Анатолий Марченко - Чекисты рассказывают. Книга 5-я

Грачев поручил составить проект Мореву. Тот трудился несколько месяцев, задание выполнил и заработал изрядную сумму денег. Материальное положение его улучшилось.

Постепенно в правлении ТКП стали возникать распри. Грачев был властолюбив, не терпел возражений. Молодой, но крайне самолюбивый Морев ничем не отличался от Грачева и, лишь только нашел почву и обрел материальную базу, стал оппозиционером.

Обладая большим запасом энергии, личной инициативой, Морев старался оживить работу ТКП, и Грачев решил от Морева избавиться.

В Хабаровске жарко. Летние муссоны принесли тепло и влагу. В тот день Ланговой вместе с Ольгой купался в реке. Обычно веселая, Ольга была задумчива и молчалива.

— Ты что, Оля? — забеспокоился Евгений.

— Ты сегодня идешь на встречу? — Она была в курсе дел мужа.

— Почему это тебя беспокоит?

— Не знаю... Я каждый раз боюсь.

— Ничего. Все будет в порядке.

Поздно ночью у часовни Ланговой встретил связника.

— Срочно нужны сведения о дислокации русских войск между Бикином и Владивостоком. Нужно выяснить, не намечается ли переброска. Просили передать: господин Доихара недоволен.

— Чем?

— Предыдущая информация была неполной. Не было сообщено о готовящейся перегруппировке войск.

— Мы не можем проникнуть в замыслы командующего. Передаем то, что видим, читаем в документах.

— Господин Доихара просил все выяснить.

— Постараюсь. Мой человек требует еще денег.

— Деньги будут.

На следующий день Дерибасу доложили:

— Участникам нелегальной группы БРП поступило задание: разведать мосты и тоннели возле Облучья. Это важный центр коммуникаций. Вероятно, туда из Маньчжурии будет направлена банда.

— Устроить засаду и дать по рукам, — приказал Дерибас — Что Доихара? Где он сейчас?

— Две недели тому назад Доихара был в Сахаляне. Там действует его резидентура во главе с полковником генерального штаба Кумазава Саданчиро. Полковник является владельцем гостиницы «Сибирь».

— Ловко придумал! В гостиницу заходят сотни людей...

— Потом Доихару видели в Фуйюане. Сейчас он в Харбине.

— Подытожим, — сказал Дерибас. — Несколько десятков японских агентов пристроились и обжились в Хабаровске, Благовещенске, Чите, Владивостоке. Действует несколько подпольных групп ТКП, «Братства русской правды». Все они находятся под нашим контролем. Что ж, пусть живут до поры до времени... Что касается Доихары — нужно выяснить, что ему было нужно в Фуйюане?

Грачев возвратился из поездки по приграничной зоне — время от времени он посещал районы Маньчжурии, граничащие с Советским Союзом, для подбора новых линий связи, для установления контактов с лицами, которые ему могли быть полезны.

На следующий день Грачева вызвал к себе начальник русского отделения Харбинского жандармского управления, полковник Накамура. Все эмигранты, проживающие в Харбине, знали Накамуру и с его согласия звали Константином Ивановичем.

По-русски Накамура говорил свободно, с главарями эмигрантских организаций держался учтиво.

— Садитесь, господин Грачев, — предложил Накамура гостю. — Курите.

Грачев, хотя и был платным агентом японцев, стремясь показать свою «независимость», развалился в кресле.

— Как дела? Что нового? — Накамура делал вид, что не замечает развязности Грачева.

— Приобрел еще две базы для переправы наших курьеров.

— Дайте мне сведения на этих лиц.

— Хорошо.

— Нужно усилить работу против Советов. Ваши группы должны давать больше информации. Особый интерес представляет все, что касается Дальневосточной армии русских. Такие материалы сообщайте немедленно.

— Будет сделано, Накамура-сан.

Вечером того же дня Накамура подошел к ресторану «Иверия», что находился на Китайской улице: ресторан содержал грузинский эмигрант. Накамура любил его посещать, ему нравились острые блюда. Поднял голову и, в какой уже раз, прочитал яркие буквы неоновых ламп над входом: «Нам каждый гость дается Богом!» Улыбнулся и подумал: «На этот раз бог послал вам сына солнца!» Накамура обладал чувством юмора. Вошел в богато обставленное помещение, снял шинель и сел за столик. Тотчас же подлетел официант:

— Что прикажете, Константин Иванович?

— Шашлык. Икорки. Немного семги и русской водки.

Накамура откинулся на спинку кресла и стал ждать. У него здесь была назначена встреча с капитаном Осавой. Тот был точен: вошел в зал ровно в восемь часов вечера.

Осаву ценили в японской разведке. Незадолго до Великой Октябрьской социалистической революции Осава окончил филологический факультет Петербургского университета и отлично говорил по-русски. Считался большим знатоком русских дел. Здесь, в Харбине, он работал в японской военной миссии, но для прикрытия числился редактором газеты «Харбинское время». Он и в действительности был неплохим редактором.

Маленького роста, со следами оспы на лице, капитан Осава внешне производил невыгодное впечатление. Но Накамура знал его хватку, его упорство и настойчивость в проведении операций.

— Присаживайтесь. Я уже сделал заказ, — учтиво произнес Накамура.

Оба японца любили русскую водку и, налив по стопке, выпили за процветание великой Японии.

— Чем могу быть полезен, господин Осава?

— Меня вызывал Доихара Кёндзи. Поручил одно деликатное дело. Очень ответственное. — Осава говорил осторожно: он получил указание все держать в строжайшем секрете. Но без помощи Накамуры он не мог обойтись, поэтому решил кое-что приоткрыть. — Дело настолько деликатное, что я обращаюсь к вам с просьбой...

— Вы можете быть совершенно спокойны. Кроме меня, никто не будет знать.

— Мне нужен надежный человек.

— Из какой среды? Какой национальности?

— Русский.

— Уроженец Маньчжурии или эмигрант?

«Придется кое-что рассказать о задании, — подумал Осава. — Накамура знает русских как никто другой!» Наклонился через стол, приблизился к собеседнику, чтобы никто но подслушал, и прошептал:

— Доихара поручил проникнуть в штаб Блюхера...

— Куда? — Накамура от удивления оглянулся.

Осава тихо продолжал:

— Блюхер имеет свои планы... Мне поручено выяснить.

— Да-а, — задумчиво протянул Накамура. Он сразу оценил всю сложность поставленной задачи. Заметил: — Это не так просто. Я, конечно, порекомендую вам надежных людей. Но дать гарантию, что они справятся с заданием, я не могу.

— Мы их обучим. Это не должно вас тревожить. Мне нужны надежные люди, знакомые с обстановкой в России.