Эрл Гарднер - Сбежавшая медсестра

Мейсон долго раздумывал над этой информаций вышагивая из угла в угол по комнате, засунув большие пальцы в проймы жилета.

Затем он отправился в аэропорт и купил билет на ближайший самолет до Сакраменто. Приземлившись, Мейсон вызвонил Деллу и назначил ей встречу в одном из ресторанов. Делла явилась без опозданий, адвокат уже сделал заказ.

– Ты что-нибудь придумал, шеф? – спросила Делла.

– Пока ничего, – ответил Мейсон.

– Не может она, живя здесь, работать у доктора Малдена, – заметила Делла. – Полная ерунда какая-то.

– Подожди, Делла, у меня появилась одна идея. Надо бы мне на нее взглянуть.

– Поверь, шеф, с отпечатками все в порядке. Я рассматривала их под лупой и очень внимательно. Я, конечно, не дактилоскопист, но идентифицирующие штрихи да точки отыскала без труда.

– В семь тридцать вечера здесь садится самолет сквозного рейса. Хорошо бы нам побеседовать со стюардессой.

– Полагаешь, она моталась каждый день туда и обратно?

– А у тебя есть другие объяснения?

– Получается, – после некоторого раздумья сказала Делла, – что Глэдис Фосс находится одновременно в двух разных местах. А это невозможно.

– И что ты предлагаешь? – улыбнулся Мейсон.

– Хорошо, твоя взяла, может, она действительно каждый день дважды летала на самолете, – признала Делла.

Мейсон отправился в аэропорт и отыскал стюардессу самолета, прибывшего в Сакраменто из Лос-Анджелеса в семь тридцать.

– Меня интересует ваша постоянная пассажирка, недавно прекратившая поездки, – сказал адвокат.

– Глэдис Амбой? – живо откликнулась стюардесса. – А что с ней случилось? Не заболела?

– Не исключено, что заболела. Позвольте, я вам ее опишу. Это брюнетка двадцати семи лет с огромными черными глазами, рост – пять футов два дюйма, вес – сто двенадцать фунтов.

– Да это она, наша неизменная попутчица. Каждое утро миссис Амбой вылетала отсюда семичасовым рейсом. А муж ее недавно разбился, такое горе! Они только-только собрались отпраздновать свой семейный юбилей... Он прилично зарабатывал, это была счастливая пара. Они собирались путешествовать по Европе – и и такое несчастье. Миссис Амбой буквально в отчаянии.

– Она летала с вами после гибели мужа? – удивился Мейсон.

– Нет, одна наша стюардесса встретилась с ней на автомобильном шоссе между Финиксом и Солт-Лейк-Сити. И миссис Амбой ей все рассказала. Несчастная на грани сумасшествия.

– А вы больше не видели миссис Амбой?

Стюардесса покачала головой.

– Благодарю вас, – сказал Мейсон. – Моя задача, – пояснил он, свести концы с концами.

– А что случилось? У нее еще какие-нибудь неприятности?

– Да нет, – успокоил Мейсон девушку. – Вопросы страховки. Прежде чем расплатиться, компания желает вникнуть в детали происшедшего.

– Понятно. Миссис Амбой очень милая женщина. Тихая, спокойная, всегда вежливая. А вот зачем она летала каждый день в Лос-Анджелес, мне неизвестно.

– Наверное, вы и не обращались к ней с таким вопросом?

– Компания поручает нам обслуживать пассажиров, а не допрашивать. Мы, конечно, мимоходом выказывали любопытство, но на наши намеки она не реагировала.

– Спасибо, – сказал Мейсон. – Думаю, страховой фирме этих сведений хватит.

– Значит, выплатите страховку?

– Конечно.

– Ну, я очень рада. Потому что миссис Амбой очень милая женщина. По моему мнению, она заслушивает самого чуткого обхождения.

– Вот-вот, – улыбнулся Мейсон, – ради вашего мнения я сюда и приехал.

– Что ж, я вам его сказала.

– Спасибо, – сказал Мейсон и возвратился к Делле Стрит.

– Все это дело, с самого начала – полный бред, – воскликнула Делла. Никаких концов не найти.

– Мне кажется, – улыбнулся Мейсон, – что очень скоро мы доберемся до истины.

– И как ты собираешься до нее добираться?

– Скорее всего, с помощью перекрестных допросов.

– Но, может, миссис Малден и впрямь намеревалась убить мужа, подсунула ему отравленный виски в надежде, что он выпьет яд в полете и...

– Продолжай, – усмехнулся Мейсон. – У тебя неплохо получается.

– А в самолете, допустим, оказался по случайности другой человек, не исключено, что посторонний, и он, отравившись, погиб. Как будет выглядеть эта ситуация с правовой точки зрения?

– Применительно к миссис Малден?

– Да.

– Она будет повинна в убийстве первой степени.

– Даже если она не знала убитого?

– Да. В любом случае преступление налицо, хотя намеченную жертву подменила случайная.

– Мне непонятно, на кой черт тебе вся эта суета. Пусть даже доктор Малден жив, обвиняемой от этого ни тепло, ни холодно. И что же?

– Возможно, нам удастся доказать, что убийца – доктор Малден.

– О чем ты говоришь?

– Наши сведения о докторе Малдене однозначно характеризуют его как хладнокровного, расчетливого игрока, математически точно взвешивающего каждый шаг.

– Ну и что?

– Ты помнишь, конечно, о веществе с кодовым номером «шестьсот восемьдесят два сорок девять»? О том самом наркотике, который подсыпали в фляжку. Согласно теории обвинения, это сделала миссис Малден, имевшая доступ к лекарствам. Они упускают из виду весьма любопытный момент. К лекарствам имел доступ и сам доктор Малден.

– Доктор Малден?

Мейсон кивнул.

– Погибший?

– Доктор Малден, – настаивал Мейсон, – расчетливый игрок. Если он собирался, прикинувшись покойником, бежать с Глэдис Фосс, он обеспечил себе замену в виде трупа.

– Шеф, теперь я поняла! – воскликнула Делла Стрит.

– К тому же доктор Малден медик и в качестве такового на вопросы жизни и смерти смотрит с философских позиций.

– Господи, о чем ты сейчас толкуешь? Покойник, по-твоему, мог совершить убийство?

– Тот, кого Гамильтон Бергер хочет выдать за покойника, – улыбнувшись уточнил Мейсон.

– Вот это будет сенсация! – лукаво заметила Делла Стрит.

– Какой судебный зал еще не видывал! – улыбнулся в ответ Мейсон. Представляешь, как взбесится Гамильтон Бергер?

– Неужели тебе удастся это доказать? – ответила Делла вопросом на вопрос.

– Попробую.

– Но, может быть, доктор Малден на самом деле погиб? Подвели расчеты и... Вспомни, что сказала стюардесса о состоянии Глэдис Фосс.

– Я предложу свою теорию, и пусть Гамильтон Бергер опровергает ее.

– Шеф, если ему придется еще раз прекратить дело против миссис Малден, он ведь превратится во всеобщее посмешище, и тогда...

– И тогда больше не посмеет войти в зал суда в роли обвинителя, закончил Мейсон.

Делла Стрит весело кивнула.

– У нас впереди долгий перелет, в Сакраменто, пожалуй, нас больше ничего не задерживает, – подытожил Мейсон. – Пойдем за билетами.