SensiblyTainted [<a href="/cdn-cgi/l/email-protection" class="__cf_email__" data-cfemail="5003353e2339323c290431393e2435346261102931383f3f7e333f3d">[email&#160;protected]</a>] - Вернуть себя

– Это – хорошие новости, мой мальчик, – Дамблдор ярко улыбнулся. Рука, покрытая старческими пигментными пятнами, ободряюще сжала плечо зельевара. Тот не произнес ни звука. – Я взгляну на них.

* * *

Ремус начал задыхаться – оказалось, что быть лошадкой, скачущей галопом с сидящими на спине всадниками, не так уж легко. Один Гарри не поехал бы, поэтому пришлось усадить на спину еще и Драко.

Люпин улыбнулся, когда услышал восхищенный смех Гарри и счастливые приказы Драко «быстрее», «вперед, лошадка!». Оборотень был так занят, что первыми зрителей заметили мальчики.

Смех Гарри затих. Драко замолчал. Ремус повернулся к двери, чтобы увидеть прячущего улыбку Северуса, удивленного директора и смеющихся женщин. Он осторожно уселся, подхватывая наездников на руки. Гарри не выглядел испуганным, каким становился раньше при виде незнакомых людей. Но в его глазах горели настороженность и недоверие.

– Мама, я хочу пойти поплавать, – внезапно заявил Драко. Столь пристальное внимание его ни капли не смутило.

– Я подумаю об этом, – Нарцисса мягко улыбнулась. Сын тот час сурово нахмурился и раздраженно скрестил руки на груди.

– Ты тоже хотел бы пойти поплавать, юный Гарри? – спросил Дамблдор, делая несколько шагов в их сторону.

Гарри кивнул и, выдавая свою нервозность, потянулся, чтобы схватить Драко за руку.

Блондин с улыбкой взглянул на мальчика, лаская его пальцы.

– Все хорошо. Папа тут. Он не позволит причинить тебе вред.

Гарри кивнул и застенчиво улыбнулся, продолжая крепко сжимать ладонь блондина. Тот, казалось, не возражал. Директор медленно опустился на пол к Ремусу. Драко с любопытством приподнялся на коленях Люпина, но Гарри откинулся назад на грудь оборотня, чтобы между ним и стариком оказалось как можно большее расстояние.

– Ты знаешь, кто я, Драко? – глаза Дамблдор мерцали.

– Конечно, – Драко высокомерно вздернул нос.

– И ты, Гарри? Ты помнишь меня?

Ребенок минуту колебался, но затем отрицательно покачал головой.

– Ну, а что ты помнишь?

– Я помню о фирмах и о моем поместье! – вмешался Драко, пытаясь вернуть внимание друга. – Но я хотел помочь малышу, правильно? Я так и сделал, и теперь это – мое задание.

– Очень хорошо, Драко, – Северус и Нарцисса подошли и встали возле сидящего директора. – А ты, Гарри? Что ты помнишь?

Ребенок перевел задумчивый зеленый взгляд на Снейпа и негромко заговорил:

– Я был с моей мамой и другим папой, но потом они больше не пришли, потому что умерли. Тогда я был с моей тетей, дядей и Дадли. Потом все пошли в школу. Теперь я с моей новой семьей. Тетя и дядя тоже умерли, да?

– Нет, Гарри, – Северус опустился на колени и протянул руки. Мальчик охотно выскользнул из объятий Ремуса и крепко обхватил ручонками шею зельевара. – Они плохо с тобой обращались. О детях нужно беспокоиться, а они не заботились, поэтому мы и забрали тебя.

– Спасибо, – Гарри поцеловал Северуса в щеку.

– Хорошо. Вернемся к нашим делам, – Помфри с широкой улыбкой прервала их. Было восхитительно наблюдать, как выглядит Северус Снейп без щитов и масок, но если бы она не отвлекла их сейчас, то через минуту уже сама разрыдалась бы перед всеми от умиления. – Гарри, я собираюсь дать тебе вакцину. Почему ты еще не положил его в кровать, Северус? Драко может посидеть рядом с ним.

Все смущенно зашевелились, поднимаясь и делая, как она сказала. Колдомедик дала Гарри выпить зелье; ее палочка порхала над его веной. Дамблдор подошел к Нарциссе, так как Северус в эту минуту был сосредоточен только на детях.

– Кажется, что Драко смутно помнит обо всем, что случилось с ним за шестнадцать лет, и чем старше он становится, тем ярче эти воспоминания, – чуть слышно пробормотал директор.

– Думаю, что да, – согласилась Нарцисса. – Но Гарри помнит только первые пять лет с Дурслями и то, что случилось здесь, после ритуала.

* * *

– Рон! Куда мы идем? – запыхавшись, спросила Гермиона. Следом за ней и Роном, тянущим ее куда-то по коридору, бежали Джинни и Невилл.

– Увидите, – больше ничего от него добиться они так и не смогли. Рон действительно не хотел рассказывать друзьям, что карта Мародеров находится у него, а значит не мог сказать, что увидел утром, как «лорд Рей Малфой» и «малыш Поттер» внезапно очутились в больнице.

* * *

Прежде чем кто-либо успел обсудить воспоминания мальчиков, двери больницы распахнулись, и на пороге появилась четверка гриффиндорцев. Гермиона и Джинни бросились вперед, в то время как парни испуганно замерли под взглядами директора школы и весьма мрачного профессора Зельеварения.

– О, Гарри! Как ты себя чувствуешь? – воскликнула Гермиона с тревогой. Гарри часто задышал. Он сумел справиться со своим страхом к незнакомцам, но на этот раз их оказалось слишком много.

– Погладь его по спинке, – приказал Северус оборотню, перед тем, как заглянуть в полные паники зеленые глаза. – Гарри, я собираюсь пойти поговорить с этими людьми. И очень быстро вернусь. Ты будешь в безопасности с Драко и Ремусом.

Судорожно кивнув, мальчик наклонился в сторону Драко, который впился яростным взглядом в лица ворвавшихся нахалок. Нарцисса подошла к детям, чтобы предложить свою молчаливую поддержку.

Северус удовлетворенно кивнул и, схватив гриффиндорок за руки, поволок прочь от Гарри. Дамблдор следовал за ним, подгоняя перед собой двух испуганных студентов.

– Что все это значит? – ледяным тоном поинтересовался Северус.

– Профессор, мы понимаем, что вы отвечаете за Гарри, но мы – его друзья. Мы волнуемся, а вы не сдержали своего обещания, держать нас в курсе относительно его успехов и местонахождения. Мы его неделю не видели! – Гермиона упрямо потянула мужчину обратно к больнице.

– Если вы заметили, мисс Грейнджер, Гарри в настоящее время несколько изменился. Он даже не помнит вас. И ворваться сюда было не лучшей идеей!

– Я каждую неделю буду рассказывать вам, как идут у него дела, – неожиданно предложил Дамблдор. – Но, к сожалению, пока Гарри не вернется к одиннадцатилетнему возрасту, он не вспомнит вас.

– И когда, по-вашему, это произойдет, сэр? – хмуро спросила Джинни.

– Мы полагаем, что они каждую неделю будут взрослеть на один год. Приблизительно через семь недель ему вновь будет одиннадцать лет.

– Семь недель?! – в ужасе воскликнул Рон.

– Это лучше, чем ждать семь лет! – рявкнул Снейп. – Теперь убирайтесь и не лезьте больше не в свое дело!

– Гарри – наше дело, сэр, – Гермиона была на удивление спокойна. – Но мы уйдем. Не забудьте ваше обещание, господин директор.

– Я не забуду, моя дорогая, – Дамблдор улыбнулся.

Гриффиндорцы, бросив последний взгляд на дверь Больничного крыла, кивнули и ушли.