Рон Гуларт - Искатель. 1990. Выпуск №6

— Агенты Китая II своего слова не держат, — сказала Анжелика, отряхивая Конджера.

— Зачем вы это делаете? Ведь меня никто, кроме вас, не видит.

— Но я не люблю смотреть на запачканных шпионов.

— Этот парень — соратник Верзилы Мака?

— Да, его зовут Джерри Тинг, — ответила Анжелика. — Я считала, что на сегодня у нас перемирие. Я бы не стала танцевать с ними, хоть Верзила Мак и превосходный танцор, знай наперед, что они получили задание убить меня сегодня вечером, а эти парни неумолимы.

— Как вы себя чувствуете?

Красотка в удивлении подняла брови.

— Я? О, превосходно. Кстати, спасибо, что вы спасли мне жизнь.

— Мне кажется, в данном случае наши с СНБ интересы совпадают.

Анжелика притянула руку и погладила Конджера по голове.

— Ну, ну. Вы ждете Мачадо?

— Ждал.

— Вы уже знаете, что его не будет?

— Да, я как раз искал вас, чтобы сообщить эту весть.

— Очень заботливо с вашей стороны, хотя уверена, что в вашем заведении это не оценят. Хотите меня проводить?

Конджер смотрел на девушку. Ночной ветерок врывался через раскрытую дверь не защищенного силовым экраном балкона и теребил ее волосы.

— О'кэй, — кивнул он.

Цыган-скрипач сказал:

— Эй, убери руки.

Конджер, нахмурясь, отошел от него.

— Разве у тебя нет выключателя?

— Конечно, нет, — ответил низкорослый цыган, опуская скрипку и поправляя малиновый шарф на голове. — Я — живое человеческое существо, а не робот.

— Ты пилишь, точно робот, — Конджер вернулся к зеленому дивану-гамаку, на котором он сидел, когда в холл Анжеликиных апартаментов вошел цыган со скрипкой.

— А ты, приятель, ворчун, — отметил цыган. — Мисс Эйбрил, как тебе известно, заказала интимный обед на две персоны. С двумя цыганами-музыкантами.

— Так где же второй?

— Я думал, ты, зануда, не любишь цыган.

— Угадал, — буркнул Конджер. — Просто я не могу вышвырнуть человека вон, не поболтав с ним перед этим.

— Хорошо, что Маша слегла с этрусским гриппом и не пришла сюда со своим тамбурином, — сказал цыган, пробираясь через гостиную к выходу. — Пока я здесь, хочешь, достану свечи?

— Свечи?

— Да, зануда, ты будешь иметь две настоящие романтические стеариновые свечки, которые будут коптить на столе во время интимного обеда на две персоны. Они появляются из стены в столовой, — пояснил скрипач, медленно пятясь задом к двери. — После того как я исполню попурри, я должен нажать на нужную кнопку.

— Я сам их достану.

Цыган тряхнул головой, и его золотые серьги звякнули.

— Что ж, пошел досматривать футбольный матч.

Конджер медленно раскачивался на диване-гамаке, любуясь повисшей над Рио черной ночью и то и дело переводя взгляд на дверь в спальню Анжелики.

Через несколько минут эта красивая темноволосая девушка вышла к нему переодетая в короткий вечерний наряд.

— Джерри Тинг порвал в двух местах платье, когда хотел, меня спихнуть, — сказала она. — С кем ты тут разговаривал?

— С цыганом.

Анжелика присела на краешек висящего в воздухе стула из красного дерева.

— А я его знаю?

— Он прилагается к обеду, — сказал Конджер. — Ты сама заказала интимный обед на две персоны.

— Просто я не слишком голодна. А у интимного обеда не большие порции, — пояснила стройная красавица. — Или ты умираешь с голода?

— Нет.

— Я заказала его не ради интима, понимаешь?

Кивнув головой, Конджер заметил:

— И две свечи.

— И две свечи.

— В дополнение к цыгану.

— Две свечи и двое цыган, только один из них заболел.

— А где же свечи?

— Нужно нажать кнопку.

Конджер встал и направился в столовую. Девушка протянула руку. Конджер остановился возле нее.

— Нам не нужны никакие свечи, — сказала она.

— Да, они нам вроде ни к чему.

— Честно говоря, я съела штучки три маленьких сандвича на президентских торжествах. А ты без конца глотаешь свои витамины.

— Итак?

— Итак, ни тебе, ни мне обед не нужен.

— Вот именно.

— Это здорово.

Конджер заключил девушку в объятья.

Анжелика спала, тесно прижавшись к нему. Конджер открыл сначала левый глаз, потом правый. Огромная круглая спальня постепенно наполнялась лучами только что взошедшего солнца. По ту сторону портьер чирикали искусственные птички.

Комната заметила, что Конджер проснулся, и по синему полу бесшумно подкатился к кровати пузатый серебряный кофейник-автомат.

— Bom dia, доброе утро, — прошептал пузатый кофейник. — Не хотите ли свежайшего натурального кофе, сеньор? С жирными сливками и ложкой, верхом…

— Не надо кофе, — сказал Конджер правым уголком рта.

Красивая темноволосая Анжелика что-то пробормотала во сне и скользнула ладонью по его обнаженной груди.

— Тогда что прикажете, сеньор? «Интеллекчуэл Риц Отель» может предложить вам только что заваренный китайский чай, приготовленный из…

— Я обычно ничего не пью, пока не пробегу свою дистанцию и не закончу все упражнения, — пояснил автомату Конджер.

Анжелика открыла глаза.

— С кем ты разговариваешь, Джейк?

— С кофейником.

— О, — она склонила головку на плечо.

От стены отделился второй автомат и с грохотом подкатился к кровати.

— Bom dia, сеньор. Не хотите ли настоящих американских лепешек, выпеченных из отбеленной, обогащенной витаминами муки и густо смазанных искусственным…

— Нет. — Конджер осторожно сел в кровати и сделал жест рукой, приказывая пузатому автомату убираться к чертям. — Я ничего не ем, пока не пробегу положенного и не закончу зарядку.

— Могу принять у вас заказ, сеньор, и обслужить вас по окончании вашей деятельности, — предложил автомат. — Может, желаете попробовать сочной свиной колбасы, обжаренной…

— Нет. — Конджер пнул автомат ногой.

— Ага, теперь я все понял, — заметил автомат. — Вы влюбились и потеряли аппетит. Вас поразил стрелой этот, как вы, американцы, его называете, Колбасой.

— Купидон, — поправила Анжелика. Она повернулась на спину и потянулась. — Почему бы вам, ребятки, не вернуться к себе в стену? Я позову вас, когда нужно.

— Ну конечно же, — согласился кофейник. — Мы появились только потому, что в правила «Интеллекчуэл Рид» входит…

— Назад! — прикрикнул Конджер.

Когда автоматы удалились, Анжелика сказала:

— Вот так-то лучше.

Конджер обошел вокруг кровати и сел на краешек возле Анжелики.

— Я, честно говоря, всего этого не ожидала, — сказала она, сделав своей тоненькой рукой неопределенный жест.