Валентина Ососкова - Самый маленький офицер

– Потом он выстрелил в меня, но промахнулся, а выстрел услышали его высокородие и Алёна, – сумбурно закончил Сиф и вынул из кармана рубашки иконку с вмятиной почти посередине. Его в который раз пробрал озноб, стоило представить выстрел.

– У нас в семье вместе с иконкой передаётся предание, что она убережёт носящего её от смертельного выстрела, – вдруг тихо сказал Заболотин. – Впрочем, Сиф не первый, у кого пуля вместо сердца иконку находила. Там в левом углу вмятина ещё осталась?

– Осталась, – присмотревшись, подтвердил мальчик, не к месту вспомнив, что эта иконка передаётся в семье Заболотиных от отца к сыну.

– Ладно, обсуждением семейного предания займётесь позже, – нетерпеливо прервал Великий князь. – Я хочу узнать мнение Филиппа о произошедшем.

Краюха помялся и широко улыбнулся:

– А что, на мой взгляд, всё не так уж и трагично. У нас есть приблизительная внешность и отпечатки пальцев этого вашего Хама-и-Леона. И место встреч КМП, пусть теперь и бывшее – это тоже неплохо! А ещё у нас появился Тиль, который что-то, да знает, – тут бывший снайпер развёл руками и посерьёзнел: – А вот насчёт самого поступка Сифа…

Сиф виновато втянул голову в плечи и тихо охнул, поскольку и грудь, и спина не преминули о себе напомнить.

Филипп же покачал головой и окончил уже невесело:

– … Ввязаться во всё это – ладно, но никого не предупредить – это уже хуже. Сиф, ты представь, как бы к этому Кондрат отнёсся! А ведь хитрить тебя учил точно не… Георгий Никитович.

– И долго мне ещё именины буду поминать? – проворчал себе под нос Заболотин.

Сиф вновь осторожно вздохнул, припоминая Кондрата, но в памяти всплывали только бритый череп и сиплый голос, зовущий Сифа Маськой – Мелким, Малышом по-забольски. Всё, дальше память тонула в тумане.

– Авантюра действительно в стиле Кондрата, – вдруг подал голос Алексей. – Но исполнение хромает в стиле, ты уж, Сиф, прости, девятилетнего Индейца.

Сифу захотелось крепко вмазать Лёше от разочарования. А сперва показалось, что Краюхи на его стороне…

– Всё, ребёнка опустили ниже плинтуса, – вновь вмешался Иосиф Кириллович, сдавшись чувствам крёстного. – Вон, покраснел пятнами. Предоставим воспитание господину Заболотину, а сейчас вернёмся к вопросам, связанным с КМП…

Тиль, почувствовав себя в центре всеобщего внимания, поёжился и опустил голову, чтобы не встречаться взглядом с присутствующими, которых он, признаться, побаивался. В братьях-близнецах художник безошибочно распознал далеко не простых бойцов. А на Великого князя, которого опасался сам Леон, Тиль вообще не рискнул поглядеть, даже краешком.

– Тиль, вопрос первый: у вас имя есть? Нормальное? – произнёс Заболотин, невольно вспоминая, как Сиф, ещё когда был Сивкой, крысился на каждое упоминание имени.

– Анатоль Скалеш, – Тиль поглядел на Сифа, ища поддержки. Тот тут же среагировал:

– Ваше высокородие, вы обещали рассказать, как вы оказались… там.

– Ах, да, – с видимым неудовольствием согласился Заболотин. – Это всё Алёна. Столкнулась с господином Ивельским на улице, когда ходила кое-кому за новым тюбиком мази, поскольку этот кое-кто расходует эту мазь весьма щедро.

Сиф возвёл глаза к потолку, умудрившись при этом манёвре как будто совершенно случайно поглядеть на Алёну. С того момента, как он, «уплывая» от обезболивающего, поцеловал её, прошло два дня, но что же случилось и как на это реагировать, оба не знали. Приходилось делать вид, что этого вовсе и не было.

Только вот звонить Расточке – почему-то стыдно.

– … Вот господин Ивельский как раз первым и заподозрил неладное, когда узнал, что ты ушёл к Тилю, – тем временем рассказывал Заболотин. – И это он посоветовал на всякий случай подежурить в районе того кафе. Как видишь, он оказался прав.

Сиф кивнул, гадая, откуда Ивельский мог узнать, где их искать. Тиль сказал? То есть, Ивельский в курсе насчёт КМП? Но тогда… Додумать мысль не удалось, поскольку, закончив рассказ, Заболотин вновь принялся за расспросы:

– Кто вам господин Ивельский?

– Сосед, – пожал плечами Тиль.

– Он забрал Тиля из приюта, – вставил Сиф.

– А тебя, Сиф, – командир нахмурился, – не спрашивали. Пока. Так что учти: до следующего замечания.

– Да, конечно, – буркнул Сиф беззвучно.

– А так называемый Хамелеон? – как ни в чем ни бывало продолжил Заболотин.

– Он меня спас! – с вызовом ответил художник, вскидывая на полковника глаза – большие, тоскливые, но не напуганные.

– Вот этим он спас! – не сдержался Сиф и швырнул командиру коробочку Леона.

– Кругом шагом марш, – совершенно обычным, спокойным голосом произнёс Заболотин, ловя коробочку в полёте. – И к нам в номер. Берёшь пакет с порционным льдом, заворачиваешь в полотенце и прикладываешь к синяку. Понял?

– Так точно, ваше высокородие, – Сиф с хмурой физиономией кивнул Тилю и вышел. Правда, к себе он пока не пошёл, прислонившись спиной к стене рядом с номером князя. Было обидно вылететь с самого начала расспросов, но промолчать он действительно не мог… И ослушаться, остаться, начать «качать права» – тоже.

Нет, ну что за отвратительная цепочка событий и достойный её финал! Сиф погрозил кулаком лампе, будучи не в силах погрозить Леону. Лампа равнодушно промолчала.

– Зато Тиль теперь с нами, – старательно поднимая себе настроение, сказал вслух Сиф.

Даже если эта фраза и помогла, то незаметно. Уж слишком жалобно глядел на него Тиль, когда полковник начал свой «допрос».

– Дядьке положено сурово выглядеть, – не сдался мальчик, продолжая себя убеждать в том, что финал у случившегося вполне ничего. – Ничего, Тиль его узнает поближе – и успокоится…

Тут в коридор вышел старик-советник. Он аккуратно закрыл за собой дверь и укоризненно покачал головой:

– Ай-ай-ай, молодой человек.

– Чего? – тут же буркнул Сиф.

– А ведь вас попросили пройти в номер, – напомнил Одихмантьев. – Что же вы стоите?

– Там Тиль как? – вместо ответа спросил мальчик, мотнув головой в сторону двери.

– Господин Скалеш разговаривает с Георгием Никитовичем. Совершенно спокойно, – голосом подчеркнув последнее слово, уведомил Соловей-Разбойник.

Сиф вздохнул и нехотя поплёлся к их с командиром номеру. Одихмантьев шёл рядом и первым остановился неподалёку от двери. Сиф помимо воли тоже замедлил шаг и выжидающе поглядел прямо в раскосые глаза советника:

– Что такое?

– Я не знаю всех подробностей с этим КМП, да и не моё это дело. Но мне всё же хочется знать: как вы думаете, куда деваться вашему другу?

– То есть как это – куда? А сдарий Ивельский? – удивился Сиф и застыл, вспомнив, что Ивельский, скорее всего, знает о КМП. Не напугает ли его Леон?.. Но ведь Ивельский – офицер в отставке! В представлении Сифа, офицеры были бесстрашны. Все, поголовно.