Александр Омильянович - В Беловежской пуще

— Штангер, тебе открытка! — приветствовал его Хайден, повстречавшийся ему как-то утром в коридоре.

— От кого? — с удивлением спросил тот.

— Я человек деликатный и не читаю чужую корреспонденцию, но догадываюсь, что это от твоей красотки.

— Не слишком ли ты догадлив?

Перебрасываясь шутками, они вошли в секретариат. Хайден с многозначительной улыбкой подал Штангеру открытку. Тот с деланным безразличием пробежал ее взглядом.

— Отгадал? — не давал ему покоя Хайден.

— Отгадал, отгадал, — ответил Штангер, слегка краснея. О его романе с Хелен знали уже все обитатели дворца, и он не раз становился объектом шуток и острот. — За хорошее известие с меня коньяк, — пообещал он прежде чем покинуть секретариат.

В своей комнате Штангер еще раз внимательно прочитал каждое слово:

«Дорогой! Шлю тебе сердечный привет. В ближайшие дни выберусь в Беловеж. Познакомлю тебя с моими двумя друзьями. Много работы. Жду встречи... Целую... Твоя Хелен».

Прочитанное взволновало его. Эти короткие, казалось бы, обычные фразы говорили ему больше, чем самое длинное послание. Хелен сообщала о предстоящей операции, которую они с ней обсудили несколько недель назад.

Они стояли тогда в гостиной охотничьего домика, а перед ними на стене висела огромная карта Беловежской пущи и прилегающих к ней районов. Хелен показала пальцем на белые кружки с черными крестами и спросила, известно ли ему, что они обозначают, и, не дожидаясь ответа, объяснила:

— Это обозначены деревни, которых уже не существует. Их сжег летом тысяча девятьсот сорок первого года батальон 322 под командованием майора Наделя. Одних жителей расстреляли, других вывезли. Опустевшие поля и пепелища деревень будут засажены лесом. По приказу Геринга в проведении этой акции принимал участие старший егерь инженер Тирпинг из нашего института. Он, как лесничий и опытный специалист, намечал деревни для уничтожения. Вместе с ним эту операцию разрабатывал унтерштурмфюрер СС Бертель — представитель генерала СС фон Баха-Залевски, командующего войсками СС и полиции на центральном участке фронта. Бах-Залевски от имени Гиммлера осуществлял контроль за деятельностью батальона 322...

Сейчас Штангер отчетливо вспомнил этот разговор, карту и значки на ней. Он хорошо помнил, как Хелен с силой сжала его руку и шепотом произнесла:

— Мы должны ликвидировать этих преступников! Должны... Понимаешь? Тирпинг и Бертель планируют следующую подобную акцию. Они снова будут убивать невинных людей и сжигать деревни.

И вот Хелен сообщала, что через несколько дней прибывают старший егерь Тирпинг и унтерштурмфюрер Бертель. Это должна быть их последняя поездка в Беловежскую пущу.

С момента получения весточки от Хелен Штангер жил в постоянном напряжении. Прошло уже три дня. После обеда Хайден вытащил Штангера погулять по парку. Они шли по аллее, разговаривая о том о сем, и вдруг в окне охотничьего домика заметили директора Рагнера. Он подавал им знаки рукой, подзывая подойти поближе.

— Герр лейтенант, — начал Рагнер, с таинственной улыбкой обращаясь к Штангеру. — Завтра я жду гостей... А среди них — особу, которую вам приятно будет увидеть... — прошептал он и многозначительно подмигнул Штангеру.

— Вы в этом уверены, герр директор?

— Да. Приезжает фрау Хелен. Что вы на это скажете?

— Благодарю вас. Я очень рад, — ответил Штангер.

— Эх, где молодость, там и любовь, — вздохнул Рагнер и закивал головой.

На следующий день Штангер каждую минуту поглядывал в окно и нервно ходил по комнате. Работа у него совершенно не клеилась. Наконец ближе к вечеру перед охотничьим домиком остановился пыльный «мерседес», и из него вышли Хелен и двое сопровождавших ее мужчин.

Через несколько минут в комнате Штангера задребезжал телефон. Он поднял трубку и услышал голос Хелен.

— Я рад, безумно рад... Конечно, жду... Что? В казино?.. Очень хочу с ними познакомиться... Прекрасно! Думаю, ты будешь довольна тем, что я тебе скажу... Что? Конечно, очень скучал. Итак, через час.

Он положил трубку и почувствовал себя очень счастливым. Радовался, что снова увидит Хелен, и с нетерпением ждал встречи с теми, кому должен вынести приговор за их злодеяния. Когда Штангер вошел в казино, Хелен поднялась из-за столика и почти подбежала к нему.

— Здравствуй... — Она подала ему дрожащую, теплую руку, которую он галантно поцеловал.

— Как я рад... Здравствуй... — взволнованно проговорил он.

— Пойдем, я представлю тебя, — шепнула она и потянула его за руку. — Познакомьтесь, господа; лейтенант Штангер. А это мои друзья — старший егерь инженер Тирпинг и унтерштурмфюрер Бертель.

Они пожали друг другу руки и обменялись приветствиями. Штангер придвинул стул и сел между Хелен и директором Рагнером, украдкой присматриваясь к «объектам» предстоящей операции. Тирпингу было около шестидесяти лет, но он выглядел бодрым и здоровым, и это особенно подчеркивала форма немецкого лесничего, в которую он был одет. На первый взгляд Тирпинг производил впечатление веселого добродушного старичка. Бертель был рослым, хорошо сложенным мужчиной со светлыми волосами и неприятным взглядом. На его эсэсовском мундире красовался Железный крест I класса, а у пояса висела кобура с вальтером.

Официантка подала закуски и напитки. Все выпили за знакомство.

— Итак, новая операция? — обратился Рагнер к Тирпингу.

— Да, герр директор. Прошедшей рейхсмаршал был очень доволен. Батальону Наделя объявили благодарность. Многие солдаты и офицеры получили награды и повышения. Мы еще обсудим новые мероприятия по очистке Беловежской пущи.

— Но не забудьте, герр инженер, — вмешалась Хелен, — что у нас завтра совещание в Белостоке у доктора Адама.

— Я помню об этом. Это займет у нас целый день.

Бертель не принимал участия в разговоре, так как эти вопросы его мало интересовали. Штангер заговорил с ним о событиях на фронте, об усилившихся налетах партизан в Беловежской пуще. По мере опустошения бутылок беседа становилась все более свободной и оживленной. Служебные вопросы отошли на второй план. Штангер подбрасывал присутствующим анекдоты о Черчилле и Рузвельте, о военной слабости союзников. Все были очарованы им.

— Послушай, Анджей, поедем с нами в Белосток... — тихо прошептала Хелен и прижалась к его плечу, выразительно глядя ему в глаза.

— В Белосток? — спросил он, изображая удивление. — А зачем?

— Герр лейтенант, — вмешался Тирпинг, — мы очень просим. Вы там не будете скучать.

— У меня, господа, великолепный план, — сказала Хелен. — Когда мы уладим в Белостоке служебные дела, то пойдем к Ритцу. Там играет прекрасный оркестр, каждый вечер танцы. Что вы на это скажете? У нас так мало возможностей развлечься...