Виталий Батюк - Глаза Вселенной видят все…

Ознакомительный фрагмент

Смазливая улыбка не сходила с молодого лица повесы.

В белом костюмчике с красным галстуком вошел в столовую.

Там его уже ожидали мать и отец.

— Доброе утро. Как вам спалось, мои ненаглядные родители? — начал Арманд.

— Нормально, сынок, нормально, — обрадовано встретил сына отец, увидев того в элегантном костюме. — С этого дня ты и должен вставать с самого утра, а не до обеда лопухом валяться на кровати. И выглядеть должен именно так, — в лице мэра сияло довольство.

— С этого дня так и будет, папаня, — присел за стол Арманд вместе с родителями к завтраку.

Через минут двадцать отец с сыном мчались в машине к офису компании «Латнефть».

Зариньш уже с утра предупредил основных руководителей о срочном совещании.

Подъехав к пятиэтажному офису, отец повернулся к сыну и назидательно произнес:

— Ну, что? Пойдем, будешь принимать во владение наше семейное хозяйство. Поднявшись лифтом на четвертый этаж, Зариньш открыл свой кабинет. Поздоровавшись в приемной с молоденькой секретаршей, строго сказал ей:

— Арина, чтобы через двадцать минут все руководители компании были у меня.

— Хорошо, господин Зариньш, я сейчас всем сообщу, — скоро ответила секретарша.

— Заходи, сынок, в мои хоромы. Когда я стану стареньким дедулей, они станут и твоими. В просторном кабинете стоял большой стол в виде буквы «Т», приблизительно на тридцать человек. На нем стоял компьютер, рядом телевизор. Напротив стола стоял огромный кожаный диван. На стенках висели разные картины.

Зариньш тяготел к искусству, это было видно по его рабочему кабинету.

Хорошо папенька устроился, все на месте и, главное, молоденькая секретутка. Дает, наверное, мой предок здесь чесу, — оглядывая кабинет, подумал Арманд.

Отец, устроившись за столом, в удобном кресле, указал сыну его место, куда тот может присесть.

Секретарша постучала в двери и после громкого «заходите» вошла:

— Господин Зариньш, руководящий состав компании «Латнефть» готов к совещанию.

— Приглашайте всех в кабинет, — скомандовал мэр.

Десятка два руководителей разного уровня вошли в кабинет и начали рассаживаться по своим местам, приветствуя президента компании. При этом каждый, по возможности, умудрялся улыбнуться, как можно ярче и шире.

Жополизы галимые, — подумал Арманд.

Надо присмотреться… Научились бы и под мою дудку плясать…

— Господа руководители, — начал Зариньш. — Вы все знаете, что я занимаю важный государственный пост в качестве мэра города. И, конечно, мне приходится много работать, на все у меня времени хронически не хватает. У меня большой управленческий аппарат в компании, который, действительно, проделывает колоссальную работу. Я доволен вами — прежде всего президентом компании Андрисом Зариньшем (тот был родной брат мэра). Но все равно, несмотря на это, я принял решение нанять на работу второго вице-президента в компанию. Этим человеком будет… мой единственный сын Арманд Зариньш. Так что любите его и жалуйте! Арманд молод и, естественно, неопытен, поэтому первоначальные его функции работы будут иметь ознакомительный характер. Также Арманд будет иметь свой голос в правлении компании.

— Арманд, — обратился Зариньш к сыну, — пока возьмешь на себя роль руководителя ревизионной комиссии и ознакомишься с доходами и расходами компании. Присмотрись к закупочным ценам на техническое обеспечение компании и прежде всего обрати внимание на целесообразность растраченных средств в этом году. Если появятся какие-нибудь предложения, рады будем выслушать тебя. Параллельно с этим возьми под контроль спонсорскую помощь нашей компании разным общественным, творческим и спортивным организациям. Я вижу в тебе потенциал… — старший Зариньш помолчал. — Я подготовлю список людей, которые будут тебе подчиняться и выполнять твои указания, — продолжил он после минутного размышления.

Заседание руководителей «Латнефть» продолжалось полтора час.

После того, когда все разошлись, отец сказал Арманду.

— Пока занимай мой кабинет. Позже выберешь тот, который тебе понравится. Я все равно каждый день в городской думе. Свои документы я положу в шкаф, а ты располагайся. Устраивает такой вариант? — посмотрел вопросительно отец.

— Да, пап, нет проблем. Честно говоря, он мне нравится. Я думаю, что пока и не надо искать для меня кабинет. Мне и тут будет неплохо, — бодро ответил сынуля.

— Ну и славно, — удовлетворился отец. Осваивайся здесь, а я поеду в Думу.

Отец уехал. Арманд вызвал к себе некоторых руководителей и попросил документы о расходах и доходах компании, а также о деятельности в спонсорской помощи и меценатстве, чтобы конкретно узнать, — кому, когда, зачем и сколько перечислялось до сих пор денежных средств.

Вот так карусель! События закружились и, самое главное, в нужную сторону, — со злорадным ехидством подумал Арманд. — Скоро твой принц на белом коне, Диана, подъедет к тебе так, что и очнуться не успеешь, бедная блондиночка…

Замечательный сегодня день… замечательный! Можно сказать, второй мой день рождения! — торжествовали мысли в кипящем котелке новоиспеченного вице-президента, славно поддержанного мощным влиянием собственного отца. Главное — не тянуть на себя слишком резко одеяло и не напортачить чего-нибудь сгоряча.

Если у отца голова и запудрена разными государственными делами, то маманя будет следить за мной в оба и… это неудобное обстоятельство надо учитывать. Тихо сновали клерки. Пыжился ворох бумаг.

Молодой человек был совсем не глуп.

4-ая глава

Четвертый день подряд мою глотку полоскала водка.

Приходили друзья, знакомые, а проще — собутыльники. Душа «праздновала» поражение. Утром, с больной головой, шел на кухню глотнуть минералки.

— Все! Хватит! — решился я. — Надо отходить и приниматься за дела.

В Ригу… в Ригу… налаживать новые связи… модернизировать былое сотрудничество с некоторыми музыкальными группами и исполнителями. Похмельное раздумье прервал телефонный звонок.

— Алло, — сонно ответил я.

— Мне сейчас звонили из городской думы. Встреча с мэром должна была состояться в четырнадцать часов. — Так что давай собирайся и подходи к Думе. Я хочу, чтобы ты был в нашей делегации как представитель молодого поколения.

— Хорошо, Михаил Антонович!

— До встречи, — в трубке послышались гудки.

— Опа… опа… три прихлопа… — обрадовано пропел я. Вот на этой встрече я и смогу выяснить с мэром все.

Больше всего в жизни я не любил неопределенность. Она всегда изматывала меня и часто заставляла идти на необдуманные поступки. Нервы сначала колыхаются в пределах здравомыслия, но потом переходят в агрессивно-импульсивную энергию, в которой практичности и жизненной расчетливости, увы, нет места.