Александр Шамес - Ган а-Надив (Сад Щедрого)

Сегодняшняя экскурсия была предпринята для разведки на местности. Веселые довольные жены в сопровождении ничего не подозревающего, а потому тоже веселого и довольного Доктора, надежно "прикрывали" сосредоточенного Алика, постоянно чиркающего что-то в блокноте. Техническая сторона дела Алику была уже более-менее понятна. Оставалось только проверить кое-какие детали.

— Мильчик, как тебе замки на решетке?

— Их гвоздем открыть можно!

— А на двери у входа в тоннель?

— Аналогично, шеф!

— Валерка, твое первое впечатление о наружной охране Сада не поменялось?

— До сих пор я видел только рабочих и садовников. Охраны — никакой. Сигнализации вроде бы тоже. Даже сумки на входе не проверяют. Дико как-то, такое чувство, что мы не в Израиле.

— А мы и не в Израиле! Это — Ротшильд-лэнд. Свои правила, свои законы. Отсутствие охранников — это хорошо. Однако, территория, туннель и грот могут просматриваться телекамерами. Сейчас мы это проверим: Валерка, забудь свой рюкзачок в гроте! Отследим реакцию. Если все будет тихо — через час заберем.

Валерка уже не раз сегодня "забывал" рюкзак с питами и газетой "Время"[65]в разных местах Сада. Удивительно, но никто на "неизвестный предмет" не реагировал! Вероятность превращения игры в дело медленно, но уверенно приближалась к единице…

"Забытый" рюкзачок стоял в гроте уже минут сорок. Не гудели сирены, не бежали люди. Все было тихо и спокойно. Ган а-Надив величественно демонстрировал свое равнодушие к мелким людским проблемам. Зеленые ковры лужаек, парфюмерная красота розария, лаконичные солнечные часы, сытые золотые рыбки, бесшумно скользящие среди зарослей кувшинок — все навевало мысли о покое и вечности. В микромире Сада не было места агрессии. Может быть именно поэтому и хозяева и работники этого чудесного уголка Земли Обетованной даже помыслить не могли о необходимости здесь что-то охранять и проверять. В отличие от доброго большевистского вождя Владимира Ильича Ленина, склеп которого в Москве охраняется как атомный объект[66] (и на то, очевидно, есть серьезные основания!) барон и баронесса де Ротшильд лежали в этой земле, которой они долгие отдавали не только деньги, но и душу, без всякой охраны. Ну какие еще чувства может вызывать прах двух добрых богатых евреев, кроме чувств благодарности и легкой грусти? Но ребятам было не до грусти. Превращающаяся в дело игра не оставляла места для "сантиментов".

— Алик, по-моему все уже ясно. Можно забирать рюкзак и сваливать. Мы и так болтаемся здесь часа три.

— Да, хватит мозолить людям глаза. Прогуляемся еще до грота — и по домам! Доктор, девчонки, — по машинам! Валерка забыл где-то свой рюкзак, мы его поищем и догоним вас.

— О'Кей, Алик! Только мы еще съедим по мороженному в кафешке у входа. Не бродите долго! — Лялька послала мужу воздушный поцелуй.

Алик улыбнулся, вернул жене поцелуй и бросился догонять Валеру с Миликом.

Дорожка вела на вершину невысокого холма. Вот и вход в псевдогреческий дворик с золотыми рыбками и кувшинками. Туннель метров пятнадцать-двадцать. Грот. А вот и рюкзачок — прямо у входа, за спинами экскурсантов. Так никто и не обратил на него внимания. Валерка хлопнул себя по лбу, воскликнул: "Да вот же он!", и схватил рюкзак.

"Артист, — подумал Алик. Он еще раз осмотрел полированный камень гробницы, серый бетон туннеля… Сделано хорошо. На века. Ну и мы сделаем хорошо. Это не сложно. А в случае чего — всегда скажем, что пошутили!"

— Пошли, ребята!

У входа вся команда загрузилась в купленные недавно не сильно подержанные "ФИАТ-Уно" и "Фольксваген-Гольф". Машины собирались купить уже давно, но решение играть послужило поводом для очередного провала в "нормальный израильский минус". Машины тщательно отбирал Мильчик — скоростной "Гольф" в деле мог сыграть немаловажную роль. После Мильчикиного типуля машины бегали лучше новых. Это прибавляло ребятам оптимизма и уверенности в успехе.

…Алик сидел на заднем сидении "Гольфа" прикрыв глаза рукой и как бы отключившись. Лялька несколько раз пыталась втянуть его в разговор, но почувствовала, что сейчас ему не до нее, а потому продолжала увлеченно болтать с Миликом, ловко крутившим рулевое колесо. За окном проносились вызывающие уважение пейзажи Герцлии-Питуах[67].

"В принципе, техническая сторона дела мне уже ясна, — размышлял Алик, — все довольно просто: вход в тоннель защищает первый сенсорный барьер — сетка точечных инфракрасных излучателей и приемников плюс индукционный и емкостной датчики. Преодолеть такой барьер не может ни человек, ни робот. Пересечение первого барьера должно приводить к взрыву внутри туннеля какой-нибудь хлопушки. Это — демонстрация серьезности намерений "террористов". Аналогичный барьер установим у выхода из тоннеля, вблизи надгробного камня и на вентиляционном отверстии. Излучатели и датчики закрепим на стенах и полу клейкой лентой, затем сфокусируем по максимуму сигнала — это займет минуты, если потренироваться заранее. Взрывное устройство?… Это уже выходит за рамки шутки. Но что-то в этом роде там должно быть — как и наличие барьеров это можно проверить инфравизором. Мильчик утверждает, что может достать в каменоломне взрывчатку. На фиг? Думаю, и Валерка со мной согласится. Хватит и взрывпакета — как оружие психологического действия. Теперь — управляющее устройство. Ерундовый микрокомпьютер с пятивольтовым питанием. На вход компьютера подаем кодированные сигналы от защитных барьеров, линий питания и радиоприемного устройства. На выходе — напряжения запала на взрывпакеты. Программа — элементарная. Сигналы от любой сенсорной системы, кроме первого сигнала от первого барьера, а также любой перерыв в системе питания барьеров вызывают подрыв "главного" взрывного устройства. Первый сигнал от первого барьера — подрыв демонстрационной хлопушки в туннеле. Таким образом, попытка войти в грот, ввести туда робота-сапера[68]или нарушить цепи питания барьеров вызывает взрыв. Заблокировать эту систему можно только специальным кодированным сигналом по радио. Так, где возьмем радио? Сотовый телефон использовать нельзя — его слишком просто отследить и блокировать. А связь нам нужна и надежная и автономная. Будем делать сами! Легкая доработка магазинного коротковолнового "Уоки-Токи" увеличит радиус его действия до 250 километров — вполне достаточно для Израиля. Вот только антенну придется выводить через вентиляционную шахту наружу. Черт, ее тоже нужно как-то защищать… Вот болван! Да зачем ее защищать, ее и так никто не тронет — веди отключить всю эту радость можно только по радио! Извне система абсолютно неприступна (если не знать, что никакой взрывчатки нет!). Питание — несколько параллельно соединенных мотоциклетных аккумуляторов — хватит на год. Да нам и не надо так долго! Да или нет — выяснится за пару дней. Вот, вроде бы и все. Микрокомпьютер гарантирует правильность работы всех частей и адекватную реакцию на любое вмешательство. Датчики работают однозначно и надежно, даже ели напустить в туннель дым. Вроде бы, никаких проколов в технике нет. Детали и "Уоки-Токи" можно купить в каждом магазине электронных компонентов. Вся эта радость обойдется нам в тысячу с лишним шекелей. Это слезы. За пару недель я все спаяю. Вот у Валерки задачка посложнее…"