На утренней заре - Григорий Иванович Барыкин

Вот какое предначертание я в прошлом году на охоте претерпел, а для чего? А для того, чтобы таким дураком в будущем году не быть, это мне вроде предостережения!

А теперь ружье-то починил. Так что оно как новое стало, не шатается и внутри, как жар, горит! Я его на теперешние ни в жизнь не сменяю, потому оно для меня счастливое! Ну разве можно такого друга променять? Ведь мимо физиономии боек-то прошел, а меня нисколько не оконтузило. Только попугало немножко…

Шутка-то шуткой, а я этот урок всю жизнь не забуду и в волну больше никогда на озеро в лодке не поеду. Всегда буду поддерживать егеря, запрещающего выезжать в дурную погоду. Азарт охотничий надо сдерживать. Охота моя могла закончиться трагично и для меня, и для моей семьи. Опытным охотникам надо внушать молодым, горячим, безрассудно обращающимся с своею жизнью при виде пролетающих стай уток в стороне от их скрада, как себя вести в таких случаях.

Видишь, разыгралось озеро, — охоться пешим по береговым плесам… Да и добычливее в такую погоду, может так получиться!

Я после этого случая всегда требую от егеря на хозяйстве запасной шест и кормовое весло. Когда выехал в озеро с ночевой, чувствуешь себя безопаснее.

У нас, на Челябинском тракторном заводе принято и осуществляется решение: каждую лодку к охотничьему сезону на наших приписных озерах оборудовать уключинами с парой весел и сверх этого давать охотнику запасной шест.

Дело это великое, широкие плеса можно переезжать на веслах, а когда заедешь в тростники на мелкое место, сними весла в лодку и поезжай на шесте. Стоя с шестом, небезопасно передвигаться на наших озерах, имеющих местами глубину свыше двух метров.

ПООХОТИЛСЯ

Люблю я время открытия осенней охоты на уток!

Стоит еще теплая погода, днем жарковато, зато вечера освежительно прохладны. Кругом — стога. А какой бодрящий воздух, как приятен аромат свежего сена!

На эту охоту я всегда легко одевался, даже охотничьих сапог не брал. Но после одного случая так охотиться больше никогда не стану! Лихому врагу не пожелаю испытать то, что мне пришлось!

А было дело так.

Собрался я на открытие охоты. До этого поблизости от города выследил дичь, вылетающую на одно из небольших мелких болот с соседнего Синеглазовского озера. А уж на какое болотце — об этом рассказывать не в моих правилах! Узнают пустохлопы — на будущий год черта с два там поохотишься!

Я даже больше сделал. Чтобы быть вне подозрения, ребятам из своей заводской секции охотников накануне пообещал составить компанию поехать на открытие охоты на Синеглазовское озеро. А сам на вокзал отправился.

Тихо эдак, спокойненько добрался я под вечер до своего озерка. Одежонку — брюки, ботинки, рубашку — снял и положил под кочку с довольно большой травой, вроде приметную. В куртке одной и трусах я зарядил свой «Зауэр» и побрел в камыш. Никого из охотников не было видно, только в стороне у берега три женщины убирали в копны сено.

Взвел я курки, иду крадучись, не булькаю. Скоро под вечер с Синеглазовского озера сюда, на пресную воду, должна перелетать утка…

Вдруг — пара косатых из-под ног! Быстро вскинул ружье… Щелк — осечка! С досады готов ружье изломать…

Шагов пятьдесят прошел камышом, еще под выстрел три утки поднимаются. Опять чик — осечка! Эх, затрясся я весь от злости. Трах из другого ствола — мимо!

И пошло мне невезенье! Поднимается утка из-под носа — осечка, бью вслед сгоряча из другого ствола — мимо. Да так раз десять, — и ни единой утки не взял!

Отдохни, думаю, Алеша! Покури, остынь.

Патронов, смотрю, немного остается. Сам как в лихорадке дрожу! Захотел в себя прийти, сел, поскользнувшись с размаху на кочку, а в ней — острый сучок.

От боли свету не взвидел, вскочил как ошпаренный. А тут с Синеглазовского утка на меня пошла! Трах, трах! На этот раз «Зауэр» не подвел. Бегу искать добычу — нету! Да ведь вон она, подраненная, в другое плесо уходит. Врешь, не уйдешь! Трах в нее шагов за семь сгоряча! Поднял — полтушки от утки осталось! Еще больше завелся, аж поджилки заходили и вроде в голову что-то ударило!

А птица идет и идет… Все-таки всеми неправдами тройку взял! «Эх, думаю, если бы не осечки, домой птицу не дотащил, штук 20 нахлестал бы!»

Надо же такому делу случиться!

В себя пришел я, когда очутился на другом берегу озера. Патроны все истратил. Посмотрел на часы — надо к поезду спешить, осталось каких-то полтора часа. И тут только вспомнил про одежду, которую под кочкой на том берегу спрятал.

«Батюшки мои, а если не найду? Что тогда делать?»

Как обалделый, обратно бегу, ищу. Вон, кажется, у той кочки брюки и ботинки спрятал. Смотрю, нет одежды. Как быть! Поезд уйдет — придется тридцать километров до города топать. Да и вид у меня такой, что сразу милиционер заберет…

Шутка ли: человек в спецовочной куртке, трусиках и босиком. А в руках — ружье.

Вижу, что женщины, убиравшие сено, ко мне направляются, им — в деревню нужно. Быстренько убрался я в камыши, приняв галантную позу, чтобы видом не испугать, обращаюсь к ним с отчаянной просьбой.

«Гражданочки, — говорю, — будьте милосердны!» Объясняю им мое положение: дескать, мне к поезду попасть необходимо, до станции пять километров, а я на народ в таком виде показаться не могу. Один хорошо, а вчетвером, может быть, скорее разыщем одежонку. «Давайте рассыплемся по берегу, поищем. Я один из сил выбился и всего комары искусали». — «Да ты подходи поближе, чего издалека-то кричишь, покажи место-то», — говорят женщины. «Да я, гражданочки, полураздет, неловко как-то!»

Тут одна из них, глазастая такая, прыснула со смеху, а потом говорит подругам: «Давайте уж парню поможем. Вишь, как жалобно поет, а то его комары до смерти заедят».

Вот пошли они кругом по камышам, а одна и спрашивает: «А если не найдем, тогда что делать будем? Может, штаны-то украли, когда ты без ума по болоту носился?»

Искали они недолго. Вдруг глазастая закричала: «Вот они, штаны-то с ботинками. Одевайся быстрее и беги на станцию, может, поспеешь».

Чувствую, гора с плеч свалилась. «Спасибо, — говорю, — гражданочки, очень признателен».

Оделся я быстренько и марафонским бегом — на станцию. По дороге одну утку потерял, отвязалась, видно. Не повезет — так уж не повезет! А все-таки к поезду успел!

Вот трагедия какая со мной получилась. Ну, а теперь я ученый. Без охотничьих сапог и соответствующего костюма не охочусь даже