Хайнц Конзалик - Операция «Дельфин»

– Джеймс! Я же просил тебя не насиловать Хелен, а просто привести ее сюда.

– Это все, чем она может нам помочь. – Финли разгладил измятый купальник. – Если Джон отреагирует на него, значит, сходства с человеком в нем больше, чем мы думали. В большинстве своем люди – фетишисты, хотя и не осознают этого. С точки зрения психологии, любая фотография – фетиш. Ведь ты снимаешь то, что тебе дорого и близко, обычно потому, что не желаешь с этим расставаться. – Мне не нужны лекции по психологии! – заорал Ролингс. – Мне нужно затащить Джона в трейлер!

Финли подошел к бассейну и поднял купальник. Джон тут же высунул голову из воды и внимательно посмотрел на него. Лучи заходящего солнца легли на купальник, окрашивая его в еще более яркие тона. Джон сразу догадался, что за вещь держит в руках его новый тренер. Он издал несколько свистящих, нежных звуков и подплыл к Финли.

– Да-да, это купальник Хелен, старина! – сказал Финли дрожащим голосом. – Она передает тебе привет. И еще просила сказать тебе: «Будь умницей! Жизнь продолжается, Джон…»

Дельфин, не сводя глаз с купальника, сделал три круга вокруг ванны, а затем медленно погрузился в нее.

– Поднимай! – закричал Ролингс. Его голос тоже дрожал. Поднимай ее. Вы там что, заснули?

Кран начал медленно разворачиваться. Джон лежал в ванне, хотя наверняка мог рывком выскочить из воды… лежал почти не шевелясь и лишь смотрел на Финли. И если бы не его напряженный взгляд, можно было подумать, что Джон умер от разрыва сердца.

– На, забери его себе. – Финли швырнул купальник в ванну. – Я понимаю, что у тебя сейчас на душе творится, старина!

Джон поддел мордой купальник, затем прижал его к дну ванны и снова застыл, защищая своим прекрасным, налитым силой, сверкающим телом кусок золотистой ткани. И когда его начали переносить в трейлер, он даже хвостом не пошевелил. Неуклюже плюхнулся в воду, сжал зубами купальник и замер. Никогда еще он ни был таким спокойным и умиротворенным.

С этого момента с погрузкой его роты больше не было никаких проблем. Десять дельфинов покорно выполняли все команды, и даже ограниченное четырьмя бортами и крышей пространство не вызывало у них никаких эмоций.

Доктор Кларк вытер пот со лба. Его черное лицо сверкало как отполированное эбеновое дерево.

– Все! – даже не сказал, а выкрикнул он. – Теперь я знаю о дельфинах гораздо больше и вправе сделать вывод: они совсем как люди! Видели, что Джон с купальником Хелен творил? Каким он сразу стал ласковым и нежным! Заполучил частицу Хелен и почувствовал себя счастливым! Да напиши я об этом статью, все решат, что я чокнутый! И ни один серьезный журнал не опубликует ее. Ни мы это собственными глазами видели и убедились: дельфины могут быть фетишистами. Ты сделал эпохальное открытие, Джеймс!

– Не я, а Хелен, – поправил Финли, и голос его был очень усталым. – Это ее идея. И вот что я скажу: это просто свинство – оставлять ее здесь!

– Не оскорбляй свиней! – Кларк снова вытер обильно струившийся по лицу пот. – Они здесь совершенно ни при чем, все претензии к людям.

Ролингс, почувствовав, на кого он намекает, молча повернулся и пошел прочь. Финли и Кларк посмотрели ему вслед, и под их взглядом он сгорбился, словно на его плечи лег какой-то очень тяжелый груз.

– Он же ничего не может сделать, – запинаясь сказал Финли. – Распоряжение поступило из штаба ВМС, а ведь на нем еще и вся ответственность за операцию «Дельфин». Он сам себе не хозяин…

Через час колонна из тридцати огромных и производящих довольно жуткое впечатление машин выехала из больших ворот научно-исследовательского центра в бухте Бискейн. Начальник колонны показал Ролингсу маршрут, водя пальцем по крупномасштабной карте автомобильных дорог.

– Отсюда мы едем по автостраде № 41 до Тампы, а оттуда по автостраде № 75 – как вы знаете, движение по ней ограничено до Лейк-Сити. Севернее проходит автострада № 10, по ней мы проезжаем через Алабаму, Миссисипи, Луизиану, Техас и Нью-Мексико, в Аризоне, близ Элоя, выскакиваем на автостраду № 8 и едем вдоль мексиканской границы по Калифорнии до Сан-Диего.

– Когда видишь на карте, какое расстояние вам предстоит преодолеть, то волосы дыбом встают, – сказал Ролингс. – С шестьюдесятью шестью дельфинами такой путь проделать, это же с ума сойти можно!

– Это была ваша идея, сэр. – Начальник колонны тщательно сложил карту. – Для меня и так многое загадка. Вы можете объяснить, почему на этих дельфинов столько денег тратится?

– Нет! – резко ответил Ролингс.

– Видать, в одном месте денег навалом, а в другом – их очень не хватает.

– Вполне возможно.

– Всегда одно и то же. – Начальник колонны сделал пренебрежительный жест. – В трущобах нищие роются на помойках в поисках объедков, а здесь буквально швыряют в воду миллионы. Это ли правительство, другое ли – все они одним и тем же занимаются. За кого же голосовать?

– За здравый смысл, мой дорогой!

– Я бы с удовольствием, но где он? Кто им наделен? Они спрятали его от нас, чтобы он никому не достался. Доктор Ролингс последним покидал свой научно-исследовательский центр. Почти семь лет провел он здесь. Целый закрытый городок возник там, где когда-то были только два домика и маленький бассейн. Еще раз он обошел всю территорию центра, а затем постоял немного у опустевшего бассейна – новую партию дельфинов, как, впрочем, и новых сотрудников, должны были привезти сюда только завтра, – а затем направился к бунгало Хелен. Из-за зашторенных окон гремела музыка – «Пляска валькирий» Вагнера. Ролингс постучал. Когда-то они условились, что он будет стучать к ней в дверь только так: три раза выбивая барабанную дробь, затем два удара и снова два раза барабанная дробь. Музыка в комнате звучала уже не так громко.

– Чего тебе? – спросила Хелен, не открывая дверь.

– Я сейчас уезжаю. Здесь уже никого нет… Я хочу попрощаться с тобой, Хелен.

– Счастливого пути, Стив!

– И все?

– А чего тебе еще надо?

– Я хотел передать тебе самые наилучшие пожелания от Джеймса, Дэвида Абрахама и всех остальных. Они все напишут тебе.

– Их письма вернутся обратно. Я здесь не останусь!

– Не делай глупостей, Хелен! Куда ты собралась? И чем намерена заняться?

– Это уж мое дело, Стив.

– Умоляю, открой мне!

– Нет!

– Черт возьми, я выбью дверь.

– Это для тебя плохо кончится, Стив. Я буду стрелять, и судья признает, что я действовала в порядке самообороны. Уходи и не беспокойся обо мне.

– Я буду звонить тебе каждый день, Хелен, и рассказывать о том, чем мы занимаемся, как поживает Джон. Ты только будь на телефоне…

– Нет! Я уеду отсюда, Стив!