Кукла 9 - Мир
Народ на берегу рассосался только ближе к утру. И тогда же они вышли к набережной, начав стоять там, ожидая непойми чего. Благо, что хотя бы их дети, смогли немного поспать, в ожидании, и взбодрится, при переходе из скверика двора домов до набережной, и не клевали носами в процессе, при ожидании на бережку.
Но время шло, оно чего-то все так же ждали. Замок уже не сиял, став темной тенью в темной ночи, дети зевали, ничего не происходило. Майла стала окончательно терять терпения, подумывая о том, что муженёк то явно сбрендил, и похоже надо срочно бежать домой, отзывать заявления, извинятся, плакать, и вымаливать прощение. Однако…
— Смотри, — сказал ей Каил, и стой стороны в сторону набережной, что-то зашуршало в небе над рекой.
Что именно это было, Майла так и не разглядела. Но оказавшийся рядом с ними мост, которого минуту назад тут не было, увидела сразу. Охнула, и чуть не упала от неожиданности, крепко сжимая ручки детей вместо оружия.
— Мама. Мне больно. — пискнула дочка, и женщине пришлось срочно ослаблять свою хватку, дабы не травмировать ручку бедняжке.
Они встали пред мостом. И снова начали чего-то ждать, не решаясь ступить на это сооружение, возникшее тут из неоткуда. И оно не было иллюзией! В чем Майла убедилась, потыкав по стальной пластине опоры ногой. И его там точно не было раньше — они проходили по тому самому месту, где она стояла, когда только пришли.
Как это понимать, Майла не знала. Точно так же как и не понимала, как ей нужно реагировать на все вот это вот, а потому, просто старалась сохранить сдержанное хладнокровие. А потом к ним навстречу по мосту, в свет фонарей набережной, вышли дети.
Да это же дети! — осознала женщина, мать своих двоих детей. И хотела закричать во всё горло «Просто дети!» выдавая мужу некую претензию «Ты к кому нас работать привел⁈ О чем ты вообще только думал⁈», но прежде чем это произошло, она осознала другое — «Те самые дети! Которые… и не дети… то есть дети, но охотники! Суперстильные! Почти монстры! Что спасли город от уничтожения».
Дети выдали им жилье, мало отличающееся от их предыдущего, как по планировке, так и по размером. Чуть меньше, да, но ненамного. Муж так ничего и не объяснил, сказав лишь то, что теперь они будут работать тут, в этом замке, на этих, хех, детей.
Майла много хотела сказать ему в пику. И про престиж-карьеру, и про то, что их детям нужно учится! В школу ходить! У сына только все стало получатся в учебе… а тут такое. И напомнить о том, что работа на детей-охотников, штука временная. Ведь они, эти дети, долго не живут, а вот партия — вечна! И будет всегда. И… они обменяли все, на непонятно что.
Но… не стала ничего этого делать, не стала пилить, скандалить — решение уже принято, шаг уже сделан, пятится назад уже поздно, только занозы получишь. Так что нужно как-то жить дальше. И как-то выкручиваться в ситуации, что есть и с тем что есть.
Первая неделя жизни в замке была странной. И немного… довольно грустной. Пустая квартира, без мебели и хоть чего бы то ни было. С маленьким окном, с видом на внутренний двор, в которое вставлено некое толстое прозрачное стекло. Квартирка, где только в ванной было все что нужно, и из обоих кранов смесителя текла чистая теплая вода, как и в бачок унитаза.
Небыли ни кроватей, ни постельного белья, они этого ничего не взяли с собой, чтобы не тащить на руках слишком много. Так что спать приходилось на полу, на разложенных вещах. Благо, что в помещении было тепло, и пол точно не был холодным камнем, словно бы сам камень грел их ото всюду. Свежо, что даже удивительно, и еда, появлялась каждый день сама собой, в той комнате, что вроде как была кухней.
Майла ни раз сама наблюдала, как это происходило! Еда и вещи, вываливались наружу прямо из стены! Словно бы там был какой-то потайной механизм! Вот только его там не было! Монолитный ровный камень, как ни глянь! И камер наблюдения, жучков, и прочего, во всей квартире тоже не было, даже в унитазе — она сама все тщательно проверила, вспоминая навыки служанки-охранника, незабытые за годы.
И это было странно — за ними не наблюдают? Просто заперли их тут и… что? Для чего? Понятно, что это все магия, и она может хорошо маскировать все на свете, но… зачем все это? Зачем все эти… ухищрения?
Потом им все же дали какую-то мебель и постельное бельё. А потом и выпустили во дворик погулять, да на замок посмотреть. От безделья Майла готова была лесть на стену! Но делать это все же опасалась, как и вообще, проявлять любую самую маленькую агрессию, даже виде тренировок с мужем, боясь, как на это отреагируют дети, те, что охотники, что вот непременно следят и наблюдают за ними, хоть и старательно делают вид обратного.
А потом пред ними наконец обозначали их работу. До смешного простую! Быть компаньонами для их мамы. Но при всей простоте этой задачи, дети к этой работе явно подходили со всей ответственностью, и дали им время и срок подготовится. И обсудив все с мужем за пару вечеров, они выработали стратегию общения, что по итогу полностью удовлетворила нанимателя-работодателя, и им дозволили приступить к практике, к работе, ради которой их сюда и пригласили.
Мать детей-героев, оказалось молодой, довольно зажатой, и слегка замученной тоской женщиной. И она воспринимала их пару за иноземных шпионов, с которыми ну никак нельзя общаться! И разговорить её хоть на что-то… было непросто, и они поняли, для чего столь много внимания данному вопросу уделили её дети. Ведь мать для них ВСЁ. И в тоже время… с ней крайне сложно.
А еще, Майла вдруг поняла, как к ним сами, относятся эти пятерки — как к домашним питомцам! К хомячкам! Которым нужно стелить газетки в лоток,
