Александр Шамес - Ган а-Надив (Сад Щедрого)

Разговоры, которые и завзятого оптимиста до петли доведут. Вот радости было, когда вся эта болтовня как-то сразу всем надоела. Новую развлекуху себе нашли, по кайфу: сначала в "бутылочку" играли, потом баб лапать стали. И наоборот. Все — всех. Главный принцип — не приставать к своей половине. "…Жить стало веселее!" Хохот, поцелуйчики: в губки, в щечку, в шейку… Все молодые, симпатичные, задорные: врубишь "МТВ"[16]погромче, свет погасишь и шаришь где попало — комплексы сублимируешь. "Ударим здоровым групповым сексом по Министерствам абсорбции и строительства!" Вот только однажды… Лялька!.. Лялька, полуприкрывшая свои чудные глаза, стонущая от удовольствия под этими двумя конями — Юркой и Женькой! А потом, вдруг — открыла глаза и посмотрела на меня… Глаза темные, влажные, полубезумные… И улыбнулась, крепко, до скрипа сжав зубы, сдерживая тот самый крик! Я только однажды до сих пор видел у нее эту улыбку: нам было по девятнадцать, родители укатили на дачу и мы впервые почувствовали себя совсем свободными. И никуда не торопились. А сейчас, кому улыбается она сейчас? Я рванулся (Юркина жена вскрикнула от неожиданности и боли), вскочил, схватил Ляльку за руки и потащил ее на себя… "Эй, псих! Кайфоломов, опять весь кайф обломал!" — это мне в спину… Мы стоим перед Юркиным домиком под слепящей жирной Луной и Лялька опять смотрит на меня — с удивлением и ненавистью.

"Ну что ты, сумасшедший, ведь было же всем хоро…"- я оборвал ее пощечиной. Она зарыдала и побежала к нашему домику. Три дня мы не разговаривали. Потом, как сговорившись, молча собрались и переехали в другой караванный городок, в еще большую глушь. Здесь пока тихо. Только Лялька иногда смотрит на меня как-то странно. Ее можно понять: ведя я, когда ложусь рядом с ней, сразу же вспоминаю тот взгляд — и… Не могу! Сколько мы сможем так протянуть? Без любви, без самоуважения без… Понимаю — что-то срочно нужно менять. Ехать в город, снимать квартиру, заводить свое дело…

Размечтался! На те деньги, что мне дает этот гад за пахоту с утра до ночи в радиомастерской, да на Лялькины гроши из рекламного агентства, не только квартиру, но и комнату не снимешь. Кажется — я теряю мою жену. Из этого мутного караванного мирка срочно нужно сматываться. Я уже готов на все: работать по 24 часа в сутки, ограбить банк, вернуться назад, в Союз… Нужно на что-то решиться! Эх, Лялька, Лялька!..

— А все-таки не прав этот придурок в "Хадашотах"[17]: охаивать такую тачку, как "СААБ 9000" и превозносить до небес заурядную "Субару-Легаси"! Смех, да и только! Ведь "СААБ", это… Или этот "эксперт" в машинах вообще ничего не рубит, или "СААБы" ему не добашляли! Хотя, по правде, и "СААБ" — жалкая дешевка по сравнению с "Мерседес 50 °CЛ" или, например, "БМВ 740". Вчера как раз в соседний гараж один копченый[18]приводил на типуль[19] "БМВ 740". Я бросил ковыряться в замызганных потрохах какой-то древней "Субару" и пошел поглазеть поближе на это полированное чудо. Не нужен мне ни бортовой компьютер, разговаривающий человечьим голосом на иврите, ни телевизор, ни мазган, ни радиотелефон. По-моему это все не такие уж нужные автомобилю бэбихи. Но внутри! Восьмицилиндровый V-образный движок с 32-мя клапанами и электронной инжекцией… Мощный и бесшумный. А гидроусилитель руля, а ABS, а титановые диски колес и платинированные поршневые кольца?… Э-э, о чем говорить! Ну почему же на всем этом ездит эта жирная волосатая тварь в опущенных до половины мохнатой жопы бермудах, в бриллиантовых перстнях и множестве золотых цепочек? Вот он стоит — хозяин жизни — крутит золотой брелок на коротеньком пальчике и что-то нудит механику. Ну что ты нудишь, задница? Тебя бы ко мне в Ригу, в гараж: "Пожалуйста, Эмиль Данилович, мне очень нужно поскорее, я готов на любые…" И поважнее этого торгаша люди на цыпочках стойку делали. Потому что только я, Эмиль Фейгин, мог им помочь! А тут… Вот паскуда! Плюнул (рядом, на автомобиль — не могу) и пошел доделывать свою "Субару". Оно конечно — автомеханик везде автомеханик. Но там я был уважаемый и известный в городе человек. Швейцары во всех кабаках ко мне навстречу выходили. А кто меня ценит здесь? И еще: кругом эти тачки — нет сил смотреть! Мне бы завести такую! Рулить я умею получше этих фалафелей[20], небрежно цепляющихся коротенькими ручками за баранки своих "Вольво" и "Мерседесов".

Вот только… Кругом-бегом, с олимовскими льготами и моими роскошными гаражными доходами, максимум на что я потяну — это "Дайатсу-Эплоз". Тоже колеса. В Риге — особенно. Однако, противно как-то. Ну чем этот тип в "БМВ" лучше меня? Зарабатывает больше? Знаем мы их заработки — наркотики и массажные салоны[21]. Или фалафельные[22] содержит.

Или спер где-то. А что, спереть и я могу! Только нужно знать — где. "Супер"[23]грабануть, или банк? Автогеном я умею, с замками тоже разберусь… Мысль, как говориться, интересная. Только не для моих мозгов. А жаль

… И все же "Мерседес" — это не самый высший класс. Зайду-ка я завтра в магазин "БМВ" в Тальпиоте[24], поклянчу у них каталог моделей будущего года. Они, кажется, всем вставили! А "Порше"…

— По гороскопу на этой неделе у меня — сплошные удачи: и в любви повезет, и в делах. Да уж… Удачи! Все навалилось как-то разом. Правду говорят преферансисты: "Ловленные мизера парами ходят". Или тройками.

Прибыл, прибыл наконец долгожданный факс от Костика! Я ждал этот факс, как ждали евреи в пустыне свою манну небесную. Не шутка: мой актив в том деле с партией тайваньских компьютеров — около 30000 баксов. По здешним меркам — мелочь. Едва-едва хватит на квартиру в какой-нибудь Кирият-Дыре[25]"всего в 15 минутах езды от восхитительной пустыни!" А в факсе том: "Уважаемый господин Смоленко! Сообщаем Вам, что в связи с реорганизацией совместное советско-израильское предприятие "Болтэкс" (моя шутка!) прекращает свою деятельность. Примите меры по сворачиванию израильской части проекта. Искренне Ваши…"

Подонки! Какая там израильская часть: один я, папка с бланками и минус в банке "Леуми". Деньги наверняка зажали! Ха, реорганизация! Знаю я эти реорганизации — сам по три фирмы в год открывал и закрывал. Как жареным запахло — реорганизуешься. Вот и они… Там меня боялись. С моими связями и командой — я бы в шесть секунд их всех уделал. Сейчас-то осмелели. Что я отсюда могу? И в самом деле — что? Ехал я в Израиль вроде бы не на пустое место: и коллег по "совковому" бизнесу тут вполне достаточно, и протоколы о намерениях мы еще в Москве наподписывали в больших количествах. И деньги у меня были. По советским меркам — немалые. 50000 зеленых. Вроде — неплохие условия для старта. Но дела мои на Земле Обетованной как-то с первых минут не пошли. И язык я толком не освоил, и бизнес здесь совсем другой. Комсомольские связи в Израиле уже не работают. Да и 50000 эти — не деньги! Пойди, покрутись на таких условиях. А капитал все убывает и убывает. Еще бы! С такой женой, как Алка — ну на сколько хватит этих несчастных денег? Зато жена целый год была довольна. Жили как белые люди. Как там привыкли. Хорошая пара — молодой начинающий бизнесмен и красавица-жена при нем! На Алку-то еще в Союзе разные толстозадые заглядывались. Но она была при мне — я стоял прочно, покруче многих. Но бизнес у молодого и начинающего не получился, денежки быстро (не без ее, милой моей, помощи) улетучились. Ребром встал вопрос о трудоустройстве. Однако, работы гою[26]-экономисту еврейское государство почему-то не приготовило. Из пентхауза в Рамат-Даниэль пришлось съехать… Вот и торчим теперь с красавицей-еврейкой в этих бараках. Алка психует и меня достает. Пошла трудиться ложкомойкой в какой-то центровой кабак — надеется подцепить там миллионера… Шлюха! Позавчера Доктор видел ее в серебристом "Вольво" возле "Рамады-Ренессанс"[27]. Вернулась поздно, пьяная. На мои расспросы только гнусно ухмылялась. Потом, как удар промеж ушей: "Ты же не можешь даже прокормить нас — меня и Татку, бизнесмен хренов! Так не лезь в мои дела! Сама выберусь из этой грязи! И тебе на кусок хлеба хватит. А если тебе гордость не позволяет — загнись, деловой!.." Я замахнулся — но ударить не смог. Ее прекрасные серые, чуть навыкат, дерзкие глаза насмешливо смотрели на мою жалкую фигурку с занесенной для удара рукой. Смешная картинка, наверное, если смотреть со стороны — Отелло убивает изменницу. Убить-то ее я могу. А прокормить? Дать ей и нашей дочке нормальную жизнь — могу? Тогда я — мужчина. Бен-адам[28], как тут говорят. Может быть, пора завязывать с попытками организовать свой легальный эсек[29] и поискать контакт с ихними "неформалами"? В конце концов там мы не боялись идти на риск. И выигрывали. Покрупнее, чем на легальных операциях. Главное — продумывать все мелочи. Тогда — есть шанс. Дьявол, хватит хлопать ушами! Повезет — покажу этой падле, кто в доме хозяин. И семью сохраню. И Костика, паршивца, достану. Не повезет… Все равно — потери Алки с Таткой я не переживу. Чужой всем — как без них?..