Дмитрий Федоров - Города Алисы

— Если я стану пассивным, то конкуренты съедят, — напустил бравады Герман, но понял, что она как-то неуместна среди этого соборного великолепия, и замолчал.

— У Вас интересная работа, — Алиса не знала, как дальше продолжать беседу.

— Да нет… так… в основном рутина. Хочется чего-то такого…

— Романтики? Полета?

— Да! В жизни чего-то не хватает. Иногда.

— Ну, вот и романтика — сходили в Сент-Пол, — подытожила Алиса. — Пойдем вниз?

— Вы уже хотите? — встрепенулся Герман.

— А Вы еще что-то хотели здесь?

— Да нет. Я так… спросил, — последняя фраза скорее угадывалась, потому что Герман быстро поднялся и направился к Алисе.

После спуска походили по собору, задрав голову. Полюбовались. Герман предложил выпить кофе, но Алиса сказалась уставшей. Герман намеревался утром проводить ее в аэропорт, но она убедительно отказалась, потому что вылет очень рано.

— Ну я тогда просто пришлю за Вами машину. Вас отвезет мой водитель.

— Водитель? Ну, хорошо, — замялась Алиса. — Мне просто очень неудобно — Вы столько для меня сделали.

— Никаких затруднений — мне было приятно. Это мелочь.

— А когда сами в Москву?

— Пока не знаю — здесь дела еще…

По дороге в Падингтон, где в пестроте диванов, подушек и ковров отеля «Индиго» жила Алиса, Герман выскочил посреди улицы и дал какую-то короткую команду своему водителю-сербу, по-видимому, на его языке.

— Куда он? — удивилась Алиса.

— Сейчас вернется, — успокоил Деян. — Через пару минут.

«Мерседес» покатался немножко по кварталу — так что Алиса совсем потеряла ориентиры. И вдруг на углу неожиданно возник Герман с букетом.

— Спасибо! Он такой же, как обстановка в моем отеле, — засмеялась Алиса.

— В каком смысле? — растерялся Герман. — Это хорошо или плохо?

— Это здорово! Букет такой яркий. Вы — замечательный.

Когда прощались, Герман внимательно изучил холл отеля и дал на чай носильщику двадцать фунтов.

— Хотя мне хотелось бы самому донести Ваши пакеты…

Утром Деян заехал за Алисой свежим и веселым.

— Успели выспаться? — вежливо поинтересовалась Алиса.

— Да, вчера после того, как мы отвезли Вас, я уже через два часа освободился и пораньше лег спать. Герман улетел — теперь поспокойнее.

— Как улетел?

— Ну да. Вчера мы заехали в «Лейнсборо», он быстро собрался, и мы успели в аэропорт. Еле-еле, но успели.

— Так ведь он не собирался улетать!

— Наверное, планы изменились, — ничуть не удивился Деян. — Возникли дела, и он сорвался в Москву.

— Странно.

— Да нет. У него так часто бывает.

— Так ведь вчера перед прощанием он говорил, что пока не улетает в Москву, — стояла на своем Алиса.

— Значит, ему тут же позвонили. Один звонок, одна встреча — и все в жизни сразу меняется.

В День рождения Максима Алиса (в соответствии с планом Германа) позвонила перед входом в лифт и предупредила, чтобы он посмотрел MMS. А когда двери раздвинулись, протянула футболку встречавшему ее на площадке имениннику:

— С деэром, Максим! Желаю, чтобы ты тоже много-много забивал в ворота конкурентов.

— Как ты это сделала? Супер! Ты чудо! — щенячий восторг Максима перешел в истерику… — Ты такая… нереальная. Я… я приглашаю тебя завтра на ужин в «Горки» и… давай в начале июня полетим на Бали.

— Мне очень приятно, только… — Алиса могла в этот момент почувствовать тот же триумф, что почувствовал Аршавин после четырех голов в ворота «Ливерпуля», но когда она увидела, как Максим от счастья зарылся лицом в футболку, ее вдруг переполнило разочарование, жестокое и холодное. — Спасибо за приглашение, но, знаешь… у меня другие планы. Извини. До свидания! Пошли, Соломон!

Алиса старательно пожала руку бывшему объекту своих грез, развернулась и зашла в лифт. Отфутболила — как девушка гордая и достойная более высоких отношений! Ей подавай независимого человека, а не того, кто от восторга готов на колени пасть перед игроком, который и до перекладины ворот еле допрыгнет. Ее принц должен принадлежать лишь ей одной. Не станет же она делить его с каким-то там Аршавиным!

Прогулявшись с Соломоном в Воронцовском парке, Алиса окончательно успокоилась и решила: ничего страшного — найдет другого, посолиднее. Увлеченного чем-то более существенным. Например, творчеством Вуди Аллена. Кстати, в Штатах она еще не бывала. И там тоже много русских. Надо только выбрать правильное место, где ждать чудес.

ГОРОД, ПОСТРОЕННЫЙ АНГЕЛОМ

Это неправда, что в подружки выбирают некрасивых, чтобы выгодно смотреться на их фоне. Анечка по большинству внешних показателей объективно превосходила Алису, бесконечно уступая в одном… Анечка была глупенькой. Не глупой, а глупенькой — тут большая разница. Глупые мешают умным. Уже хотя бы тем, что раздражают. А глупенькие забавляют. Тем самым повышая самооценку умных. Сначала все молодые люди реагируют на Аню. Но, пообщавшись с ней пару часов, умолкают, озираются по сторонам и ищут коммуникации с Алисой. Аня на это предательство — ноль эмоций, потому что она флегма.

Тяжелее всех Кате. Причем в буквальном смысле — она довольно полная. Катя с благоговением смотрит на Алису, которая ест эклер и не поправляется и для которой посиделки в «Волконском» не являются ежесекундным искушением. Катя терзает себя диетами, но организм занял круговую оборону, то есть не отдает врагу ни грамма лишнего веса в районе талии.

— Тебе нужен бойфренд, — даже не советует, а приказывает Алиса. — Тогда ты легко сбросишь пять — шесть килограммов.

— Но без диеты ей нормального парня не снять, — возражает Анечка.

Катя уныло кивает в чашку — кроме чая, ей ничего не полагается.

— Тебе надо стать открытой для мира, — Алиса снова обогащает наставлениями. — Главное не запреты, а позитивное отношение к окружающему. Тогда жизнь будет добра к тебе. И еще тебе надо сменить обстановку.

— Откуда у нее деньги на новую мебель? — удивляется Анечка.

— Не мебель, — уточняет Алиса. — Просто надо куда-нибудь съездить. Отдохнуть, выкинуть все ненужное из головы.

— А куда? — теряется Катя. — Мне одной как-то не того… Я стесняюсь.

— Отметь Новый год в Хельсинки.

— А давайте все вместе! — воодушевляется Анечка. — Втроем. Будет чудесно.

— И, конечно же, поедем на моей машине… — язвительно соглашается Алиса. — Только надо найти отель, где разрешат жить вот с этим, — и Алиса кивнула на высматривающего из-под стола маленького песика. Грифон по кличке Соломон всегда и всюду был с Алисой. И даже государственные границы не могли их разлучить.