Хайнц Конзалик - Смерть и любовь в Гонконге

Разговаривая по телефону, он сделал ей знак продолжать, а сам довольно потягивался и даже хрюкнул от удовольствия, ощутив прикосновение ее губ.

– Хорошо, я понял! – сказал он.

Положив трубку, он откинулся на подушки и задумался над тем, что следовало предпринять в первую очередь. Он обладал способностью как бы отключать мозговую деятельность от физиологии. И пока маленькая шлюшка старалась, как могла, чтобы ублажить великого господина Чао и дать ему расслабиться, он разложил сложившееся положение по полочкам.

Тинь выиграл битву, однако еще не победил. И этот доктор Меркер откуда-то взялся… В нем главная опасность. Господина Чао особенно тревожил просчет его медицинского штаба. Впервые, несмотря на все их старания, противная сторона заполучила в свои руки полноценный труп. И хотя химики уверяют, будто никакого последствия обычным анализом не выявишь, угроза-то существует. Дело человеческих рук никогда совершенным не бывает.

Потянувшись к телефону, господин Чао набрал номер.

– Он со всеми препаратами в «Куин Элизабет», – проговорил он спокойным голосом и лишь слегка вздрогнул, когда шлюшка начала обмывать его внизу живота влажными тряпками. – Ладно, будем надеяться. Пораскиньте хорошенько мозгами…

До наступления ночи господин Чао еще много звонил, а шлюшка тем временем еще дважды доказывала ему, какой он сильный. Когда она оседлала его, как заправский жокей, он все свои дела закончил и был уверен, что натравил на доктора Меркера всю свою армию шпионов и специалистов. Впредь – никаких просчетов! Центральная фигура – немецкий врач. Его знания послужат краеугольным камнем в дальнейшей разработке великого плана.

Господин Чао снял попискивавшую шлюшку со своих бедер и покрыл своей могучей тушей. Отключив мозг, он представлял собой сейчас только тело, живущее по своим законам и никакого отказа не признающее…

Ранним утром водная полиция выловила в бухте Лай Хи Кок тело шлюшки. Прежде чем бросить в воду, ее задушили.

Доктор Меркер как раз закрепил срезы мозговой ткани в рамке электронного микроскопа, когда Тинь закончил в дирекции клиники спор о том, что можно, а чего нельзя, заверив, что не позднее завтрашнего дня положит на стол главного врача составленный по всей форме приказ губернатора, по которому доктору Меркеру будет позволено производить исследования неограниченно долго и независимо от необходимых для этого средств. Тут появился посетитель, которого Тинь никак не ожидал здесь встретить.

Как всегда элегантный, в белых туфлях, светло-бежевом костюме, с напомаженными и расчесанными на косой пробор волосами, из лифта вышел Ван Андзы – и сразу же попал в руки полицейских. Доктор Ван даже дар речи потерял.

– До меня дошли слухи, что вернулся мой друг доктор Меркер, – воскликнул он, наконец овладев собой. – Хочу его поприветствовать.

– У вас ни дать ни взять электронные уши, доктор Ван, – с откровенным ехидством проговорил Тинь. – Мы ничего подобного по радио не передавали.

– А дежурная медсестра на что? – Доктор Ван снисходительно улыбнулся. – Я взял со всех медсестер слово, что они сразу дадут мне знать, когда появится доктор Меркер. И, видите, система сработала. Стоило ему переступить порог клиники, как у меня на столе зазвонил телефон. – Он задумчиво посмотрел на комиссара Тиня. – Но поскольку здесь вы, Тинь, дело, наверное, серьезное. Ведь вы здесь по делам службы, правда? Та же самая история?

– Нет! У двух моих сотрудников нашли какие-то инородные вкрапления в моче… вот это самое мы и проверяем! – с ядовитой улыбкой произнес Тинь. – Первоначальный диагноз меня не устроил. И я подумал: у тебя в приятелях ходит такой специалист, как доктор Меркер, – просто грех не воспользоваться…

– Скажите, а верно, что у вас опять убили иностранца?

– И не одного, доктор Ван. А целых четырех.

– И убийца – красавица…

– Вы и впрямь слышите, как растет трава.

– Просто один из моих пациентов – официант. Служит в «Розовой жирафе». Он-то мне все и рассказал.

– Тут медсестра, там – официант. Везет вам, доктор Ван. Ваша осведомленность столь обширна, что обманывать вас – напрасный труд. Поэтому скажу: в настоящий момент доктор Меркер изучает мозг убийцы.

– Интересно! А поприсутствовать нельзя?

– Нет! – Комиссар Тинь смотрел на доктора Вана с улыбкой. Так улыбается перед прыжком тигр. – То, что произойдет за этой дверью, станет всеобщим достоянием не раньше, чем мы нанесем удар. Очень надеюсь, что это произойдет скоро!

10

Всю ночь напролет доктор Меркер сидел, согнувшись над микроскопом, и искал признаки присутствия ядов или бактериологического заболевания. На курсах повышения квалификации по специальности «тропическая медицина» он имел возможность пусть и поверхностно, но все же ознакомиться с достижениями военных медиков в области бактериологического оружия. И прекрасно отдавал себе отчет, какие страшные вещи уже вполне реальны. Разве исключено, что группа преступных ученых изобрела в Гонконге новое бактериологическое оружие, с помощью которого можно добиться мирового господства, потому что ни лекарства от этой болезни, ни вакцины пока не существует?

Он признал, что Тинь прав: совершенно бессмысленные на первый взгляд убийства были скорее всего тестами, вызванными желанием убедиться, будут ли инфицированные люди действовать безвольно, повинуясь жесткой программе? И окажется ли медицина в состоянии распознать эту болезнь и найти противоядие?

В одном он нисколько не сомневался: разложение печени, всегда приводившее к смерти, могло быть только побочным явлением заболевания. Первичная инфекция находилась в мозге. А здесь исследователь крайне ограничен в своих возможностях… Всем давно известно, что и у безумца мозг в анатомическом смысле в полном порядке – и в этом неразрешимая загадка природы. «Ошибочные контакты», галлюцинации, шизофрения, маниакально-депрессивные психозы, изменения личности, отупение или проявление гениальности в мозгу никаких следов не оставляют. И никакими микроскопами их не обнаружишь, если только они не вызваны повреждениями мозга.

«Какой же чудовищной силы препарат получили эти девушки, – подумал Меркер. – Он растворяется, не оставляя следа. Он неуловим, не токсичен, не откладывается ни в клетках, ни в ткани, ни в крови – а тем не менее уничтожает печень до основания! И парализует волю жертвы. Превращает ее в улыбающуюся марионетку».

Не могло быть и речи об использовании управляемого на расстоянии гипноза, тоже родившегося в Азии. Смертоносное взаимодействие между мозгом и печенью не оставляло доктору Меркеру сомнений в том, что в данном случае испытывается новое бактериологическое оружие.