Святослав Чумаков - Искатель. 1984. Выпуск №4

— Что бы там ни было… Джек зашел слишком далеко. Я ухожу от него. И хочу помочь тебе.

— Чем именно? — спросил Ал.

— Тут есть боковой проход… Пошли, я покажу!

Они протиснулись в дверь, огляделись. Пробежали под стеной несколько метров и снова остановились.

Прямо перед ними упало что-то круглое, огненное. И они даже не успели ничего понять: их разорвало на куски.

ВТОРАЯ ПОПЫТКА

— Итак, мы на месте, — сказал Дон.

— И ничто не изменилось, — заметила Катя.

— А что могло измениться? — спросил Ал.

Утром они вышли из своего лагеря и теперь, около полудня, оказались перед стеной. С ними был Рене. Они стояли на том месте, где лестница вела к смотровой площадке.

— Надеешься, что здесь выйдет? — спросил Рене.

— С такой же долей вероятности, как в любом другом месте, — ответил Ал. — Я не думаю, что препятствие существует само по себе…

— Вспомни о мосте! — удивилась Катя.

— Я думал о нем. Мост обрывается. Все так. Но все объясняется просто: такой старый мост в центре города ни к чему.

— Не понимаю, — буркнул Дон.

— Проделаем вместе один опыт, — предложил Ал. — Пойдемте со мной!

Он поднялся по лестнице, подождал, пока подойдут друзья, а затем указал им на одно место в правой части парапета: там была блестящая кнопка серого цвета. Ал осмотрел левую часть парапета и на той же высоте нашел идентичную кнопку.

— А теперь смотрите внимательно! — попросил он.

Двор, где некогда происходила странная дуэль, предстал сейчас перед ними как темная пропасть. Как и в тот раз ими овладело странное, угнетенное настроение, в воздухе звучали непонятные шорохи, что-то дребезжало, бухало и свистело, стучало и позванивало, слышались глухие крики, ветер нес отголоски топота и восклицаний.

А потом вновь появились закутанные в черные плащи всадники со своими факелами, сверху походившие на слабые блуждающие огоньки, и оба рыцаря — тоже… Все повторилось: и дуэль на «плетях» и победа белого рыцаря…

Рене, впервые увидевшему это зрелище, потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя от удивления.

Дон воскликнул:

— Все в точности как тогда! Ни единого нового движения! Ал, это что — театральное представление?

— Что-то вроде. Или разновидность кино. Полнейшая иллюзия достигается с помощью технических средств. Публика появляется на смотровой площадке, одна из селеновых клеток, — он указал на кнопки в парапете, — регистрирует это, передает сигнал по линии — и начинается спектакль.

— Как ты догадался? — спросил Дон.

— В старой телеленте я видел нечто похожее. Движущиеся фигурки были спарены с часовым механизмом. Ровно в полдень они выдвигались по рельсикам вперед и исполняли маленький танец — движения были весьма своеобразными, как у марионеток. А затем все исчезало. Я считаю: ничего этого не существует.

Он полез в карман и достал несколько камешков.

— Смотрите!

Размахнувшись, швырнул камень. Тот долетел до воды и исчез. Рене что-то показалось неправдоподобным, но он не знал, что именно. Камень летел… а потом исчез — чего-то не хватало. Да, верно: он не плюхнулся в воду. Ни всплеска, ни брызг, ни разошедшихся кругов…

— Здесь нет воды, — сказал Рене. — Вода — тоже видимость. И дома, улицы, холмы…

— Все это декорации, — завершил Рене.

Дон протиснулся между Катей и Алом, открыл пластиковую коробку, которую прихватил с собой, и вынул из нее смотанную в тугой клубок лестницу.

— Я пойду первым.

Он перелез через парапет и начал спуск. Коснулся ногой зеркальной глади, погрузился в «воду», но никакой влаги не ощутил. Нырнул с головой и понял: здесь можно дышать…

Спустились и Ал с Рене. Катя наблюдала, как все трое исчезли в темной, переливающейся массе. Все произошло пугающе тихо, на поверхности — ни движения. Лестница дрогнула еще несколько раз и тоже замерла.

Потом голос снизу позвал ее. Она спустилась по лестнице, с головой погрузилась в «воду»… И тут что-то замерцало, закрутилось, обрело четкие формы..

От «воды» не осталось и следа. Катя вместе с другими оказалась на матовой металлической поверхности, прилегавшей прямо к стене, а там, где прежде были средневековые руины, стояли воздушные строения со стеклянными крышами, опиравшиеся на тонкие, с карандаш, опоры. Повсюду тянулись стенки из переплетений проводов, сбегались и разбегались трубы, торчали антенны, на высокой реечной конструкции было установлено параболическое зеркало.

Это и был истинный центр города. Его чудовищное, мерцающее машинное чрево.

— Совсем другое дело, — проговорил Дон. — От старого города, или его зеркального отражения, следа нет.

— Мне здесь не по душе, — пробурчала Катя.

— Надо еще попытаться, — произнес Ал. — При этом не следует забывать, что нас могут подстерегать опасности. Здесь есть…

— Ты считаешь, что они еще живы? — перебила его Катя, невольно отступив к лестнице.

— Я думаю, что их цивилизация путь свой прошла до конца. Но мы не знаем, как пошло их развитие на последнем этапе пути. А потому мы наверняка столкнемся здесь с предметами, никогда и никем из землян не виданными, с машинами, назначение которых нам неизвестно…

— В чем может быть назначение машины? — сказал Дон. — Нажимаешь на кнопку — и она делает то, что ей положено.

— Что ей велит программа, — поправил Ал. — А если она сама себе задаст программу?

— Боишься, что на нас нападут? — спросил Дон. — Самая большая опасность — это Джек. Он наверняка уже здесь. И если еще не у цели — наше счастье. А теперь выскажись ты, Ал. Чем объяснить это колдовство?

— Я полагаю, что старый город со всеми его строениями, фигурами и представлениями — это аттракцион. Скорее всего на стене есть и другие смотровые площадки, откуда можно наблюдать…

— Я хочу повторить свой вопрос, — нетерпеливо проговорил Дон. — Какую опасность могут представить для нас эти машины?

— Откуда я знаю?!

Рене сделал шаг вперед.

— О каких опасностях идет речь? Эти устройства созданы для разумных существ, и чем они совершеннее, тем полнее удовлетворяют потребности своих хозяев.

— Ничего похожего я не вишу, — сказала Катя, поднимаясь. Здесь даже скамеек и тех нет. Будь твоя правда, нам по крайней мере подали бы такси.

Катя отошла на несколько шагов от стены и оказалась на широкой улице с решетчатыми конструкциями по обеим сторонам. И тут к ней плавно подкатила серого цвета лодка. Борт лодки открылся, выдвинулась доска.

— Чудненько! — воскликнула Катя. — И сразу шагнула на доску. — За мной!