Эрл Гарднер - Мрачная девушка

– Делла, позвони в окружную прокуратуру. Я хочу переговорить с Клодом Драммом.

Адвокат повесил трубку и посмотрел на журналиста.

– Послушай, – заговорил Неверс, – ты здесь наступаешь на собственную мозоль. Если ты сообщишь окружному прокурору, что собираешься сдавать девчонку, то они установят слежку за твоей конторой и заберут ее, как только она подъедет к зданию. Они предпочтут сами арестовать ее.

– Именно поэтому, – кивнул Мейсон, – я и хочу, чтобы ты послушал, что я буду говорить представителю окружного прокурора. Чтобы не осталось недопонимания.

Зазвонил телефон и Мейсон снял трубку.

– Алло! Алло, мистер Драмм? Говорит Мейсон. Да, Перри Мейсон. Насколько я понимаю, Робу Глиасону предъявлено обвинение в убийстве Эдварда Нортона?

– Ему предъявлено обвинение, как одному из соучастников, – голос Драмма был холодным и осторожным.

– А есть еще и второй? – спросил Мейсон.

– Да, возможно.

– Обвинение уже официально предъявлено?

– Пока нет.

– Маленькая птичка сообщила мне, что вы хотите назвать Фрэнсис Челейн второй соучастницей.

– И что же из этого? – тем же тоном спросил Драмм. – Зачем вы мне звоните?

– Чтобы сообщить вам, что Фрэнсис Челейн сейчас направляется к вам в прокуратуру, чтобы сдаться под стражу.

На какое-то мгновение Драмм замолчал, а затем спросил:

– Где она сейчас?

– Где-то на пути между тем местом, где была, и вашей конторой – в дороге, – ответил адвокат.

– А она собиралась делать какие-нибудь остановки? – осторожно спросил Драмм.

– Не могу вам ответить.

– Хорошо. Когда она появится, мы будем рады ее видеть.

– А как насчет того, чтобы выпустить ее на свободу под залог? спросил Мейсон.

– Обговорим этот вопрос после того, как она сделает нам заявление.

Мейсон улыбнулся.

– Я не хочу, чтобы между нами оставалось недопонимание, мистер Драмм. Я сказал вам, что она собирается сдаться под стражу. Заявлений не будет.

– Мы бы хотели задать ей несколько вопросов.

– Прекрасно. Вы можете задавать ей столько вопросов, сколько пожелаете. Она будет только рада, если вы это сделаете.

– А она станет на них отвечать?

– Нет. Отвечать буду я. И говорить буду только я.

Мейсон услышал раздраженный возглас Драмма на другом конце провода и повесил трубку.

Неверс посмотрел на него усталыми глазами.

– Они тебя обманут. Они догадаются, что она обязательно заедет к тебе и пошлют сюда людей, чтобы арестовать ее. Они представят, что она была арестована, а не сдалась полиции.

– Нет, – возразил Мейсон. – Они думают, что она прямо направляется из клиники в окружную прокуратуру. И, в любом случае, ты ведь слышал наш разговор. Это поможет избежать неоднозначного толкования.

Мейсон открыл ящик письменного стола, достал бутылку пшеничной водки и стакан. Репортер отодвинул стакан обратно к адвокату и поднес бутылку к губам. Изрядно отхлебнув, он улыбнулся Мейсону:

– Моя первая жена терпеть не могла мыть посуду, так что я отучился ее пачкать. Понимаешь, Мейсон, у меня было тяжелое утро, уже несколько ночей подряд я не могу как следует выспаться. Если я положу ее в карман, то это поможет мне не заснуть на ходу.

Адвокат протянул руку и взял бутылку у Неверса.

– А если она останется у меня в столе, я точно буду знать, что ты не переборщишь.

– В таком случае мне следует отправляться вниз за фотографом, заявил Неверс, встал с кресла и пошел к двери.

Он вернулся через пять минут вместе с фотографом, который в одной руке нес фотоаппарат, а в другой – треножник. Фотограф, не теряя времени, профессионально осмотрел кабинет, определяя, в каком углу лучше освещение.

– Какой у нее цвет лица? – поинтересовался он.

– Золотистые волосы, темные глаза, высокие скулы, хорошая фигура, сказал Мейсон. – Насчет позирования у вас с ней проблем не будет. Она прекрасно знает, как лучше подать себя.

– Я хочу, чтобы она села вот в это кожаное кресло, – пришел к выводу фотограф.

– Значит, сюда и сядет, – согласился Мейсон.

Фотограф поднял шторы, установил треножник, настроил и сфокусировал фотоаппарат большого размера и приготовил вспышку.

– Почему вы не пользуетесь электрическими лампочками? поинтересовался Мейсон, наблюдая, как фотограф засыпает порошок. Насколько мне известно, с ними получаются лучшие результаты, а комната не наполняется дымом.

– Попробуйте сказать нашему редактору, как проводить ревизию счетов, – ответил фотограф. – К тому же, это _в_а_ш_ кабинет, а меня дым не беспокоит.

Неверс улыбнулся Мейсону:

– Как видишь, мы работаем в «Старе» в атмосфере взаимопонимания и сотрудничества.

Мейсон посмотрел в потолок и пробормотал:

– Я думаю, мне придется на полчаса прекратить работу только потому, что вы экономите на вспышке.

– Дай ему глотнуть из той бутылочки, – предложил Неверс, – и тогда, не исключено, дыма будет поменьше.

Мейсон достал бутылку из стола и протянул фотографу.

– Мне почему-то кажется, – снова заговорил Неверс, обращаясь к адвокату, – что ты опять приготовил кролика, которого вытащишь из шляпы.

– Приготовил, – кивнул Мейсон.

– Ладно, Билл, – повернулся Неверс к фотографу, – сделай фотографию адвоката за столом. Надо бы разложить несколько справочников и бумаг. И бутылку-то уберите, ради Бога.

– Не тратьте зря пленку, – заявил Мейсон. – Они все равно напечатают только фотографии в зале суда или в паре с Фрэнсис Челейн.

Харри Неверс задумчиво посмотрел на него и ответил своим усталым голосом:

– Не будь так уверен. Все зависит от того, что ты там приготовил. Последнее время ты неоднократно всех удивлял, и я приберегу эти снимки на случай, если они нам вдруг понадобятся. Работая с тобой, никогда не знаешь, что ты выкинешь в следующее мгновение.

Мейсон внимательно посмотрел на журналиста.

– А не хочешь ли ты случайно сказать, что идут разговоры о том, что меня могут арестовать, как соучастника после события преступления?

Неверс усмехнулся.

– У тебя прекрасно работает голова, но своеобразная манера ведения дел и представления клиентов. Раз уж ты это упомянул, я вспомнил, что поговаривают о том, что ты получил украденные деньги в качестве гонорара и не сдал их полиции.

Мейсон с укором посмотрел на него.

– Если бы я получил деньги, подумай, в каком положении оказалась бы моя клиентка, если бы я пришел к окружному прокурору, положил их ему на стол и заявил: «Вот они».

– А ты получал от своей клиентки тысячедолларовые купюры? – спросил Харри Неверс таким тоном, словно и не рассчитывал услышать ответ.

Мейсон махнул рукой.