Константин Якименко-Сегедский - Страна динозавров

Он достал ключи из кармана, подошёл к сейфу, расположенному недалеко от письменного стола, повернул одним из них пару раз и открыл дверцу. Вытащив огромную папку для карт, он перенёс её на стол, а затем вытащил из неё две карты и положил их перед нами.

— Вот это, — он указал на листок со скопированной чёрно-белой картой вроде бы небольшого острова, — копия карты Кидда. На этом острове он зарыл свои сокровища. А это, — профессор указал на большую цветную карту, — канадский остров Оук, всмотритесь повнимательнее!

С первого взгляда на карты, совершенно различного между тем оформления и качества, толком ничего схожего не было. Разве что общие очертания островов были чем-то похожи.

— Я не специалист, но, кажется, что-то похожее в них есть, — сказал я, рассматривая обе карты.

— Но не более, — задумчиво произнёс Саммерли, немного подумал и продолжил. — Острова, в общем, похожи: с западной стороны обоих имеется по мысу, как и у восточных оконечностей, а также практически одинаковые округлые части с севера и с юга. Но посмотрите вокруг — возле канадского острова нет никаких островков, в то время как на другой карте их около десятка. Лично я поставил бы под сомнение факт их сходства.

— Я полностью согласен с вами, — обрадовался Челенджер. — Этот факт подтверждается ещё и тем, что на Оуке почти отсутствует горный хребет, в то время как на пиратской карте он весьма заметен. Потом, размеры островов: по произведённым мною расчётам Оук оказался значительно больше второго. Наконец, почему ему, плававшему в основном в тёплых экваториальных водах, соваться в прохладную Канаду? Я откинул все мысли о канадском острове и принялся просматривать все острова Тихого океана, лежащие приблизительно в тропической зоне, и тут мне неожиданно повезло: одинокий остров, расположенный около Кохинхины, вдруг привлёк моё внимание. В результате дальнейшего сравнения этого, — он указал на листок с пиратской картой, — и этого, — профессор достал из папки ещё одну карту с изображением очередного острова, — я пришёл к выводу, что они идентичны. Осмелюсь утверждать: я нашёл пиратский остров!

С первого взгляда острова показались мне совершенно разными, как, скорее всего и другим, сидящим в этой комнате, но что-то в них всё-таки было общее, одинаковое, не сразу бросающееся в глаза.

— Теперь позвольте доказать вам мою правоту, — продолжил Челенджер после некоторой паузы. — Для начала, давайте разметим оба объекта, и сверим их ориентацию со сторонами света, — он достал из кармана остро отточенный карандаш с линейкой и принялся производить не совсем понятные обычному человеку построения на обеих картах, после чего положил их перед нами. — Вот, смотрите.

— Насколько мне известно, примерная ориентация на север этих островов сходна, — сказал лорд Джон, более-менее знакомый с картами. — Однако, разница заметна даже невооружённым глазом.

— Но вы забыли о дрейфе материков, — профессор взял из книжного шкафа, стоявшего возле стола, толстую книгу и положил её возле нас. — Это справочник по склонению или, как говорят, дрейфу материков. Разумеется, никто из вас не знаком с такого рода вычислениями и вы не сможете проверить мои доводы. Вам придётся поверить мне на слово. Хорошо?

— Допустим, — сказал Саммерли.

— Благодарю за доверие. Так вот, по моим расчётам с учётом дрейфа материков, эти острова имеют практически одинаковую ориентацию на север. А теперь, — он присел возле нас за стол, — подвигайтесь поближе, сейчас вы познакомитесь с методикой, которой я пользуюсь в подобных случаях. Итак, для сравнения любых правильных изображений с нарисованными от руки картами или схемами надо учитывать одну немаловажную вещь, а именно: какую цель ставил перед собой человек, рисующий карту? Ведь практически любой из нас, изображая какой-либо географический объект или участок местности, думает, прежде всего, о том, как бы поточнее изобразить те или иные объекты на местности, притом в строго определённой последовательности. Например, сначала идёт дорога, потом лес, за лесом поле, и только за полем начинается деревня, а за деревней протекает река. Вот это нас будет интересовать в первую очередь, а совсем не форма леса или поля и, уж тем более, не их истинные географические размеры. Назовём это законом последовательности. Зачастую карты и схемы рисуются из одного места, и тут злую шутку может сыграть закон искажения. А он гласит: то, что находится дальше, кажется меньше, хотя мы знаем, что это неверно. Есть ещё один, подходящий для этого случая, закон. Это закон направления. То есть, если мы, допустим, стоим на горе и смотрим на домик за рекой, то справа от нас должен быть, например лес, слева — дорога, а сзади, к примеру, карьер. И только так будет изображено на нашей карте. Кстати, мой дорогой друг, — обратился он ко мне, — вы должны были уже испытать на себе все эти законы в Затерянном мире, когда составляли карту плато, не так ли?

— Действительно, всё было так, — ответил я, вспоминая, как я с дерева наспех рисовал карту Затерянного мира.

— Пойдёмте дальше. Поскольку объект представляет собой остров, предлагаю взять за основу законы последовательности и направления. Начнём с первого. Выберем отправную точку и мысленно двинемся вокруг острова. Лучше всего начать с какой-нибудь примечательной детали, чётко выделенной на старой пиратской карте, — например, двойного мыса, расположенного на западе, по форме напоминающего куриную лапу. Сразу сравним с новой картой. Есть ли подобный мыс там?

— Кажется, есть, — ответил Саммерли, указывая рукой на извилистый мыс, — и даже очень похожий.

— Отлично, — продолжил Челенджер. — Теперь пойдём от него вдоль береговой линии в западном направлении, то есть, по часовой стрелке. Далее — небольшая бухточка, затем мыс, а за мысом начинается довольно широкая отмель, вот, — он показал на новую карту, — её прекрасно видно.

— Всё верно, — подтвердили мы, водя пальцами по картам.

— За отмелью выдаётся небольшой мысок, потом опять бухта и большой мыс, на который из центра острова выходит горный хребет.

— Точно, — подтвердили мы.

— Теперь за мысом на крайнем западе должен быть островок.

— Вернее полуостровок, — заметил Саммерли.

— Верно, однако, судя по новой карте, перешеек настолько узок, что мог быть, и не замечен при поверхностном осмотре острова. Согласны?

— Возможно.

— Тогда пойдём дальше: за этим полуостровком, — на этом слове он сделал заметное ударение, — расположен характерный узкий залив, и далее мы можем увидеть мыс, после которого на обеих картах изображена отмель, являющаяся крайней северной точкой для обоих островов.