Михаил Федоров - Искатель. 2014. Выпуск №4

— А ты откуда взялся?

— Ничаго, ничаго, — затряслась челюсть взлохмаченного.

— Ползун, падла! Где мое оружие? — крикнул Сараев.

Кау тряхнул мужика, и из-под рябой фуфайки того вывалился черный пистолет. Сараев хотел было подхватить его, но Комлев опередил милиционера.

— Так, разберемся, — бросил старший лейтенант и кинулся туда, откуда только что выскочил Сараев. Увидел испуганно смотрящие на него расширенные глаза ядовито крашеной рыжухи, судорожно натягивавшей на себя плащ, тоже облепленный репьями.

— Вам помочь, мадам? — протянул руку.

— Сама я. Отвернитесь только, — попросила та, покусывая измазанные краской губы.

— Все за мной! — скомандовал Комлев, дождавшись, пока женщина привела себя в относительный порядок.

— А я то за что? — пролепетала она и зашмыгала носом, с трудом выдавливая из себя слезу.

— За соучастие, — произнес Комлев. — Может, вы сообщники? — показал на фуфайчатого. — Вы отвлекаете, а дружок крадет.

— Да вы в своем уме, гражданин начальник! — поперхнулась девица. — Они вот — мои дружки, — показала на постовых. — Ну, что молчите, балбесы? Когда до обжимок доходит, то такие говорливые…

— Заткнись, паскуда! — прошипел Сараев. — Ведь у нас… жены.

— А пистолет?! Я не хочу, чтобы меня со всяким жульем путали, — ткнула пальцем в давно сникшего мужичка.

— Ну, это мы еще разберемся, — сказал Комлев.

Тут дядя в фуфайке вырвался из рук Кау и кинулся в лес.

— Держи его! — закричал замполит.

Постовые метнулись за беглецом. Кау в несколько прыжков настиг того, сбил с ног, и все трое повалились на валежник.

Когда измятые и грязные они выбрались к памятнику, подъехала патрульная машина.

— Кого поймали? — крикнул из нее Неушев.

— Всех в отдел, — скомандовал старший лейтенант.

Ротный вертел в сухощавых руках пистолет и смотрел на Комлева:

— Помните, говорил вам про пороховую бочку? Вот и подтверждение. Начни этот пистолет стрелять?.. Бродяжни разной развелось…

— Да, мерзкая личность…

— Да уж публика! У них все парки поделены на свои и чужие. И не дай бог кому сунуться не на тот участок… А они, знай свое, и подкарауливают. Где парочка в кустики пошла, шнырь туда. Вот и криминал… Ну, что, передадим в следственные органы? Вроде все ясно: кража оружия, девица — соучастница, Кау можно по моральной линии. А вот у Сараева — явная безответственность и халатность.

— Так что будем делать? — недоумевал замполит.

— Я тут не всех перечислил.

— А кого же еще?

— Меня и вас.

— Нас-то за что?

— Как за что! Такое происшествие в роте. Мне, как минимум, неполное служебное, вам — строгач для начала.

— Так сразу?

— Конечно! Ведь табельное оружие чуть не пропало!

— Ну что ж, строгач так строгач, — вздохнул Комлев. — Согласен. Лишь бы дело не страдало.

— Вот как? А я, представь себе, не согласен. В других ротах, думаешь, меньше чудят? А в данном случае мы предотвратили хищение. Это, брат, совсем другой вариант.

— Какой же?

— Замять все, и дело с концом.

— Считаете, это возможно? А в этом ничего… ну, такого нет?

— Волков бояться — в лес не ходить. Без гарантии, конечно. Но кому из наших выгодно распускать языки.

— А если все-таки выплывет?

— Вали все на серого, — ухмыльнулся. — На меня.

— Как-то неудобно, Владимир Степанович.

— Неудобно штаны через голову надергивать. Ты пока не ломай об этом голову, занимайся делами. А я уж разберусь. И с ползунами. И с бабниками. И с прочей швалью. Зови их сюда.

Где-то через неделю, встретившись с ротным в коридоре, Комлев сказал:

— Владимир Степаныч! Мне тут Борских рапорт на перевод подал.

— В коридорные, что ль?

— А что, он и к вам обращался?

— Сунулся было, но я его так шуганул…

— А насчет жилья как у нас? Бадыкин просит комнатушку.

— Ну и наивный вы, ей-богу, человек! У меня самого еще квартирный вопрос не решен. Так кто ж ему вперед даст? Не забивайте пустяками голову. Езжайте по постам. А с этими вопросами пусть ко мне идут. Я найду, что им ответить…

Комлев снова поехал проверять посты. За рулем сидел длинношеий старшина Колесников. С заднего сиденья раздавался голос Неушева:

— Наша машина, Афанасий Герасимович, прикрывает самое бойкое место в районе. И так до часу ночи. Можно сказать, укладываем население спать. И только тогда снимаемся с дежурства. А если что, у нас рация, — показал на хромированную коробку между передними сиденьями.

— А испортиться она не успела?

— Это на тот случай намекаете? Тогда слишком далеко оказались. А у рации свой предел.

— Но в радиусе же района, — произнес старлей.

Неушев усмехнулся.

Уазик остановился у парикмахерской. К машине подошли Куркин и Бадыкин. Комлев вылез. — В зоне поста все нормально! — браво выпалил Бадыкин и спросил: — Ну, как там, проясняется мой квартирный вопрос?

— Проясняется, — вздохнул Комлев.

— И когда же я получу?

— Ишь, прыткий какой! Пока ордера выдают очередникам двадцатилетней давности…

— Неужто я двадцать лет ждать должен?

— Может, и больше.

— Так у вас вся милиция разбежится.

— А вы думаете, вам вперед других дадут?

— Но бывают же исключения. Небось, директор станкозавода столько не ждал?.. А начальник милиции?..

— Вот и сходите к нему.

— Я уже все пороги здесь истолок. Больше идти не к кому. Все на безразмерную очередь кивают, а сами — в обход. Потому что номенклатурой называются. А мы — не номенклатура? Сортом ниже? Вот и корячься тут на всех ваших перекрестках, да в подворотнях. Не могу больше, пошел! — бросил фуражку на асфальт и направился прочь.

— Бадыкин! Бадыкин! Куда вы? — закричал Комлев, озираясь по сторонам. — Догоните иго! — приказал Куркину.

Тот поднял фуражку и побежал за Бадыкиным. Через минуту они вернулись.

— Здесь же прохожие, — произнес укоризненно замполит.

— А я что, не человек? — Бадыкин взял фуражку у Куркина, надел.

— Все равно. Так нельзя, — сказал Комлев, заспешил в уазик, который стазу же тронулся.

— Афанасий Герасимович! — заговорил Неушев. — Зря вы так. Теперь Бадыкин службу знаете, куда пошлет… А он старался всё-таки. Гундарев ему никогда бы так не ответил. Он спросил бы Бадыкина: «А где же ты голубчик, на очереди стоишь?» Тот, естественно, в ответ: «Нигде». Тогда бы Гундарев другой вопрос задал: «А почему?» И теперь только бы спрашивал Бадыкина: «Ну, собрал документы? Встал на очередь?» А напоследок и еще вопросы подкинул: «Сходил ли ты туда? Сходил ли ты сюда?», и Бадцкин сам от него бегать стал бы. А вы инициативу упустили. Вот он вас и припер.