Юлия Власова - Каллиграфия

— Я-то думал, вы мафию расколошматили в лучших традициях комедий с Джеки Чаном, — разочарованно протянул Франческо, просачиваясь в калитку вслед за Кристианом. — Ну, знаете, одному по шее, другому — в ребра. Вы же у нас мастер по части ломания конечностей! Да и Джулия… Помните, как она проучила того жиголо на пароме?! А Клео кому хочешь нос утрет!

— К счастью, у нас имелось нечто куда более эффективное, — вкрадчиво произнес Кимура, скользнув взглядом по фигурке идущей впереди итальянки.

— Что вы разумеете под словом «эффективное»? — со знанием дела поинтересовалась Джейн. — Высокое напряжение? Ультракороткие волны? Низкие частоты?

— Ой, давайте как-нибудь потом, а? — нетерпеливо отозвалась Венто, огибая гниющие клумбы и с каждым шагом всё более мрачнея. Не ждала она застать в саду столь гнетущую перемену. Каково сейчас, должно быть, самой Аризу Кей! Девушка уже начала опасаться, не отправилась ли она по тропе Актеона, в подземное царство, когда рядом с аллеей, на черной, точно обуглившейся, полянке замелькало ее цветное кимоно.

— О, мне так жаль, мне так жаль! — вместо приветствий запричитала хранительница, и не впечатлило ее даже прибытие дражайшей ее Клеопатры. — Я должна была вас предостеречь, но, к величайшему моему огорчению, лишена была возможности…

— О чем это ты толкуешь, Аризу-сан? — удивленно спросила Джулия. — Почему сад не цветет, как прежде? Где детский гомон и смех?!

Японка потупилась, как младшеклассница у доски, и едва внятно произнесла:

— Какая-то неведомая сила запустила разрушительный процесс, остановить который мне до сих пор не удалось. Но, — подскочила она, точно ужаленная, — у меня есть план! У н а с есть план, правда, Елизавета?

— И притом преотличнейший, — подтвердила Лиза, высунувшись из-за сухой сакуры и потряся в воздухе стопкой исчерченных бумаг.

У студентов разом округлились глаза, а Франческо, вдобавок, издал звук, который не очень-то его красил, зато вполне выражал изумление всех троих.

— Пизанская кампанила и все ее сто восемьдесят колонн! — воскликнул он, переведя дух. — Каким ветром тебя сюда зашвырнуло?!

Джейн же этот вопрос, судя по всему, не интересовал совершенно, потому как она без предисловий кинулась россиянке на шею, приговаривая, какая Лиза стала хорошенькая и как чудно, что встреча их состоялась именно в саду.

— Не хочу расстраивать вас раньше времени, но, видно уж, придется, — со вздохом сказала Елизавета, переглянувшись с Аризу Кей. — В Академию нам ход закрыт.

— То есть как это?! — возмутился Франческо. — Мы, понимаешь ли, славно завершили миссию, нам как триумфаторам подобает с почестями вступить в чертоги Академии, а портал взял и сломался?!

— Если сюда еще можно попасть, то вот обратно… — покачала головой хранительница.

— Безобразие! — проворчал Росси, опускаясь на скамейку.

— Однако не всё потеряно, — измученно улыбнулась хранительница. — Благодаря вашей подруге, у меня появилась надежда… Дайте мне срок — и, весьма вероятно, работа портала вскоре наладится. Тут кое-чего, — присев на корточки, она порылась в бумагах и досадливо поджала губы, — да, тут кое-чего недостает. И я не знаю, что подыскать на замену.

— Не хватает какой-то детали? — справилась Джулия. — Покажи-ка.

Теперь на корточках они сидели уже вдвоем, под сердитым взглядом Франческо, который, похоже, забыл свою рыцарскую манеру и вновь скатился к образу брюзжащего старика.

— Видишь, нужна преломляющая призма, а таковой у меня не сыщется во всем саду! И ладно, если бы она не имела решающего значения…

— Так, понятно. Сэнсэй, у нас есть призма?

— Призма? — озадаченно переспросил тот. — Боюсь, ничем подобным мы не располагаем.

— Ну да! А как же бриллиант, доставшийся мне от Федерико?! Неужто мы не прихватили его с собой, когда собирали вещи?

Тут Клеопатре настал черед выступить из тени, ибо она, как преданнейшая из представителей рода человеческого, вызвалась взвалить на себя сумки с накупленной в бутиках одеждой и довольно-таки остро отреагировала на небрежное предложение Франческо оказать ей помощь.

Аризу Кей в этот момент, казалось, смекнула, что негоже обделять кенийку вниманием, и, подскочив к ней, со всей душой пожала ей руку, причем о роли африканки в «антиморрисовой» операции осведомлена она не была.

— Раз ты с нами, деревья точно зацветут! — сказала японка, лучась улыбкой.

— Такое ощущение, что ты построила здесь теплостанцию, — в ответ на столь теплые изъявления радушия выпалила та. — Духота, туман… У нас в племени подобная погода — настоящий бич для охотников. Не стоит и пытаться выследить в тумане дикого кабана — он насадит тебя на клыки вернее, чем ты вспорешь ему брюхо.

— Давай-ка мы лучше посмотрим, нет ли в вещах бриллианта, — тактично уводя африканку в сторону, сказала Джулия.

Однако похвастать перед хранительницей обновками ей так и не довелось, ибо, в самых сжатых выражениях извинившись за рассеянность, Кристиан выудил самоцвет из карманов своих брюк и поинтересовался, сгодится ли он для планируемой конструкции. Аризу Кей была счастлива, насколько позволяло ей нынешнее ее состояние, и пообещала, что через пару часов от тучи не останется и следа.

Глава 30. Весна в саду

— Но всё-таки, как объяснить, что за одну ночь закоренелый вор и убийца превратился в миролюбивого джентльмена, который ложится спать не иначе, как с хорошей книжкой, а добротному ружью предпочитает плед и чашку горячего шоколаду?! — недоумевала Джейн, истолковав рассказ Джулии по-своему и присочинив подробностей, какие в повествовании не фигурировали.

— Не думаю, что Моррис именно так проводит теперь досуг, — с сомнением отозвалась итальянка, пропуская ее к краю балкончика белой пагоды. — Но, сдается мне, здесь не последнюю роль сыграла внешность синьора Кимура.

— О да, он столь сногсшибателен, что при виде его отъявленные злодеи тают, как эскимо на солнцепеке, — отпустил шуточку Франческо, причаливая к перилам рядом с Джейн.

— А вот и нет! — победоносно возвестила Венто. — Вовсе и не поэтому. Всё дело в том…

В комнате, за клетчатой дверцей балкона, на котором расположились наши друзья, стоял невообразимый галдеж, и, хотя японка позаботилась убрать предметы первостепенной важности в недоступные для детей места, стены и пол всё равно оказались запачканы тушью, кисточки были найдены и пущены в ход как средства атаки и обороны, а низкий столик вместе с парой-тройкой подушек возведен в ранг крепостной стены. Между мальчишками шла непримиримая война за право распоряжаться балконной дверцей, которую они нещадно дергали то вправо, то влево, невзирая на ее предсмертные скрипы. Торжественности их гвалт в разговор отнюдь не привносил, поэтому, выдержав укоризненную паузу, Джулия вынуждена была продолжать под звуки ожесточенной баталии.