Энди Макдермотт - В поисках Атлантиды

Кари улыбнулась:

— В таком случае завтра ты увидишь кое-что, что ты сможешь оценить.

Этим «кое-чем» оказались искусство, кухня и магазины.

Они провели утро в Лувре; Чейз сопровождал их, а Кастилль остался в отеле сторожить артефакт. Затем они попали в потребительский центр Парижа.

— Это не для меня, — сказала Нина, замешкавшись у входа в магазин «Кристиан Лакруа» на Рю-дю-Фобур Сент-Оноре. — Моя кредитная карта сгорит, даже если я только взгляну на цены. Для таких девушек, как я, скорее подходит «Ти-Джей Макс».

— Спасибо тебе, Господи! — воскликнул Чейз с насмешливой улыбкой. — Нет ничего скучнее, чем стоять и смотреть, как женщина меряет одежду. Если, конечно, это не бикини.

Нина скорчила гримасу, отчего его улыбка стала еще шире.

— О деньгах не беспокойся, — сказала Кари. — Начиная с этого момента у тебя неограниченный кредит. Фонд Фроста заплатит за все, что тебе понадобится.

— Серьезно? — спросила Нина.

Кари кивнула:

— Абсолютно. Ну, в пределах разумного. Если тебе вдруг захочется купить «ламборгини», то сначала, видимо, нужно спросить! Но ты можешь получить все, что тебе вздумается. Решай сама.

— Спасибо, — сказала Нина, несколько смешавшись от такой щедрости. К такому она не привыкла, а потому решила сдерживать себя.

Час спустя Нина с изумлением обнаружила, что потратила почти тысячу евро. И это составляло едва ли четверть суммы, указанной в чеке Кари.

— Поостерегитесь, док, — сказал Чейз. — Если привыкнете тратить такие деньги, у вас будут неприятности, когда вернетесь в Нью-Йорк и пустите деньги, отложенные на аренду квартиры, на туфли!

Он шутил, но Нина осознавала, что в его словах есть резон.

— Не думаю, — возразила Кари. — Когда мы найдем Атлантиду, деньги станут последним, о чем тебе придется беспокоиться. Мы позаботимся о тебе.

— В самом деле? Спасибо, — пробормотала Нина.

Кари улыбнулась ей:

— Мы всегда печемся о своих.

Нина хотела спросить, что именно она имеет в виду, но Кари уже махала рукой, подзывая такси.

Следующим был ресторан «Л’Опера». Там было полно народу: ухоженные парижане наслаждались традиционно продолжительным французским ленчем.

Нина подумала, что здесь вряд ли найдется свободный столик, но вскоре обнаружила, что для дочерей миллиардеров-филантропов свободные столики появляются в мгновение ока.

— Ненавижу толпу, — вздохнула Кари, переговорив с метрдотелем на прекрасном французском. Персонал лихорадочно задвигался. — Она всегда напоминает мне, что на нашей планете слишком многолюдно. Имеющиеся у нас ресурсы не предназначены для населения почти в семь миллиардов человек.

Нина кивнула:

— Жаль, что с этим ничего нельзя поделать.

— Посмотрим. Фонд Фроста сделает все, что сможет.

Пока они ожидали, Чейз изучал меню и морщился.

— Я скорее предпочел бы рыбу с чипсами, — пробурчал он. — Сейчас просто пересяду к бару и срублю гамбургер.

— Сначала вы заявили, что «Мона Лиза мелковата и грязна», а теперь это? Вы самый настоящий зануда, Эдди, — сказала Нина, развеселившись. — Вы же не собираетесь просто напиться, не так ли?

— Нет, пока стою на часах. Кроме того, от бара мне будет лучше виден вход. Пригляжу, чтобы никто не испортил вам аппетит.

— Вы считаете, что могут возникнуть проблемы?

Чейз улыбнулся, но его улыбка была одновременно и обнадеживающей, и зловещей.

— Проблемы могут возникнуть лишь в том случае, если кто-нибудь попытается что-нибудь предпринять. Вы наслаждайтесь едой, а я позабочусь обо всем остальном.

Еще раз оглядев посетителей, он отправился в бар и взгромоздился на табурет у стойки, откуда можно было контролировать зал.

Когда столик был готов, метрдотель подвел к нему Нину и Кари. Нина бросила взгляд в сторону Чейза.

— Ты считаешь, что нам действительно может угрожать опасность? — спросила она Кари.

— Такую возможность никогда нельзя сбрасывать со счетов, — ответила та. — Кобра и его люди наверняка обнаружили, что мы уехали из Ирана. Именно поэтому нам и следует работать как можно быстрее — чем больше времени это у нас займет, тем больше риск, что они нас найдут.

— И опять попытаются меня убить?

— Мы не позволим этому случиться, — твердо сказала Кари. Потом ее лицо смягчилось. — Нина, я так и не поблагодарила тебя как полагается.

— За что?

— Ты спасла мне жизнь! В крепости Хаджара, когда выстрелила в вертолет. Это было очень умно и невероятно смело.

Нина залилась румянцем.

— Ох, на самом деле я страшно боялась. А вдруг вертолет взорвался бы моментально!

Кари снова рассмеялась:

— Такое случается только в фильмах! Нет, ты действовала очень смело, и я жутко благодарна тебе за это. — Она нежно пожала Нине руку. — Если тебе когда-нибудь что-нибудь понадобится — что угодно, — просто скажи мне.

Немного смущенная, Нина не знала, что ответить.

— Спасибо, — наконец выдавила она.

Прежде чем выпустить руку Нины, Кари еще на мгновение задержала ее.

— Для тебя все, что угодно.

— Значит, Эдди и Кастиллю обещано то же самое? — спросила она, снова зардевшись от внимания к своей персоне.

Улыбка Кари стала более шутливой.

— Не совсем. В конце концов, им платят за то, чтобы они заботились о нас.

— Судя по словам Эдди, тебе, похоже, не требуется ничья забота. Ты действительно самостоятельно ушла от Хаджара?

— И в этом мне помогла тоже ты! Когда выключила электричество, — добавила она, заметив недоумение на лице Нины. — Они были в замешательстве, и я… Ну, я немного занималась техникой самообороны. Думаю, Хаджар уже был готов принять предложение Кобры и застрелить меня.

— Это был Кобра? — Нина вспомнила лицо, которое видела на двойном экране во время видеомоста.

— Ты видела его?

— Да, там в цоколе была компьютерная комната, и я видела его на мониторе.

Лицо Кари посерьезнело.

— Значит, теперь ты знаешь, кто играет против нас. И насколько он безжалостен. Он предложил Хаджару пять миллионов долларов, чтобы тот убил Юрия — прямо там, на месте. Он крайне опасный человек, психопат, и он сделает все, чтобы не допустить нас к Атлантиде. Я раньше недооценивала его. Но в данный момент мы в безопасности. У нас в руках артефакт, и, что еще важнее, у нас есть ты. Мы найдем Атлантиду, я знаю. А теперь — ты готова заказывать?

Когда они вернулись в отель, Нина чувствовала себя изможденной. Сколько в этом было усталости от Парижа, а сколько запоздалой реакции организма на иранские испытания — она не знала, но точно знала, что до прибытия обещанного Фростом специалиста по древним языкам ей необходимо поспать.