Юрий Гулин - Пять из шести

С оглашения Альварес вернулся в добром расположении духа. С его слов все прошло как по нотам: Старх на коне – Вяземские в шоке.

– Ты знаешь, как Михаил Сергеевич на него смотрел? – Мне было все равно, но Альварес был увлечен рассказом, ему было не до моих эмоций. – Мне кажется, он узнал в нем родственника!

Догадка Альвареса полностью подтвердилась. Михаил Сергеевич назначил Старху встречу, на которой фактически признал родство. Теперь вряд ли кто помешает Старху завладеть шкатулкой.

Так оно и вышло. Альварес, как не пытался, на церемонию вскрытия ларца не попал, но все равно был очень доволен.

– Полный порядок, ларец у Аристарха! – объявил он, входя в комнату. Сегодня ночью я исследую его содержимое.

Я не стала спрашивать, как он собирается это делать. Разведчик такого уровня отвечает за свои слова.

Я слышала, как он вернулся под утро, но вскакивать с кровати не стала. За завтраком Альварес был необычно задумчив. Когда мы остались наедине, он все так же продолжал мять левой рукой подбородок. Похоже, ко мне стало возвращаться любопытство, поскольку я не выдержала и спросила:

– Ну, что там ларец?

– Я что-то не понял, – пожал плечами Альварес, – крест, икона и много бумаг.

– Тайник был? – спросила я.

– Только в кресте, но пустой. Ладно, – Альварес махнул рукой, – я все сфотографировал, теперь моя задача отправить в центр фото, доставить Вяземского с оригиналами в Москву, а уж о ценности содержимого ларца пусть судят там.

– И как ты собираешься это сделать? – поинтересовалась я.

– Есть кое-какие задумки, – неопределенно пожал плечами Альварес, – но точно на твой вопрос я отвечу только после того, как мы поговорим с Кардосо.

– А может ну его? – спросила я. – Ларец у Старха и Вяземские вроде как с этим смирились. Отъезд моего "мужа" и Светланы из Рагвая мы можем прикрыть и сами.

– Боюсь, что нам на это может силенок и не хватить. Ты, когда говорила о смирении Вяземских, употребила выражение "вроде как". Ты, верно его употребила.

– Вот черт… – непроизвольно вырвалось у меня.

– Ну, не черт, – поправил меня Альварес, – а всего лишь Николай Михайлович Вяземский. Хотя… тебе, конечно, виднее, он все-таки твой кузен, а не мой. Так вот, не далее как вчера, он опять встречался с Удавенком и тот пообещал, что ни сам ларец, ни его содержимое пределов Рансьона не покинут. Так что без помощи Кардосо нам не обойтись.

– Вот что, ребята, – произнес Кардосо после того как Альварес закрыл рот – я его и не открывала. – Я не знаю, кого вы здесь представляете: русскую мафию или русскую разведку – это мне одинаково безразлично. Вы, Мария, не сделали мне ничего дурного, а ты, Альварес, даже оказал ряд ценных услуг. Аристарх Вяземский и Светлана вообще являются родственниками моих погибших друзей.

– Значит, вы нам поможете?

Это были первые слова, произнесенные мной с начала разговора. Кардосо кивнул.

– Помогу, но после того как вы устраните сына Удава.

– То есть как это мы? – спросил ошеломленный Альварес, а я так просто онемела.

– Ну, не вы лично, – поправился Кардосо. – Это должны сделать Аристарх и Светлана.

Час от часу не легче!

– А в чем тогда будет заключаться ваша роль? – воскликнула я.

– А вы что думаете: убьете главаря и мафия обезврежена? Тут же кинутся мстить по горячим следам.

– А следы эти должны привести куда угодно, но не к вашему ранчо, – закончил за него мысль Альварес.

– Верно, – кивнул Кардосо. – Я давно хочу заключить с мафией перемирие. Но пока жив сын Удава это, сами понимаете, невозможно. Ну, чего вы так хмуритесь, Мария? Это пресмыкающееся мешает не только моим планам, но и вашим – особенно планам Аристарха и Светланы. Он уже убил близких им людей, а теперь подбирается и к ним самим. Поэтому никого не удивит, что они перед тем, как покинуть страну, захотели свести с ним счеты.

Я слушала его и понимала, что сукин сын прав: наши интересы тесно переплелись – а Кардосо продолжал сыпать аргументами в пользу своего предложения:

– Сразу после покушения на главаря мафии ваши друзья укрываются в отдаленном охотничьем домике, а вы, в их одежде и на их автомобиле, устремляетесь к южной границе. Бандиты тут же организуют за вами погоню. Кстати, это может более опасная часть операции, чем устранение сына Удава. Несколько сот километров вам придется уходить о погони самим. Мой человек прикроет ваш отход только у самой границы. В соседней стране вам организуют зеленый коридор до ближайшего порта и помашут ручкой вслед вашему теплоходу. Все, включая полицию, будут уверены, что убийцам удалось покинуть континент, их перестанут искать, и через некоторое время я организую отъезд из страны Аристарха и Светланы. Неужели вы будете возражать против такого прекрасного плана?

– Возражать не будем, но кое-какие поправки, с вашего позволения внесем, – начала я, опередив уже открывшего рот Альвареса. Тот явно остался недоволен нарушением субординации, но перебивать не стал. – Почему бы мне и Альваресу не прикинуться Аристархом и Светланой чуть раньше и самим не убить Удавенка?

Кардосо нахмурился, поразмышлял над моей поправкой, потом сказал:

– Тоже, конечно, вариант, вот только если что пойдет не так… – он замолчал, не окончив фразы, потом перешел сразу к заключению: – В общем, оставим ваш вариант про запас, если Аристарх и Светлана окажутся неспособны сами устранить мафиози. Есть у вас еще поправки?

– Да, – поторопился Альварес, хотя я и не пыталась ему мешать. – На теплоходе континент покинет только Мария, я вернусь, и лично буду контролировать отъезд Аристарха и Светланы.

– Как вам будет угодно, – пожал плечами Кардосо. – Я так понимаю, что предварительного соглашения мы достигли?

Полковник в отставке Муромов

По возвращении домой Мария спросила с деловым видом:

– Не будем терять времени и начнем подготовку к покушению на Удавенка?

– Ты действительно считаешь, что Аристарху и Светлане это не под силу? – вопросом на вопрос ответил я.

– А ты что, считаешь иначе? – удивилась Мария. – Я, конечно, согласна, что подготовка Светланы не уступает моей, но Аристарх…

– А что Аристарх? – перебил я ее. – Твой "муж" находится в хорошей физической форме, к тому же у него за плечами есть опыт диверсионной работы. Правда, это было давно, но руки-то, наверняка, помнят.

– Что они у него могут помнить? И вообще, откуда у тебя такие сведения?

– Из центра, вестимо, – усмехнулся я. – Чтобы ты знала: твой Старх в свое время служил в горячей точке и у него есть боевой опыт.

– Так ты считаешь, что он может за это взяться? – упавшим голосом спросила Мария.