах. Позже, Северус увел мальчиков в кабинет и начал преподавать им основы Оклюменции.

Он не пытался проникать в их разум, лишь объяснял, как научиться сосредотачиваться на какой-то одной вещи, пока определенная мысль полностью не заполнит сознание, вытесняя все остальное, заставляя не думать ни о чем постороннем. Далеко они не продвинулись, ведь детям было всего по пять. Но это было начало…