Вечное Лето, Том III: Спасение (СИ) - Macrieve Catherine

– Извините, – это кто-то снова включил голос Куинн, она обращается к какому-то ваанти. – Не подскажете…

– Занят! – отрезает ваанти.

– Я поняла, но мы здесь никого не знаем, может быть, вы могли бы помочь нам… потом?

– Нет. Никакого «потом». Никакого «раньше». Всё время. Всё время!

Последние два слова подхватывает толпа. Вскоре эта фраза криком повторяется отовсюду, нестройным хором, который вместе с битами музыки ввинчивается в мои уши.

А потом всё смолкает.

Толпа расступается, открывая нам обзор на стойку ди-джея, где стоит Укжааль. На нём надета странного вида маска – что-то среднее между теми, что носят в Элистель, и теми, что мы видели здесь. Он смотрит прямо на меня.

– Слушайте меня, Анахронисты! – громко говорит он, и в зале наступает такая мёртвая тишина, словно всё внимание действительно направлено на старого шамана. – Наш вид, все мы, каждый из нас… Мы были преданы!

Интересно, это происходит на самом деле или мне только кажется? Я так хочу оказаться подальше отсюда, забрать друзей и очутиться где-то в тихом, спокойном месте… Например, в Элистель, там было хорошо, когда нас не судили всем племенем, и когда нам не приходилось прилагать усилия, чтобы избежать смерти в пасти у Ситаса… Или в «Небожителе», там тоже было неплохо, если бы только его построил не Рурк. Рурк… Надеюсь, он будет гореть в аду… Или в «Элизиуме», там было совсем хорошо, но теперь бы всё напоминало о Лейле… Лейла… Её кровь на полу комплекса МАСАДА… Предательство, искупление… Предательство… О чём говорит Укжааль?

– Вечное предало нас! – голос Укжааля разносится над толпой и пулями разрывает мой череп. – Оно лгало нам на протяжении столетий, присваивая себе силы Ваану!

– И откуда тебе об этом знать? – откуда-то из толпы спрашивает женский голос.

– Потому что я слышал, как Вечное признаётся в этом другой версии себя!

Это плохо.

Он указывает пальцем прямо на меня.

Это очень, очень плохо.

– Если не верите мне, спросите у неё!

По меньшей мере сотня лиц поворачивается ко мне.

Руки Джейка на моей талии сжимаются крепче.

Я ещё успеваю подумать, что это весьма своевременно, потому что мои ноги подкашиваются, и сознание оставляет меня, и окутывающая меня пустота становится спасением.

========== действие VII - глава 6 - «разрушительные узы» ==========

Комментарий к действие VII - глава 6 - «разрушительные узы»

Тема Грейс https://yadi.sk/d/djsvIQlXXO1d8A

Тема Грейс и Алистера https://yadi.sk/d/eH-QIrPd8VSHVA

there’s nothing left to fear,

fear took everything I’ve known

Кромешное ничто сменяется мешаниной цветов и образов, которые я не могу уловить. Какие-то потусторонние звуки… Ощущение, что я плыву в густом, вязком желе. Кажется, моя кожа покрывается испариной, а уже в следующую минуту тело сковывает льдом. Но спустя какое-то время я всё-таки открываю глаза.

И обнаруживаю себя в помещении, которое на первый взгляд похоже на свалку. Несколько разномастных стульев, потолок, завешенный драными полотнами ткани, кушетка, на которой я лежу – всё выглядит так, словно эти предметы стащили с помойки и даже не потрудились привести в божеский вид. Из обшарпанного бумбокса доносится классическая музыка, где-то громко тикают часы.

Джейк стоит в дверном проёме, скрестив руки на груди и буравя меня обеспокоенным взглядом.

– Ты в порядке, Принцесса? – спрашивает он, когда я поворачиваю к нему голову.

Я делаю попытку встать. Меня немного ведёт, но Джейк через мгновение оказывается рядом, помогает мне сесть и заглядывает мне в лицо с опаской, явно боясь, что я сейчас снова вырублюсь.

– Немного… Мутит, – признаюсь я, не узнавая собственного голоса. – Но жить буду. Что произошло?..

Откуда-то поблизости раздаётся насвистывание. Я слишком резко поворачиваю голову – в висках стучит – и вижу женщину-ваанти, одетую ещё более затейливо, чем её соплеменники. Чёрный комбинезон с кожаными полосами вдоль всего тела навевает смутную мысль о чём-то, связанном с БДСМ, а вокруг её бёдер повязан алый платок для восточного танца с монетками, звенящими при малейшем движении. Шею украшает обилие цепей с различными подвесками – часть из них представляет собой символы разных религий. Её глаза скрывает пара очков-гогглов. Часть её ярко-розовых волос уложена в странную гульку, а остальные свободно падают на плечи. На запястьях звенят разномастные браслеты. Сразу видно, что комната, в которой мы находимся, принадлежит ей – вся эта мешанина ткани и аксессуаров удивительно сочетается с окружающей обстановкой. Женщина склоняется над столом, где разложены какие-то бумаги, и задумчиво произносит:

– Ну-ну… Кто бы мог подумать – ты всё ещё функционируешь.

– Слушайте, я… – она кривит тонкие губы в усмешке, когда я начинаю говорить. – Я не Вечное, честно. Всё очень сложно, и я сама запуталась, но… Поверьте, я никому не желала зла, просто так получается… И вообще, кто вы?

– Я? – женщина хрипло смеётся. – Гемера. Ароа. Горация. Здесь у нас много имён… Но большинству я известна, как Часовщик.

Я киваю.

– Тот напиток, – медленно говорит Джейк, и я явственно слышу угрозу в его голосе, – который Марикета выпила. Что это было? Вы так встречаете гостей – опаиваете их наркотиками?

Я хочу возразить, напомнить, что сама выбрала сосуд с этим пойлом, но, кажется, в этом нет никакой необходимости – Часовщик просто игнорирует Джейка.

– Если верить вашей подруге Заре, вы пришли сюда за помощью с Сердцем острова.

– Где Зара? – спохватываюсь я. – И все остальные? Они в порядке?

– Да, Принцесса, – говорит Джейк. – В обморок упала только ты.

Он качает головой. Опять мне все синяки и шишки. Не то чтобы я хотела, чтобы кому-то ещё стало плохо или что-то в этом роде, но у меня складывается ощущение, что где-то на моей макушке красуется табличка с надписью: «КИРПИЧАМ ПАДАТЬ СЮДА».

– А Укжааль? – с опаской спрашиваю я.

– Я полагаю, что он на пути к Атропо. Собирается остановить Вечное или что-то в этом роде, – равнодушно пожимает плечами Часовщик. – Я пыталась донести до него, что никто не может нести ответственность за что-то, сделанное его альтернативной версией, но он чересчур твердолоб.

– И что же Джуманджи собирается сделать? – усмехается Джейк. – Забьёт старушку до полусмерти своей клюкой?

Часовщик вздрагивает.

– Боюсь, что он убедил некоторых из нас, что остановить Вечное необходимо, – печально произносит она. – Они были… расстроены.

– Расстроены тем, что вас отбросило в прошлое? – уточняю я.

– Расстроены тем, что Ваану собирается нас покинуть, – терпеливо говорит Часовщик.

– Так, а с этого места поподробнее, – я потираю висок пальцами, – кажется, я упустила нить.

– Мы, вообще-то, не такие гедонисты, как вам могло показаться, – усмехается Часовщик. – Вечеринка, на которую вы попали, была, как бы это, – она нетерпеливо прищёлкивает пальцами, будто пытается вспомнить нужное слово, – прощальной. Мы знаем, что Ваану скоро сможет продолжить своё путешествие. И, когда это наконец произойдёт, наши развлечения кончатся.

Ваану. Кажется, так в Элистель называли Ла-Уэрту? Что. Вашу мать. Она. Несёт.

– Остров куда-то двигается? – тупо спрашиваю я.

– Не остров, – усмехается Часовщик. – Сила, которая создала его. Ей поклонялись наши предки, этой сущности, первооснове, квинтэссенции Ла-Уэрты. Именно эту силу мы называем Ваану. Прибытие Ваану на Землю раскололо его на сотни кусочков. И, когда это произошло, пространство и время тоже сломались, и Ваану оказался заперт здесь.

– Пришелец, типа? – уточняет Джейк.

– В легендах говорится о ярком свете… И видениях… И о бестелесном ангеле, что ведёт тех, кто нуждается в помощи.

К горлу подступает тошнота.

– Это наш приятель? – изумляется Джейк. – Тот, что таскает нашим ребятам всякие штуковины?

Я трясу головой, словно это поможет мне отогнать навязчивую мысль – свет, видения, это как-то связано со мной.