Линкор «Альбион» - Борис Вячеславович Конофальский

та сообщит капитану корабля, и он вообще закроет доступ на линкор. Даже для офицеров. До выяснения… Пришлют новую ведьму из дворца… Нет, не получается. Или… Придётся всё по минутам рассчитывать. Сложно, всё слишком сложно… И чем сложнее операция, тем ниже вероятность её успеха… Закон сложных структур…».

Вся эта тяжкая умственная работа, длившаяся не один уже час, была заметна его товарищам, и Павлову, и Тютину; они не знали, как помочь руководителю делом, и брат Валерий решил помочь хотя бы услугой.

— Может, тебе пива ещё налить?

Великосхимный взглянул на него немного удивлённо, словно не понимал, что ему говорит товарищ, а как понял, так ответил:

— Да ну его к чёрту, от него только тупеешь, — и прежде чем снова уйти в свои размышления, добавил: — Чая лучше… Или кофе. Нет. Чая, чая с бергамотом.

— Сейчас организую, — обещал брат Валерий, так как, конечно, ничего для чая на этом складе не было. Чай сюда нужно было привезти.

Но прежде чем он ушёл, великосхимный его остановил:

— Брат Валерий…

— Что? — тот остановился уже в дверях.

— Помнишь, вы с Варгановым спорили… Про новые взрыватели. Для динамита. Ну, ты их называл детонаторы.

— Это Варганов их так называл, — сразу вспомнил Павлов. — А что ты хотел?

— Может, расскажешь мне про них?

— Ничего я тебе про них не расскажу, — отвечал брат Валерий. — Это всё стезя техническая, мне недоступная, а вот брат Вадим тебе о них, может, что-то и расскажет, или брат Аполлинарий…

— Эх…, — вздохнул брат Ярослав. — Ну тогда за чаем иди, раз стезя техническая не твоя.

И тут, неожиданно, сидевший до того тихо на углу стола и почти ничего не говоривший брат Емельян вдруг произнёс:

— Я мальца знаю про новые детонаторы.

— Откуда же тебе про них известно? — удивился брат Валерий, который так ещё и не уехал за чаем.

— Ну, так иной раз сейфы встречаются такие, что ни отмычкой, ни ломом их не взять. — объяснил профессиональный экспроприатор.

— Ах вот как? — брат Валерий уже было хотел вернуться к столу — видимо, его эта тема заинтересовала, — но великосхимный ему напомнил:

— Ты за чаем-то идёшь?

— Ну иду…

— Брецелей купи к чаю, да пирогов каких-нибудь, штруделей, что ли, или бисквитов.

— Ладно, — нехотя согласился Павлов и вышел, а казак, заперев за ним крепкую дверь, сел к столу, поближе к руководителю, и стал рассказывать:

— Эти новые детонаторы… Видал я такие, работал с ними… Они появились пару лет назад. Это… Они электрические.

— Электрические?

— Ага, от батарейки работают, — продолжал Тютин. — Раньше оно как было — берёшь динамит, шнур Бикфорда, крепишь его, поджигаешь, ждёшь; так тоже можно, но товарищи наши говорили, что нужно идти в ногу со временем, вот мы и перешли на эти новые взрыватели, только теперь вместо горящего шнура провода и тумблер. Закрепил шашечку на сейфе, воткнул в неё взрыватель, а из него два тонюсеньких проводка тянутся, отошёл за угол… щёлк! И бах… И дверца сейфа отлетела в сторону.

— А сам этот детонатор… Он какого размера?

— Да махонький, — казак показал размер суверенных взрывателей. — С полпальца… Во-от такой.

Сам того не зная, брат Емельян пробудил в своём знаменитом руководителе надежду. По глазам брата Ярослава Тютин понял, что у того появилась мысль. Мысль окрыляющая. Горский встал и прошёлся вдоль стола. Он взял пару фотографий и в который уже раз стал их разглядывать. А потом снова поглядел на казака.

— Значит, если идти в ногу со временем, надо работать с электрическими взрывателями.

— Ну, так товарищи говорят, — отвечал ему брат Емельян и тут же добавлял: — Но на этот счёт тебе бы с братом Аполлинарием поговорить, уж он-то во всём таком техническом большой дока. Большой умник; что ни есть — во всём разберётся. Думаю, и об электрических взрывателях также понятие имеет.

— Обязательно с ним поговорю, — обещал брат Ярослав. — И с ним, и с братом Вадимом.

⠀⠀ ⠀⠀

*⠀ *⠀ *

⠀⠀ ⠀⠀

Дженнет Рэндольф Черчилль была довольна тем, что у неё выдастся несколько выходных. Её начальница предупредила леди Дженнет, что два или три дня будет недоступна.

«Уляжется на операционный стол, а потом будет ещё отходить от операции. Ну и прекрасно!».

Леди Рэндольф была довольна тем, что герцогиня хоть на три дня от неё отстанет и не будет давать ей указаний и искать ей работу.

Пусть две эти англичанки, что прибыли недавно, берут на себя ответственность вместе с руководством, она же собралась эти дни отдыхать. Возможно, посвятить их мужу, он давно просил её внимании. Но леди Рэндольф не находила времени для мужа. Всё дела, дела… Ну, вот и свободные три дня. Отлично… А потом пусть уезжает, он давно уже не был на заседаниях парламента, это некрасиво…

Она взяла дамский журнал и, отставив чашку с недопитым кофе, стала его листать. Молодая женщина в полупрозрачном пеньюаре сидела у раскрытого окна, в которое вливалось майское солнце. Внезапно она подняла голову и перестала разглядывать картинки с новыми нарядами, что непременно будут носить этим летом. Она услышала шаги дворецкого, но они замерли у самой двери; он знал, что если отвлечёт её от важных дел, то получит нагоняй, поэтому всегда, подойдя к комнате, некоторое время выжидал, чтобы избежать нареканий.

— Что ты хотел, Сеймур? — спросила его леди Дженнет.

Дверь тут же распахнулась, и слуга, поклонившись, заговорил:

— Сэр Рэндольф спрашивал, не изъявите ли вы желания присоединиться к завтраку?

Она иногда избегала и завтраков, и обедов, и ужинов с ним; он её любил, любил по-настоящему, но иногда его чувства докучали ей.

«Всё-таки нужно будет отправить его в Лондон! Он и вправду из-за этих чувств манкирует своими прямыми обязанностями. Это неприемлемо! И вредно для моей карьеры!».

— Скажи сэру Рэндольфу, что я сейчас буду, — сказала она слуге; мало того, женщина решила не одеваться к завтраку, а выйти к столу в пеньюаре. Она была уверена, что это понравится её мужчине.

Но, взглянув на слугу, она поняла, что это ещё не всё.

— Что ещё, Сеймур?

— Телеграмма, миледи, — сообщил тот.

«Неужто от герцогини?!». Леди Дженнет даже испугалась немного, волнуясь, что старуха, прежде чем отправиться в операционную, оставила ей какое-то задание, какую-то работу.

— От кого телеграмма? — спросила она, чуть напрягшись.

— От мистера Дойла, — сообщил слуга.

— Давай сюда, — с некоторым облечением произнесла дама.

И слуга тотчас подал ей конверт, запечатанный согласно Циркуляру о внутреннем обороте секретных документов. Леди Рэндольф взяла его, вскрыла без почтового ножа, просто разорвав, и начала читать:

«Леди Рэндольф, рад сообщить вам,