Эрл Гарднер - Встревоженная официантка

– Вы собираетесь публично заявить об этой находке? – спросил Мейсон.

– Когда мы обнаруживаем тайник с такой суммой наличных, мы не срезаем углов, – ответил Трэгг. – Мы выкладываем карты на стол и открываем их. В течение следующих двадцати минут Гамильтон Бергер будет поставлен в известность. А теперь, господа, нам нет необходимости вас задерживать. Мы очень ценим ваши услуги, как сыщиков. Не исключено, что до конца дня с вами еще захочет поговорить окружной прокурор, но пока вы свободны. Всего хорошего.

Полицейский проводил Мейсона и Дрейка до верхней лестничной площадки. Они начали медленно спускаться вниз.

– Так, Перри, это твой спектакль, – сказал Дрейк. – Что теперь?

– Я отвечу тебе после того, как мы покинем дом.

Выйдя на улицу, они направились по дорожке к машине.

– Подготовим повестку о явке в суд со стороны защиты в деле по обвинению Катерины Эллис и вручим ее слепой женщине. Это будет чертовски сложно, Пол. Пошлем оперативников, чтобы следили за парадным и черным входами в ее дом, кого-то отправим к компании «Джиллко». Тебе также придется вручить повестку и миссис Гудинг.

– Управляющей тех квартир? – удивился Дрейк.

– Да, – кивнул Мейсон.

– Почему ей?

– Потому что она нас разыграла. Над нами здорово посмеялись. Когда мы звонили в дверь миссис Джиллман, пытаясь встретиться со слепой, та накручивала диск телефона и попросила миссис Гудинг выяснить, в чем дело. Когда стало ясно, что мы намерены или попасть в квартиру слепой, или поднять шум, слепая спустилась по черной лестнице в квартиру миссис Гудинг, а мы отправились обыскивать второй и третий этажи. Вся квартира на втором этаже – большой выставочный зал. На самом деле слепая живет с миссис Гудинг. Мы вскорости выясним, что миссис Гудинг готовит, убирает и вообще делает все по дому, а вторая квартира держится для виду.

– Почему ты так решил?

– Место не кажется обжитым, – ответил Мейсон. – Спертый воздух, пахнет плесенью. Более того, третий этаж никому не сдается. Я не удивлюсь, если окажется, что весь дом принадлежит слепой, а миссис Гудинг только играет определенную роль.

– А разве ты не хочешь переговорить с этой миссис Джиллман перед тем, как она займет место для дачи свидетельских показаний?

Мейсон улыбнулся и покачал головой.

– Пусть все прояснится в суде. Я буду задавать ей вопросы только после того, как она примет присягу и осознает, что дальнейшие попытки все запутать не принесут ей пользы. Если я прекращу маскарад и притащу ее в зал суда, она придет в негодование, и суду это совсем не понравится. Возникнут подозрения. А если я вручу ей повестку, приглашу в суд в качестве свидетельницы и впервые стану разговаривать с ней, когда она сядет в свидетельское кресло, тогда ей придется сказать правду. Может, из этого получится что-то хорошее.

– А пока? – поинтересовался Дрейк.

– А пока, – устало ответил Мейсон, – Гамильтон Бергер сообщит во все газеты о тайнике, полном денег. Да и по радио и телевидению объявят, что триста тысяч долларов наличными найдены в доме женщины, подвергнувшейся нападению и до сих пор находящейся при смерти. Что эта крупная сумма прекрасная мотивация, о которой полиция догадывалась, но не могла доказать, пока в результате блестяще проведенного лейтенантом Трэггом расследования тайна не стала явью, к смущению Перри Мейсона и частного детектива, которые строили на этот счет свои планы.

– И ты собираешься поставить все на показания слепой?

– Да, – кивнул Мейсон. – Здесь слишком много узелков. София Атвуд с коробкой из-под шляпы, набитой стодолларовыми купюрами. Тайник в доме тоже со стодолларовыми купюрами. Стюарт Баксли, друг семьи. Бернис Атвуд, законная вдова Джеральда Атвуда. Тот факт, что слепая, по крайней мере, представляется под фамилией Джиллман. Борьба за власть в компании «Джиллко». Осознание Софией Атвуд того, что Катерина Эллис обнаружила в шкафу коробку, набитую деньгами. София предпринимает усилия обустроить все таким образом, будто одна стодолларовая купюра исчезла у нее из шкафа, в результате чего она могла обратиться за помощью к Стюарту Баксли. Хьюберт Дииринг, сын Бернис Атвуд, появляется в компании «Джиллко». Кто-то из компании передает информацию слепой женщине, а когда слепая по какой-либо причине не может занять свой пост перед зданием, ее подменяет София Атвуд.

– Продажа карандашей служила уловкой для промышленного шпионажа? спросил Дрейк.

Мейсон кивнул.

– Тогда почему тот, кто передавал информацию, не мог просто послать слепой письмо или позвонить по телефону?

– Потому что он в то же время получал задания, – объяснил Мейсон. – И слепая лично хотела отдавать приказы.

– Слепая отдавала приказы? – переспросил Дрейк.

– Вот именно, – ответил Мейсон.

18

– Насколько я понимаю, господин окружной прокурор, – сказал судья Черчилл, – в течение последних суток имело место довольно драматичное развитие событий по рассматриваемому делу?

– Да, Ваша Честь, – ответил Гамильтон Бергер. – Мне хотелось бы пригласить лейтенанта Трэгга для дачи показаний.

– Хорошо.

Трэгг сел в свидетельское кресло и рассказал о том, как они со вторым полицейским подготовили засаду в доме Софии Атвуд. Они предполагали, что адвокат Катерины Эллис получил от своей клиентки определенную информацию, которая должна заставить его вернуться в дом. Пока полицейские ждали, Мейсон и Дрейк вошли в дом, поднялись по лестнице и отправились в комнату, где был опрокинут титан с питьевой водой, нашли тайник и уже готовились покинуть здание, когда им преградили дорогу полицейские. Представители правопорядка сделали опись наличных, спрятанных в тайнике, и подсчитали, что там хранилось триста тысяч долларов наличными в стодолларовых купюрах.

– Вы можете проводить перекрестный допрос, – повернулся Гамильтон Бергер к Перри Мейсону.

– У меня нет вопросов, – объявил Мейсон усталым, бесстрастным голосом.

Гамильтон Бергер пригласил свидетеля, который показал, что на фонарике, использовавшемся для того, чтобы ударить по голове Софию Атвуд, остались отпечатки пальцев обвиняемой, в чем не может быть сомнений.

Когда Гамильтон Бергер закончил со специалистом по дактилоскопии, Мейсон задал лишь один вопрос:

– Вы можете точно сказать, когда были оставлены эти отпечатки пальцев?

– Нет, – признался свидетель. – Возможно, во время нападения, возможно, раньше.

– У меня больше нет вопросов, – объявил Мейсон.

Сосед Софии Атвуд дал показания о полночном визите обвиняемой. Мейсон не стал его ни о чем спрашивать.

Гамильтон Бергер пригласил таксиста, которого Катерина Эллис вызывала для поездки к дому Софии Атвуд. Тот показал, что обвиняемая его специально предупредила, чтобы он постарался не создавать лишнего шума, подъезжая к дому.