Владимир Рыбин - ИСКАТЕЛЬ.1980.ВЫПУСК №5

— Скажите, Уэбли Ричи, слышали ли вы беседу, которая имела место между подзащитной и Сюзанной Гренджер пятнадцатого августа?

— Да, сэр.

— Где происходила эта беседа?

— Возле двери в квартиру триста шестьдесят.

— Перескажите, о чем шла речь, — попросил Бергер.

— Один момент, — вмешался Мейсон. — Я бы хотел задать один предварительный вопрос.

— Я полагаю, что вы не имеете на это права, — тут же возразил Бергер. — Вам разрешается только заявить протест.

— Очень хорошо, — согласился Мейсон. — Я протестую на том основании, что вопрос подсказывает свидетелю ответ. Суд, очевидно, обратил внимание на показание свидетеля о том, что в беседе принимало участие двое. Значит, сам свидетель при этом не присутствовал.

— Но он сказал, что лишь слышал разговор, — вмешался судья Моран.

— Он сделал это заявление лишь на том основании, что узнал собеседников по голосам, — возразил Мейсон. — Однако такое свидетельство не является доказательством.

— О, я вас понял, — сказал Хэмилтон Бергер. — Мистер Ричи, вы знакомы с подзащитной?

— Да, сэр.

— Вам знаком ее голос?

— Мм… да.

— Была ли она одной из участниц этой беседы?

— Да, сэр.

— А кто был вторым собеседником?

— Сюзанна Гренджер.

— Вы знаете ее голос?

— Очень хорошо.

— Продолжайте. Расскажите, что вам удалось услышать.

— В общем, мисс Гренджер сказала, что не намерена терпеть, чтобы за ней шпионили, что ей это не нравится, что она женщина независимая, сама оплачивает счета и намерена жить так, как ей заблагорассудится.

— А что на это ответила подзащитная?

— Подзащитная заявила, что у нее хотят украсть ее друга и она не намерена спокойно смотреть на это. И что, если только Сюзанна Гренджер не отдаст ей Хепнера, тогда она убьет его.

— И что, она тут же показала оружие?

— Ну, конечно, — сказал Ричи. — Правда, я не видел, как это было. Я только слышал, но из контекста понял, что она показала Сюзанне Гренджер револьвер. Она еще добавила: «Ты увидишь, что я сдержу свое слово» — или что-то в этом роде.

— Можете задавать вопросы, — обратился прокурор к Мейсону, который в это время лихорадочно соображал, как оттянуть рассмотрение дела и перенести его на завтра.

— Следовательно, — начал Мейсон, — вы подтверждаете, что такая беседа имена место?

— Я разговаривал об этом с мисс Гренджер.

— Вы сделали это по обязанности?

— Конечно.

— Вспомните, что вы ей говорили по этому поводу.

— Я сказал, что Белинда Эпартментс — фешенебельное жилое здание и что среди его жильцов не приняты скандалы.

— А что вы сказали подзащитной?

— Я с ней не разговаривал. Сразу после ссоры она ушла.

— Почему вы не поговорили с ней позже?

— Ну, я… официально, вы понимаете, я не считал подзащитную жильцом этого дома. Правда, у нее была какая-то денежная договоренность с мисс Билан, но я посчитал это их личным делом.

— Понятно. А кто сказал вам об этой денежной договоренности?

— Мисс Билан.

— Не подзащитная?

— Нет.

— Значит, лично вы с подзащитной никогда не разговаривали?

— Иногда я видел ее.

— Но никогда не говорили с ней?

— В прямом смысле этого слова — нет.

— Тогда каким образом, — спросил Мейсон, — вам знаком ее голос?

Свидетель заколебался

— Я… видите ли, я слышал его по телефону.

— А вы что… подключаетесь к телефонному коммутатору?

— Да, я… в общем, я проверяю, кто говорит.

— То есть подслушиваете разговоры?

Свидетель растерялся.

— Я этого не говорил, мистер Мейсон. Просто мне иногда приходится принимать решения по поводу некоторых телефонных звонков.

— Что вы имеете в виду?

— Ну, к примеру, если кто-то заказал междугородный разговор, а сам разговаривает с местным абонентом в этот момент, когда дали заказанный город, тогда я должен дать телефонистке распоряжение прервать местный разговор.

— Понятно. Значит, коммутатор устроен с таким расчетом, что вы можете подключиться к любой линии коммутатора?

— Да, конечно, коммутатор этот…

— Отвечайте на вопрос прямо, — потребовал Мейсон. — Вы можете подключиться к любой линии?

— Да.

— Итак, — подвел черту Мейсон, — согласно версии подслушанной вами беседы мисс Гренджер вела себя добропорядочно и угроз не высказывала.

— Совершенно верно, сэр.

— Тогда почему вы сочли необходимым сделать ей выговор за недостойное поведение?

— Я… ну, потому, что она в какой-то степени явилась инициатором ссоры. Потому что именно она открыла дверь и первой высказала свое неудовольствие поведением подзащитной.

— Вы сказали, что находились в то время в соседнем помещении?

— Да, сэр.

— Тогда почему вы не вышли в холл и не прекратили этот шум?

Свидетель не знал, что ответить.

— Я вас слушаю, — нетерпеливо произнес Мейсон. — Почему вы этого не сделали? Что удерживало вас в той квартире?

— Видите ли, за многие годы работы в фешенебельных домах невольно становишься дипломатом. Когда же вмешиваешься в ссору двух рассвирепевших женщин…

— Двух женщин?

— Ну а как же? Конечно.

— Мне, например, показалось, что только одна из них рассвирепела, а другая вела себя с достоинством. Значит, они обе рассвирепели?

— Нет, мисс Гренджер разозлилась уже потом, в ходе разговора.

— Но ведь именно она первой открыла дверь и набросилась на подзащитную?

— Как бы это сказать… я… я не знал, кто открыл дверь. Я не мог этого видеть. Я только слышал.

— В конце концов, разве это так уж важно? — воскликнул со своего места прокурор, ехидно посмеиваясь.

— Да, это важно, ибо характеризует отношение свидетеля, — пояснил Мейсон.

— Абсолютно беспристрастный, непредвзятый свидетель, — с чувством произнес Бергер.

— Неужели? — усомнился Мейсон. — Итак, мистер Ричи, вы показали, что в искомое время находились в соседнем помещении?

— Да, сэр.

— И дверь была открыта?

— Да, сэр.

— В какой квартире вы находились? — спросил Мейсон, поднимаясь из-за стола и повышая голос.

— В общем, я… я был в квартире рядом.

— Рядом с чем?

— Рядом с… я находился в соседней квартире.

— Вы уже добрый десяток раз упоминали, что находились в соседней квартире, однако отвечать на поставленный вопрос не хотите. Хорошо, я помогу вам. Так вот, только в одной из двух соседних квартир была открыта дверь — в триста пятьдесят восьмой! Эта квартира принадлежит Сюзанне Гренджер. Она вышла, а правильнее сказать, выбежала, из квартиры, оставив дверь открытой, когда узнала, что подзащитная видела, как Дуглас Хепнер спускался на лифте. Поэтому-то вы и слышали разговор. В тот момент вы находились в квартире Сюзанны Гренджер, ведь так?