Юрий Гулин - Пять из шести

– Здравствуйте, Люсия, здравствуйте, Серж. – Света здоровается тем же способом что и жених Люсии.

– Аристарх Игоревич, мне надо с вами поговорить…

Люсия выжидательно смотрит на Светлану. Та подхватывает чемодан и со словами: "Я жду тебя в машине" направляется к выходу. Серж подхватывает оставшиеся вещи и спешит за ней. Люсия жестом указывает мне на кресло. Жду, пока сядет она, потом сажусь сам.

– Аристарх Игоревич…

Неожиданно из глаз Люсии брызжут слезы. Она закрывает лицо руками. Рыданий почти не слышно, лишь плечи девушки слегка подрагивают. Не знаю что предпринять: начать успокаивать, предложить воды – а где она тут у них вода? Пока мечусь в принятии решения, все успокаивается. Гроза обернулась легким дождичком. Люсия уже вновь смотрит на меня, смущенно улыбаясь. Знает ли она, что такой улыбкой может растрогать любого мужчину?

– Извините дядя, Старх – можно я буду называть вас так?

Ну, как такой откажешь? Бормочу что-то невразумительное, что она видимо, принимает за согласие, впрочем, таковым это бормотание и является.

– Дядя Старх, я очень рада, что вы появились. Нет, правда. После смерти мамы-Кати – я ее в детстве так называла – со мной твориться что-то неладное. Чувствую себя кругом виноватой. Вы наверняка уже знаете, что мы в последние годы не очень ладили. Нет, это я с ней не ладила. Дядюшки и тетушки постарались. Я ведь ее и вправду стала ненавидеть. А как увидела лежащую у лестницы, – это ведь я ее первая обнаружила – словно пелена с души упала. Кинулась к ней, тормошу, а она не откликается. И тень за окном. Я ее ясно видела. Может это был убийца? Поделилась своим горем с Сержем. – Значит все-таки Серж. – Он парень хороший, даром что зануда. Стали мы думать, как от вскрытия ларца отвертеться, чтобы не подыгрывать убийцам, а тут вы. Теперь я спокойна. Все пройдет так, как хотела мама-Катя. Может теперь ее душа меня простит, как вы думаете?

Я заглянул в ее глаза. Нет, так притворяться невозможно. Девочка искренне верит в то, что говорит. Имею ли я право говорить от имени Кати? Не знаю, но Люсию надо обнадежить.

– Я думаю, что она тебя уже простила.

Снова блеск в глазах, но в этот раз обошлось без осадков.

– Спасибо вам и передайте брату моему кровному Сереженьке, что я его люблю и прошу у него прощения, хотя с ним мы вроде и ладили.

– Обязательно передам.

Я поднялся с кресла, улыбкой попрощался с Люсией и направился к двери, откуда мне на смену уже торопился Серж.

– Аж слеза прошибла! – Светлана с удивлением и восторгом слушала мой рассказ. – Ай да Катюха, воспитала-таки девчонку! Ну, раз уж ты ее от имени Кати простил… Нет, – пресекла она мою попытку оправдаться, – ты поступил верно. И раз Катя ее простила, то уж мне сам Бог велел. И пусть падет на Люську великое всепрощение! А что до ее слов о тени за окном… Ты знаешь о том, что в ночь, когда погибла Катя, из дома пропала женщина?

Этого я не знал.

– Что за женщина?

– Странная личность. Все звали ее Мария. В дом ее привела Катя примерно за год до гибели Сергея. Где и как они познакомились, я толком не знаю. Катя не любила говорить на эту тему, а Мария была малообщительна. В доме Кати она поначалу исполняла роль экономки. После гибели Сергея стала чем-то вроде компаньонки. А после рождения Сереженьки стала еще и его нянькой. Полицию ее пропажа почему-то не заинтересовала.

– Думаешь, она причастна к убийству Кати? – спросил я.

– Нет. Я думаю, что она могла видеть убийцу, и тот увел ее с собой.

– Если ты права, то Марии тоже нет в живых…

Михаил Сергеевич сидел за тем же столиком где я вчера обедал с Хосе. На столе стояла бутылка с водой и два стакана. Видимо, обедом меня угощать не собирались. Оно и к лучшему. Ужинать с врагом, куда ни шло, но обедать надо исключительно с друзьями. Пока я располагался за столом, Михаил Сергеевич сидел, молча следя за моими действиями ничего не выражающим взглядом. Приветствовать друг друга ни я, ни он попыток не предприняли.

– Посмотрите на эту фотографию, – Михаил Сергеевич положил передо мной пожелтевший от времени снимок. Трое мужчин, облаченные в форму офицеров царской армии. Двое мне были незнакомы, а вот третий… Это был сюрприз. – Вы кого-то узнали? – голос моего визави звучал резко и настойчиво.

Стараясь говорить спокойно, я ответил:

– Да, в центре сидит мой дед Александр Сергеевич Вяземский.

– Я так и знал… – Михаил Сергеевич откинулся на спинку стула и прикрыл глаза.

Мизансцена хотя и показалась мне выдернутой из какого-то спектакля, но при сложившемся раскладе меня устраивала. Мне тоже надо было привести мысли в порядок. Деда я узнал сразу, потому что дома у меня хранится фотография, где он пребывает в той же позе, но в другом окружении и в форме командира Красной Армии. О том, что дед был царским офицером, мне до сего момента известно не было. Интересно, а кто двое других изображенных на фотографии офицеров? Как бы откликаясь на мой мысленный вопрос, Михаил Сергеевич открыл глаза и произнес:

– Справа на снимке мой дед Сергей Сергеевич Вяземский, а слева его брат Михаил Сергеевич.

Ни хрена себе! Это что же получается? Слова не успели сорваться с губ, Михаил Сергеевич меня опередил.

– Сергей Сергеевич Вяземский бежал из России в 1920 году. Михаил Сергеевич погиб в начале того же года в бою под Иркутском. Их старший брат еще в 1917 году примкнул к большевикам. Его имя предано в семье Вяземских забвению. – Михаил Сергеевич тяжело поднялся с места. – Более жестоко она нам отомстить не могла. – Не глядя на меня, он направился к выходу.

– Страх, ты где? – голос Светланы вывел меня из забытья. Она сидела на том месте, которое недавно покинул Михаил Сергеевич, и тревожно смотрела на меня. – Что тут произошло?

Я пересказываю ей весь монолог Михаила Сергеевича.

– Ни фига себе! Получается, ты нелюбимый родственник этих наших Вяземских? Вот это Катюха им врезала!

– Ты думаешь, она знала? – спросил я.

– Знала? – переспросила Светлана. – Нет, не думаю. Если кто и знал, так это ведьма, которая ей тебя нагадала.

– С ней можно увидеться?

– Я понятия не имею где ее искать, – пожала плечами Света, – да и зачем тебе это?

Действительно – зачем? Что это, по сути, меняет? Родню я все равно не обрел – они меня и знать не желают. Зато право на открытие ларца, видимо, укрепил.

Следующее утро началось в доме Светланы с визита Люсии и Сержа. По вполне понятным причинам прием им был оказан самый дружеский. Засиживаться, однако, ребята не стали, сославшись на занятость, и вскоре откланялись, вручив нам приглашения на свадьбу.

…– Старх, ты точно сбрендил, – голос Светланы звенит от возмущения. – Мало того, что ты решил подарить Люське на свадьбу дом и машину, – это нормально с этим я согласна – так ты еще и шкатулку с драгоценностями к ним присовокупить хочешь!