Эрл Гарднер - Встревоженная официантка

– Моя сотрудница все еще на месте, – заметил Дрейк. – Очевидно, стычки со слепой не произошло.

Мейсон и Дрейк вышли из машины и направились к женщине, сидевшей с опущенной головой, держа на коленях корзинку.

– Почем карандаши? – спросил Мейсон.

– Сколько вы сами решите дать, – ответила женщина ровным тоном, лишенным каких-либо эмоций, – начиная с десяти центов и выше. Шариковые ручки по доллару каждая, но если хотите заплатить больше – это ваше право. Только, пожалуйста, не просите у меня сдачи.

Дрейк наклонился, чтобы посмотреть карандаши.

Женщина заговорила тихим голосом, чуть громче, чем шепотом:

– Примерно пятнадцать минут назад выходил мужчина и купил шариковую ручку. Он бросил клочок бумаги на дно корзины.

– Вы в состоянии сейчас передать его мне? – спросил Мейсон.

– Пока нет – могут возникнуть подозрения. На нем написаны какие-то цифры. И это все – только ряды цифр.

– Мы в ближайшее время пришлем за вами такси. Берите карандаши и отправляйтесь в контору Дрейка. Приготовьте для него эту бумажку.

– Вы не хотите, чтобы я здесь еще оставалась?

– Вы уже выполнили свою работу, – ответил Мейсон. – Лучше скрыться, пока вас не обнаружила настоящая слепая.

– Я думала, что вам требуется, чтобы между нами произошло столкновение. Чтобы или она, или я начали выяснять отношения, а я бы сделала магнитофонную запись...

– Планы изменились. Теперь мы стали вникать в ситуацию.

Адвокат кивнул Полу Дрейку.

Детектив для виду опустил четыре однодолларовых купюры в корзину, взял две шариковые ручки и протянул одну Мейсону.

– Моя благотворительность на сегодняшний день – на случай, если кто-нибудь наблюдает за нами, – объяснил сыщик.

Мейсон и Дрейк вернулись к тому месту, где детектив припарковал машину. Из ближайшего телефона-автомата Дрейк вызвал такси, которое должно было забрать оперативницу, представляющуюся слепой.

– Что теперь? – поинтересовался детектив.

– Отправляемся в дом Софии Атвуд и попытаемся выяснить, что явилось истинной причиной для изменения местоположения титана с питьевой водой.

– А если нас там поймают? Ты сам прекрасно знаешь, что нам велели держаться подальше от дома.

– Да, велели, – согласился Мейсон. – Но я представляю клиентку, а от нее я не получал указаний не появляться там.

– Если нас там застанет полиция, то церемониться с нами не станут, заметил Дрейк.

– Они, конечно, могут нас там застать. Но мы постараемся действовать быстро, пока они не поняли, что мы задумали.

– Если честно, Перри, я до сих пор еще не вник во все это дело, признался Дрейк. – Частично я ловлю твой ход мысли, но... Разумно предположить, что слепая была каким-то образом связана с Софией Атвуд, но что лежит в основе всего?

– В компании Джиллко идет борьба за власть, – начал объяснения Мейсон. – Хьюберт Дииринг в дружеских отношениях с Джиллманом, президентом компании. Мать Хьюберта Дииринга, Бернис Атвуд, присвоила себе все имущество, при жизни принадлежавшее Атвуду. Даже имея в распоряжении только эти факты, можно прийти к определенным выводам, особенно ввиду того, что кто-то из сотрудников компании, имеющий доступ к информации, держит слепую женщину в курсе хода борьбы за власть.

– Ты считаешь, что в этом все дело?

– Да, я думаю, что это разумное объяснение.

Возбуждение адвоката передалось и Дрейку, что послышалось в его голосе:

– Боже, Перри, если это – решение проблемы, то ты практически завершил дело.

– Давай надеяться, что мы вовремя успеем в дом Софии Атвуд, – ответил Мейсон.

– А кого мы должны обогнать?

– Стюарта Баксли, например. Однако, я сомневаюсь, что до Баксли дошла важность перемещения титана с питьевой водой с обычного места, да и того, что кто-то его уронил.

– Мы попытаемся войти незаметно и...

– Оставляем машину перед входом, – ответил Мейсон. – Открываем дверь моим ключом и прямо заходим.

– А если за домом следит полицейский?

– В таком случае у нас будет пять-шесть минут, пока не вляпаемся по уши, – ответил Мейсон.

17

Когда Мейсон и Дрейк вышли из машины, адвокат заметил:

– Не похоже, чтобы здесь была выставлена полицейская охрана, Пол.

– То, что мы их не видим, еще не означает, что их здесь нет, возразил Дрейк.

– Ладно, винить во всем нам придется только себя, – усмехнулся Мейсон. – Мы поставили капкан, положили в него приманку, а теперь сами в него направляемся.

– Не нравится мне все это, – признался Дрейк. – Мы нарушаем приказ полиции.

– Полиция не имеет права указывать мне, что делать для защиты клиента, – ответил Мейсон, уверенно направляясь по дорожке к крыльцу.

Адвокат вставил ключ, открыл дверь и вошел в дом.

– Эй! – попытался остановить его Дрейк. – Ты не собираешься вначале позвонить? Вдруг кто-то дома и...

Мейсон уже поднимался по лестнице.

Полиция не убрала разбитый титан, и осколки стекла остались на промокшем ковре, впитавшем разлитую воду.

– Ты можешь догадаться, что случилось, Пол, – начал Мейсон. – Титан с водой подвинули. Его слегка приподняли, а потом тянули по ковру: видишь, следы на нем? Потом его не вернули на место, и он так и остался стоять между двумя дверьми, как раз там, где кто-то, входящий в дверь, увидел бы его прямо на пути своего следования.

– Ну и что? Так зачем его двигали?

Мейсон опустился на колени и изучил место, где титан стоял изначально. Затем он достал из кармана перочинный нож, подцепил ковер с краю, подхватил лезвием и оттянул.

– Здесь типичный тайник, Пол, – сообщил Мейсон.

Дрейк наклонился.

Мейсон вставил нож между досками и осторожно приподнял крышку, державшуюся на хитроумно спрятанных петлях.

– Боже праведный! – воскликнул Дрейк. – Здесь все забито деньгами!

Мейсон осмотрел хранилище, оказавшееся под крышкой, и пачки наличных, ровно уложенных в нем.

– Господи! – не мог успокоиться Дрейк. – Ты только взгляни на них! Все стодолларовые. Здесь целое состояние.

Мейсон быстро вернул крышку на место, поднялся на ноги и поправил ковер.

– Ладно, Пол, сматываемся.

– Что значит – сматываемся?

– Уходим из этого дома.

– А с деньгами что будем делать?

– А что с ними можно сделать?

– Мы должны сообщить в полицию.

– И тогда вперед выходит Бернис Атвуд и заявляет, что это часть имущества, принадлежащего ее покойному мужу Джеральду Атвуду. Она забирает деньги себе – и дело сделано.

– Но их нельзя здесь оставлять! – воскликнул Дрейк. – Предположим, их найдет кто-то еще и украдет?

– Во-первых, мы их не клали в этот тайник. Давай надеяться, что София Атвуд в ближайшие дни придет в сознание и мы сможем поговорить с ней по душам. Ты сам понимаешь, что произошло. Каким-то образом ей удалось удержать у себя определенную часть имущества наличными, или она что-то перевела в наличные. Бернис постаралась прибрать все к рукам, но у Софии не было поводов для беспокойства. У нее припрятано целое состояние. Однако, София не хотела, чтобы у Бернис закрались даже малейшие подозрения о том, что ей удалось что-то оставить у себя, так что она вела себя как женщина, потерявшая практически все, что накопила за свою жизнь. Мы в затруднительном положении, Пол. Если она умрет, так и не придя в сознание, мы завязли.