Кеннет Скоггс - Джек на планете Канзас

— Ну, будет тебе, — сочувственно произнёс Райли, — не забывай, что у тебя есть племянник, а жена поправится, вот увидишь. Всё будет хорошо.

В ответ, Джефри лишь устало махнул рукой.

— О чём ты говоришь, Райли. Моя жена больна раком, и спасти её может только чудо. А племянник! Он спит и видит, как сбежать от нас подальше.

Шериф ничего не ответил, он и так был прекрасно осведомлён обо всех перипетиях, выпавших на долю старика.

— Не знаю, как ты, а я пойду выпью чашечку кофе.

Шериф встал со скамьи и направился к автомату по продаже напитков.

— Постой, Райли. — Вдруг спохватился старик.

— Да.

Пакстон резко остановился и выжидающе посмотрел на Джефри.

— Я по поводу Эдварда, моего племянника?

— Да, — с облегчением кивнул шериф, думая, а с ним то, что могло приключиться, — С ним что-то не так?

— Да нет! Разве с этим сорванцом что-то случиться. Просто, он сейчас на ранчо один остался, — начал говорить Джефри и горько усмехнулся — сдаётся мне, что он оттуда может сбежать, если уже этого не сделал.

— И что ты от меня хочешь?

— Хочу лишь попросить, чтобы ты приглядел за ранчо, пока я буду здесь.

— Не вопрос, Джефри. Как только будет свободная минутка, я сам лично туда наведаюсь.

— Спасибо Райли.

— Да ладно пустяки.

Шериф отмахнулся и пошёл пить кофе. Крепко о чём-то задумавшись. Джефри остался сидеть в одиночестве, на неудобном, как он заметил, пластиковом сиденье.

Через некоторое время к Таболтону подошёл человек.

— Вы муж?

— Да… муж. Джефри Таболтон, — Старик смотрит на пожилого невысокого мужчину в модных очках, он в белом халате, а в его глазах озабоченность.

— Меня зовут Мэтью Коннор, я координатор реанимационного отделения. Расскажите, что у вас произошло? Джефри, запинаясь, объясняет, что у его жены опухоль мозга. Смотрит на него.

— Она будет жить?

— Ничего не могу сказать, ждите…

Еще несколько часов метаний по вестибюлю, на полу белая плитка. Наконец, к Джефри выходит угрюмый мужчина, на его лице многодневная щетина и уставшие глаза.

— Здравствуйте, мистер Таболтон, я Рой Тэннант, лечащий врач. Ваша жена в очень тяжелом состоянии. Скажите, когда она почувствовала себя плохо?

— Я не знаю. Она просто лежала и говорила, что у неё болит голова, а потом она просто отключилась, это было примерно три часа назад.

— Понятно, мистер Таболтон. Мы делаем всё возможное, сейчас мы делаем томографию мозга. Ведь, насколько я знаю, у вашей жены диагностировали рак головного мозга. Насколько всё плохо, будет ясно после показаний томографа.

— Можно её увидеть? — Голос Джефри дрожал.

— Пока нет, подождите ещё немного. Мы собираем необходимые анализы. Доктор Тэннант уходит за дверь. Джефри не находя себе места, меряет шагами небольшой пятачок и считает кафельную плитку. Десять в одну сторону, десять в другую.

Через некоторое время выходит медсестра, Джефри в нетерпении кидается к ней.

— Уже можно к жене? Пожалуйста, умоляю…

Медсестра от неожиданности отпрянула и вежливо извинилась.

— Простите, я не в курсе… Ждите пока выйдет ваш лечащий врач.

— А… Ну да, ну да… — Рассеяно ответил старик и отстаёт от девушки.

Уже вечер, за окном льёт дождь и беснуется ветер. Постоянно снуют люди, и в душе у Джефри не лучше. Вот проходит огромная женщина с двумя орущими маленькими детьми, такими же круглыми, как и она сама. С них со всех капает вода. Они только, что с улицы…

Наконец выходит доктор Тэннант.

— Идите за мной, пожалуйста, мистер Таболтон.

— Да, да, да. Уже иду. — Старик последовал за доктором. Джефри шёл на ватных ногах, шаркая всё по той же белой плитке. Доктор завёл его в палату. Просторная комната, в розовых тонах. Большие окна с опущенными жалюзи. На полу линолеум. Две кровати, на левой лежит его Тиффани.

— С ней можно говорить?

— Простите, нет. Она сейчас спит. Джефри слегка касается её руки. Изящные пальцы чуть теплые. В горле комок.

— Тиффани, это Джефри… Я рядом, тут с тобой… Ты у меня сильная, все будет хорошо! Тебя обязательно вылечат, и мы, поедем домой… Старика, душат слезы. Он не может дальше говорить…

— Ну как она, доктор Тэннант?

Джефри Таболтон находился в приёмной. Он остался здесь на всю ночь и был не выспавшимся, теперь он с тревогой в красных от недосыпа глазах, смотрел на доктора Тэннанта, который только что вышел к нему.

Джефри, в ожидании новостей, уже давно перестал обращать внимание на окружающую его суету.

Вокруг было полно людей и медсестёр, начали поступать первые жертвы стихии, разыгравшейся в Канзасе. Все сновали перед ним, как в бешеном калейдоскопе, мелькая в глазах и заполняя его слух шумом разговоров, выкриками медсестёр, и стонами раненных.

Из-за этого бесконечного ожидания и шума в помещении, он порядком измотался, и уже плохо слышал и соображал, когда доктор начал говорить.

— Боюсь вас огорчить, мистер Таболтон, но ваша жена очень плоха. Мы пока делаем всё возможное, чтобы стабилизировать её состояние. Но это ненадолго.

— Неужели ничего нельзя сделать? — Как сквозь туман, произнёс Джефри.

— К сожалению, уже слишком поздно. Метастазы уже проникли глубоко в мозг, в такой ситуации удалить опухоль невозможно. Я сожалею, мистер Таболтон, но вам придётся дать согласие на отключение аппарата искусственного дыхания.

— Нет! Это не правильно! Я не могу!

Старик начал задыхаться и опёрся рукой о тумбочку стоявшую рядом.

— Что с вами? — доктор придержал его, — вам плохо, мистер Таболтон? Каталку сюда, живо! У нас инфаркт!

Угасающего старика моментально положили на каталку и юркие медсёстры тут же уволокли его в недра больницы. В этот момент, у Джефри в потухающем сознании, промелькнула лишь одна мысль.

— Неужели это всё…

Глава 3

Когда Джек проснулся, камин уже давно потух. Было холодно. Джек, кутаясь в накидку, которую он подобрал с дивана, встал на ноги. В доме было темно и тихо. Так тихо, что даже стало не по себе.

Эта полная тишина казалась Джеку странной. Ни шума ветра, ни шума дождя, и даже животных совсем не слышно. Стоп, а почему шума генератора не слышно?

— Вот дьявол!

Выругался вслух Джек.

Он забыл выключить генератор вчера, вот он и вырубился, сожрав весь бензин. Больше его достать было неоткуда. В канистре, конечно, оставалось совсем чуть-чуть бензина, но его было не достаточно.

Всё это означало, что по своей собственной забывчивости, Джек лишился драгоценного электричества. Он плюнул с досады и снова выругался.