Святослав Чумаков - Искатель. 1984. Выпуск №4

Не прошло и десяти минут, как он вернулся к своим спутникам.

— Идите сюда, — позвал он. — Ходить пешком нам больше не придется!

— Здорово мы перепугались, когда ты пронесся над нами…

Ал был в прекраснейшем настроении.

— Маленькая пробная поездка! — объяснил он. — Залезайте! Удобно тут — лучше не придумаешь!

Ал объяснил Дону систему управления, и тот повел «повозку» к центру города.

— Я думаю, в земле проложен ведущий рельс; очевидно, эта штука соединена с ним через радар. Оттуда же, снизу, она, наверное, и получает энергию. Как бы там ни было, от линий, заданных на чертеже, она уклониться не может.

Дон не замедлил проверить предположение Ала и, убедившись в его правоте, сказал:

— Ну ладно, пусть эта коробка себе катится. Нам ведь все равно недалеко — скоро как будто центр.

Через несколько сот метров «повозка» остановилась, и их вынесло наружу.

— Теперь я знаю, почему эти рельсовые дороги здесь заканчиваются. — Дон очертил в воздухе кольцо и продолжил: — Город, надо полагать, разрастался от центра по радиальным линиям. И жители скорее всего монтировали потом одну кольцевую линию за другой.

— В зданиях мы никаких следов жителей не видели. Куда они могли деться? — спросила Катя. — Твоя теория, во всяком случае, не подтверждается.

— Какая еще теория? — раздраженно спросил Дон.

— Ну что жители, мол, сами себя уничтожили. Дома последних поколений стоят новехонькие!

— Вопрос в том, — сказал Ал, — куда ведет развитие разумных существ, если они преодолели так называемую «фазу саморазрушения». Ты ведь сам не веришь, Дон, что мы, земляне, единственные, кому это удалось?

— А вдруг они вымерли сами собой?

— По-твоему получается так: когда они достигают положения, при котором им некого опасаться, когда могут удовлетворить все свои желания, когда перед ними не стоит существенных проблем — для них, так сказать, продолжение жизни становится бессмысленным? Они просто ложатся и умирают, да?

— Останемся каждый при своем мнении, — взорвался Дон. — Предлагаю подумать, как нам взобраться вон на ту башню, — он указал в сторону стоявшего на возвышении куба с башней. Куб был значительно выше большинства остальных зданий.

Дома сблизились, образовав внутреннее пространство, которое можно было назвать улицами. Одни высокие, другие маленькие. И все они давно обветшали. Краска на стенах облупилась, ниши и углы домов были завалены истлевшим мусором, из продолговатых отверстий, бывших, очевидно, некогда окнами, свисали клочья прозрачной ткани.

Но видны были и разрушения: проломы и вмятины в стенах, обуглившиеся руины. Здесь не росла больше трава, дорога была покрыта мусором. Она неожиданно оборвалась перед котловиной, присыпанной сверху желтой пылью.

— Кратер метеорита! — воскликнула Катя. — А я — то думала, что город от метеоритов защищен!

— А вдруг это следы бомбежки? — сказал Дон. — Что, если эта бомбежка производится автоматически? Что, если автомат не отключен и по сей день?

Вскоре они оказались перед зданием с башней. Хотя и здесь были видны следы запустения, внешне дом казался достаточно крепким. И в отличие от других зданий дверь здесь они обнаружили без труда.

Башня была высотой этажей в тридцать, не меньше. Купол блестел и отливал разными красками, изнутри он был прозрачен и обладал поразительным свойством подчеркивать пластичность рассматриваемой картины. Звезды висели перед ними ступеньками, один слой за другим. Мириады звезд, и до них — рукой подать!

Немного погодя Ал подошел к ящичку, стоявшему на подставке посередине купола. Он осторожно повернул одно из колесиков. Угол обзора на экране сместился, и всем почудилось, будто они стоят среди звезд. Светила сбивались в гиперпространстве в пестрые облака, спирали, кольца, между ними сновали кометы, пульсировали сгустки звездной пыли.

Ал вернул колесико в прежнее положение. Взялся за ближайший рычажок и опустил его. С головокружительной быстротой навстречу им помчался тот ландшафт, который они могли наблюдать из башни невооруженным глазом! Дома, башни и мосты поднимались к ним, подобно огромным театральным декорациям, а потом, на последней грани увеличения, распадались в ничего не значащие точки, вместо них появлялись новые строения на фоне четко очерченных театральных задников.

— Стоп! — рявкнул Дон.

Они вдруг увидели типично земные, человеческие движения — покачивание тела при ходьбе, сгибающиеся колени, переставляемые ноги, болтающиеся руки… Каждая деталь была видна совершенно отчетливо.

— Джек! — опять крикнул Дон. — Вот тот, впереди — Джек, сзади и сбоку за ним — Рене… А вон идут и Тонио с Хейко! Где они находятся, можешь установить?

Ал уменьшил изображение и получил примерное представление о том, на каком расстоянии от них вторая группа и в, каком направлении движется к центру города. Вот она исчезла за длинным невысоким строением.

— Черт побери! — воскликнул Дон. — У Джека нюх подходящий. Как далеко они от нас? Километр? Два?.. Поторапливайтесь, иначе они нас опередят!

И вновь они шли к центру города. Дома сбивались все плотнее, улочки делались все уже. Друзьям приходилось то и дело менять направление, идти в обход.

Наконец они достигли высокого узкого дома, примыкавшего к огромной стене, сложенной из простых, необработанных камней, скрепленных сырой известью. Вверху стену увенчивал зубчатый пояс, достигавший, казалось, самого неба.

— Крепостная стена, — сказала Катя.

— Мы попали в средневековье, — подтвердил Ал.

— Должна же быть какая-то возможность перебраться через нее! — воскликнул Дон раздраженно.

— Любопытно, как выглядели существа, населявшие город? — спросила Катя.

— Не думаю, чтобы они совсем не были на нас похожи, — ответил Ал.

— С чего ты взял? Разве они с таким же успехом не могли напоминать огромных лягушек, муравьев или пингвинов?

Ал весело рассмеялся:

— Из их технических устройств многое можно уяснить. Не забывай, что кресла-диваны прекрасно подходили к форме наших тел, что пульты созданы для ручного управления — ручного! — что на экранах возникали кадры, безукоризненно различаемые нашими — нашими! — глазами. Высота окон и дверей мало чем отличается от наших. Здесь, правда, в домах нет лестничных маршей, но по спиральным дорожкам вполне можно подниматься, пусть это для нас и непривычно.

Дон участия в разговоре не принимал. Его внимание приковала к себе стена. У стены громоздились груды мусора, окруженные кустарником, а по стене до самой зубчатой кромки карабкались вверх лианы.