Артима талантов Корелимона - Елена Владимировна Крыжановская
— Хотите брать именно кобылу, господин Корелимон? — прогудел Бари-Ларч. — Оно и лучше, у них характер покладистый. Но я ещё так-сяк разбираюсь в скаковых жеребцах, во дворце насмотрелся, на прежней службе, но грузовая порода… Разве что чутьё подскажет. Только не мне, выбирать, по-моему, должен Ося. Может, я глупость предлагаю, так не ругайтесь…
— Точно, им вместе везти повозку, — подхватила Лумери. — Ося должен сам выбрать себе подружку.
— А если они слишком подружатся? — намекнула Таисса.
— Тогда у них родится маленький… кто? — загорелась идеей Лумери
— Мул, — подсказал Радио. — Похожий на мамашу, но упрямым характером в отца.
— Во-первых, Ося не упрямый, а очень добрый, а мул…
— Мне нравится идея! — одобрил Корелимон. — Мул для повозки, пожалуй, лучше и осла, и лошади, крупный, выносливый… Мула нельзя загнать, он этого не позволяет. Встанет, как вкопанный и ни с места, если слишком устал.
— А знаете, что мул свободно владеет двумя языками, и лошадиным и ослиным? — говоря это, Радио изобразил сначала ржание, потом хриплый крик осла. — Так что они очень одаренные артисты!
— Здорово, — удивилась практичная Лумери. — Значит, если лошадка с Осей сойдутся, можно разводить мулов? И с годами мы будем путешествовать вместе со своим стадом!
— Не стадом, а табуном, но ты права, хорошего мула всегда можно продать в трудные времена.
— Но одного мы себе обязательно оставим насовсем, правда?
— Конечно. Самого талантливого! — пообещал Корелимон.
— Решено, Осе и карты в копыта, — сказал Радио. — А мы присмотрим, чтобы его не обманули. Он ведь ещё совсем дитя по ослиным меркам, опыта никакого. Я видел вчера, где конный рынок, идёмте, пора выбрать лошадку. Только, не в обиду будь сказано, Таиссе лучше остаться здесь.
— Я буду слишком отвлекать одновременно торговцев и конокрадов и помешаю им работать? — понимающе улыбнулась беглая принцесса. Традион молча склонил голову, выражая восхищение ее проницательностью.
— Тогда и я не пойду, останусь с госпожой, — пробасил Бари-Ларч. — Я доверяю вашему выбору.
— Э, нет, дружище, нам нужен Ларчик, чтобы посмотрел со своей колокольни, что мы там выберем, — быстро вмешался Радио. — Ося — дитя, нужна и твоя оценка.
— Ладно уж, коли для дела надо, — согласился великан. Ненадолго скрылся в конюшне, и вскоре во двор выбежал Ларч, виляя хвостом, а следом за ним удивлённо трусил Ося. Ослику единственному повезло видеть перевоплощение шоколадного великана, который открыл стойло и вывел его, в шоколадного веснушчатого пойнтера, и Ося был впечатлён.
— Лумери вели Осю чуть впереди, — сказал Корелимон. — Пускай он выбирает, а там уж мы подойдём, посмотрим, что за лошадь.
— Желаю удачного выбора и не вернуться с пустыми руками, — Таисса с удовольствием осталась в комнате, собираясь поспать.
— Кто так желает? — возмутился Радио. — Нужно наоборот сказать, ни хвоста вам, ни подковы! Принцесс этому не учат?
— Не шути так, пожалуйста. Что ж, даже тени кобылы не приводите! Довольны?
— Другое дело, — артима почти в полном составе отправилась на конный рынок, выбирать новую «звезду».
* * *
Ряды конного рынка были разграничены не по ценам, а по породам. Скаковые — отдельно, ездовые — отдельно, рабочие лошадки и ослы не продавались рядом с дорогущими заморскими семиранзцами, вороной масти, с лебедиными шеями и огненным надменным взглядом.
— Так, я не поняла, почему, если мул во всём лучше лошадки, а ещё и дешевле почти в два раза, не покупать сразу мула? — спросила Лумери. — Я видела указатель, там первые буквы М и У, это к мулам? Они должны быть там, после осликов.
— Гм, видишь ли, — Радио рассеянно потёр подбородок, объясняя деликатный момент, — если мы купим мула, во-первых, они могут не сойтись характерами с Осей. Но главное, они так и останутся только вдвоём, даже если мы купим мулицу, мула-девочку. Мулы бесплодны, понимаешь? Размножить их до целого табуна нам никогда не удастся.
— Да? — удивилась Лумери. — Мулы — детки двух народов, но сами не находят себе пары? Это прямо как в легендах про фей и эльфов! Что, никогда-никогда?
— Я, вроде бы слышал, что мулицы в редких случаях приносят жеребят, — неуверенно заметил Корелимон. — Но очень редко. И точно не от мула-отца. Возможно, они сойдутся с Осей, тогда… но… в общем, вряд ли.
— Понятно, — Лумери махнула рукой, избавляя своих друзей от дальнейших неловких объяснений. — Значит, ищем лошадь.
Она снова ушла вперед на несколько метров. Ося деловито трусил вдоль конных рядов, не обращая ни малейшего внимания на зазывал, словно понимал важность своей задачи. Из-за малого роста, ослёнок смотрел практически на уровне колен и копыт, так что выбирал будущую подругу на чистой интуиции. Впрочем, был резон смотреть в этом ряду именно на ноги. У грузовой породы намного шире бабки и копыта прикрыты длинной бахромой волос. Почти в конце ряда Ося внезапно встал, как вкопанный, закинул голову и заливисто заржал по-ослиному с долгими руладами-заиканиями. Ларч, бежавший следом, даже сел от неожиданности.
— Эй, господа хорошие, с ослами не сюда, — выступил вперед нервный хозяин.
— А мы его не продаём, это покупатель, — заявила Лумери.
— Что, дорогой, не узнал длинноухого клиента? — насмешливо поддержал её Радио. — Небось, к тебе немало ослов ходит, на задних ногах и в мундирах или дорогих мантиях, а без мундира и не признал?
Торговец смущенно кашлянул, подавляя неуместный смех. Бродягам хорошо, можно болтать, что вздумается. А он — уважаемый человек, на него соседи по торговому ряду смотрят.
Ослёнок не хотел идти дальше, хотя Лумери пыталась сдвинуть его места.
— Ох… Сколько стоит ваша лошадка? Это грузовая порода? Она выносливая?
— Да, юная барышня, но…
— Ося, — шикнул ослёнку на ухо Корелимон. — Перестань, пожалуйста. Подумают, что ты неотесанная деревенщина, а ты ведь воспитанный деликатный ослик.
— И не мог бы ты выбрать кого-нибудь… гм, помоложе, — шептал ему в другое ухо Радио. — Спору нет, расцветка у нее что надо, но в остальном… не наш вариант.
Ося не слушал ни увещевания друзей, ни ворчание
