Эрл Гарднер - Лжесвидетельствующий попугай

Элен Монтейт неожиданно нарушила тишину:

– Я буду рада, если этого негодяя Вейда повесят! Он убил замечательного человека. Вы даже не представляете, каким мой муж был внимательным и заботливым. Он же думал обо всех, никакая мелочь не казалась ему пустяком, если она касалась его близких.

– Да, я это чувствую, только... – Мейсон резко замолчал. Но скоро возбужденно заговорил вновь: – Завещание! Оно же было составлено уже после того, как мистер Сейбин женился на миссис Монтейт. Однако ее имя в нем даже не упомянуто. Обо всех остальных он подумал. Почему он не позаботился о вас, миссис Монтейт?

– Не знаю, – ответила она. – Наверно у него на то были какие-то веские причины. Потом, он же знал, что мне не нужны деньги, а только он сам.

– Нет, – задумчиво сказал Мейсон. – Я этого не могу понять. Фраймонт Сейбин составлял завещание уже после того, как договорился о разделе имущества с Элен Вейткинс.

– Не пойму, что здесь порочного? – спросил шериф Барнес.

– Порочного-то, конечно, ничего нет, но этот факт не вяжется со всем остальным. Судите сами – он подумал и позаботился о всех дорогих ему людях, и полностью позабыл об Элен Монтейт.

– Просто у него не было оснований! – махнул рукой шериф. – Он зарегистрировался с ней в Мексике и намеревался вторично пройти через брачную церемонию в Сан-Молинасе. Дожидался только той минуты, когда Элен Вейткинс добьется развода. Естественно, он не думал о смерти.

Мейсон покачал головой.

– Фраймонт Сейбин был настоящим бизнесменом, такое легкомыслие не характерно для него. Достаточно взглянуть, как предусмотрителен он был в завещании, как умно и точно все оговорено. А вот про Элен Монтейт он не упомянул.

– Я и не хотела этого, – сердито сказала Элен. – У меня имеются свои средства.

Мейсон, не слушая ее, вскочил с места и принялся расхаживать по кабинету. Было видно, что он что-то обдумывает. Наконец он повернулся к шерифу Барнесу.

– Мне в голову пришла одна идея, но я не вполне уверен, что прав. Потом он распорядился: – Делла, наполни машину бензином, заправься полностью и возьми еще канистру про запас. Подгони ее к подъезду. Мы сейчас совершим небольшую прогулку. – Мейсон снова посмотрев на шерифа Барнеса и попросил: – Шериф, в порядке личной услуги постарайтесь поскорее покончить со всеми формальностями. Мне необходимо увезти отсюда Элен.

– Вы считаете, что ей грозит опасность? – удивился шериф.

– Скажите, Элен, вы поможете мне в одном деле? – спросил Мейсон.

– Что вы имеете в виду, мистер Мейсон?

– Понимаете, я хочу, чтобы вы сделали такое, что потребует большого нервного напряжения. Мне очень не хочется заставлять вас переживать все сначала, но это необходимо. Один момент нужно выяснить немедленно.

– Что именно? – спросила она.

– Мне кажется, я понял, почему был подменен попугай. И если я прав, то в деле есть нечто до того важное, что... Как вы считаете, мисс Монтейт, вы выдержите поездку до Санта-Дель-Барры? Я хочу, чтобы вы мне показали тот отель и номер, где остановились тогда с вашим мужем.

– Могу, конечно, только не пойму, зачем вам это надо?

Мейсон посмотрел на шерифа Барнеса и покачал головой.

– Я тут как-то высказался, что люди частенько попадают под гипнотическое влияние косвенных улик. Стоит человеку во что-то уверовать, и он все остальное интерпретирует в свете своей гипотезы. Опасная привычка. Боюсь, что я тоже оказался не безгрешным. Я был до того занят тем, что старался показать, где расставлены ловушки, что и сам угодил в одну из них, даже не заметив.

– Пока я ничего не понимаю, – вздохнул шериф Барнес. – Но задерживать мисс Монтейт я не собираюсь. А вот и надзирательница. Проверьте сохранность своих вещей, мисс Монтейт. Особенно, содержимое своей сумочки. Распишитесь на обороте конверта, если все в порядке.

Когда с формальностями закончили, в кабинет вошла Делла.

– Все готово, шеф, – сообщила она.

Мейсон пожал руку шерифу Барнесу.

– Возможно, я вам позвоню попозже, – сказал он. – Благодарю вас.

Мейсон взял под руку Деллу Стрит и Элен Монтейт и вывел их на теплый вечерний воздух. Они сели в машину и молча ехали по прямой, как стрела, дороге, пока перед ними не засверкали огни Санта-Дель-Барры. Только тут Мейсон обратился к Элен Монтейт:

– Расскажите, как проехать к гостинице, где вы тогда останавливались.

– Не подумайте, что это что-то потрясающее, – сказала она. Недорогой отель и...

– Все понятно, – улыбнулся Мейсон. – Объясните только, куда надо ехать.

– Прямо по этой улице, потом я скажу, где повернуть.

Они проехали четыре квартала. Элен узнала приметное здание с башенкой на углу и велела сворачивать направо. Гостиница находилась у большой площади, через два квартала от поворота.

– Вы помните номер комнаты? – спросил Мейсон.

– Да, номер двадцать девять.

Мейсон обратился к Делле Стрит:

– Я хочу подняться в эту комнату, Делла. Узнай у портье, занята ли она. Если да, то кем.

Делла быстрым шагом направилась в вестибюль.

Мейсон запер машину, взял Элен Монтейт под руку и вошел вместе с ней в подъезд. Делла шла от конторки им навстречу, глаза у нее были круглые от изумления:

– Шеф, знаешь...

– Одну минутку, – предупредил он, сдвинув брови.

Они поднялись по скрипучим ступеням на второй этаж, прошли в конец длинного коридора, на полу которого вместо ковра была расстелена довольно потертая ковровая дорожка, совершенно не заглушавшая их шагов.

– Вот эта дверь, – сказала Элен Монтейт.

– Я знаю, – кивнул Мейсон. – Комната занята, да, Делла?

Она молча кивнула. По ее напряженному взгляду Мейсон понял, что именно ей хотелось сказать в ответ. Едва Мейсон постучал, как внутри послышались шаги, кто-то шел к двери. Мейсон повернулся к мисс Монтейт.

– Вы должны подготовиться к потрясению, мне не хотелось говорить заранее, я боялся допустить ошибку, но...

Дверь отворилась. На пороге стоял высокий человек, глядя на ник добрыми серыми глазами, привыкшими безбоязненно смотреть на жизнь. Элен Монтейт испуганно вскрикнула и отпрянула назад, натолкнувшись при этом на Мейсона, стоявшего за ней. Тот взял ее за плечи.

– Успокойтесь, все хорошо, – улыбнулся адвокат.

– Джордж! – прошептала она дрожащим голосом. – Джордж?!

Протянув вперед руки, она робко дотронулась до него, как будто боялась, что перед ней не человек из плоти и крови, а его дух, который тут же растает.

– Элен, дорогая, что ты, маленькая? – спросил мужчина. – Почему ты так странно смотришь на меня? Что случилось?

Она уже рыдала, уткнувшись ему в грудь, а он растерянно и ничего не понимая, гладил ее по голове и уговаривал, как маленького ребенка: