Моя стая-семья и не только - Евгения Кимовна Романенко

клинике, Маха не открыла глаза, не вильнула хвостиком и даже не заскулила.

Её взвешивали, замеряли рост, смотрели зубки ─ и это всё при полном её молчании и аморфности. Это был не щенок, а кусок полужидкого теста. Врач измучился сгребать тело Махи со стола. Но зато теперь Маха у нас тоже с документом!

Дика

Ехала я недавно с работы домой. На очередной остановке выходит мужчина, а у него на сиденье остался котёнок. Палево-серого цвета, с висячими ушами и ярко-голубыми глазами. Месяцев трёх-четырёх от роду. Ухоженный, сытый и спокойный. Самый домашний котёнок.

На мой вяк:

─ Дяденька вы котёнка забыли! ─ на меня глянули холодные равнодушные глаза.

─ Вы, бабушка, ошиблись.

Котёнок молчал. Лежал на сидении автобуса и недоумённо смотрел на людей. Я сидела, смотрела на него и думала: «У меня девять собак. Они тех, кто попал во двор, считают членами стаи и любят. Но проблема в том, что залюбить они могут до смерти!». Никакой агрессии, но когда на одного приходится любовь девяти собак, выжить трудно. Десять раз подумаешь, чем принести ещё одного бедолагу. Да и материальная сторона беспокоит: восемь взрослых собак, одна щенулька ─ и ещё котёнок? На какие деньги кормить?

Решила для себя: доеду до своей остановки, если никто не возьмёт ─ заберу кошачьего ребёнка. Деньги, кормёжка ─ как-то это решится. А с семьёй разберёмся!

Доехали. Котёнок сам решил, с кем подружиться. За остановку до моей он уверенно протиснулся между ногами пассажиров и плотно уселся у меня на коленях.

Новое приобретение оказалось кошечкой. И с весьма непростым характером. С виду такая нежная, ласковая, но как оказалось ─ злющая и норовистая, словно дикая. Дика. При знакомстве от этой малявки получили все. Собаки ─ по мордам, я ─ искусанные руки.

Вырвавшись, Дика сбежала во двор. Стая, зализывая царапины друг у друга, скуля и жалуясь, улеглись вокруг меня, не понимая агрессии. Они же только поцеловать хотели!

─ Нет, ребята, а что вы как думали? Налетели, распустили языки и слюни. Дика, может, собак только в страшных снах и видела. А тут сразу восемь морд, не считая малявки Махи. Она же не знала, что у вас не злобный оскал, а умильная улыбка.

Семья отворачивает обиженные морды. Иду искать Дику.

─ Кися, Дика, кис-кис-кисенька!

Стая, хоть и обижена, но любопытством не обделена. Поэтому шлёпают за мной, хоть и на приличном отдалении. Облазила весь участок. Кошечка исчезла. Давно уже наступило время кормёжки. Ладно, сейчас накормлю семью и опять пойду искать.

Пока насыпала по мискам корм, пока налила воду, прошло немного времени. Иду кормить Маху. Она, хоть и бегает по участку, но спать и кушать идёт в логово. Пока стараюсь кормить её с руки, чтоб ко мне привыкала.

Ставлю мисочку у входа в нору, жду, когда появится чёрный носик Махи. Но появляются два носа. Чёрный и серый. Да, лучшего укрытия Дика найти бы не смогла! В логово даже Айка залазит с трудом, а другие даже нос туда засунуть не могут.

Стая, зализав царапины, вроде как забыли о кошечке. И когда Маха выходит гулять, а за ней, шипя и вздыбив шерсть, идёт Дика, семья наблюдает со стороны. Бережёного Бог бережёт. Царапины на мордах ещё ноют!

Я буду искать Дике маму-человека. Нет, я очень люблю кошек, но у меня с ними один менталитет. Я не терплю пререканий в стае, в доме я главная! Кошки тоже считают, что главные в доме они! Животным я прощаю многое, кроме одного ─ неподчинения. А котейки этого не приемлют.

Если Дике не найдётся любящая семья, то нам с ней придётся учиться жить вместе. Скоро зима, Маху с Дикой придётся, вопреки их желанию, переводить домой. Надеюсь, что Дика рядом с Махой вырастет другой.

Мама для Дики

Господь знает лучше нас, что делать. Дика сегодня обрела такую хозяйку, что, если бы я была кошкой, то хотела бы жить у неё. И случилось это всё совершенно спонтанно. Ещё утром, на работе, я с ужасом думала о том, что ждёт меня дома.

За здоровье и жизнь Дики я не волновалась, а вот за глаза своих девчужин боялась сильно. Зная их настырность и любвеобилие, наверняка, они полезли к Дике с любовью и дружбой.

Как обычно, после работы я заезжаю на базар за косточками для стаи. Но сегодня я проспала свою остановку. Хорошо, что по маршруту автобуса есть два базара. Вот и попала я на другой.

Не была там уже несколько лет. Иду, глазею по сторонам, ищу, где продают мясо.

─ Женя, привет!

Рядом стоит Светлана, мы с ней когда-то вместе работали. Не скажу, что подруга, но отношения сохранились добрые. Я не видела её чуть больше года, и обалдела. Стоит древняя старуха.

─ Света, как здоровье?

И тут её прорвало. Пожилая тётка стоит посреди прохода между рядами и ревёт белугой.

─ Свет, давай-ка отойдём, и ты мне всё спокойно расскажешь.

Года четыре назад у неё в автоаварии погибла вся семья. Муж, сын, сноха и двое внуков. Как она это пережила, я не знаю. Наверно, ей помог котёнок, которого она тогда вытащила из мусорного бака слепым, блохастым и больным. Назвала она найдёныша Богдан ─ Богом данный.

─ Женечка, ты Богдашу помнишь?

─ Это тот рыжий заморыш, который спал у тебя в лифчике на работе?

Ну, вот, слёзы прекратились, Света улыбнулась.

─ А куда его было девать? Не оставлять же ребёнка одного на сутки!

Поскольку начальство категорически было против любых животных на территории, то Светлана и прятала Богдашу в лифчик. Бюстом Бог её не обидел, а котя сидел тихо-тихо.

─ Убили вчера Богдашу, соседи отравили. Вселились новые, и он им помешал.

Надо сказать, что кот без Светы даже нос за дверь не высовывал. Гулять она его водила на шлейке. Но была у кота одна дурная привычка ─ он жрал всё, что успеет схватить по дороге. Света жаловалась, что, хоть она и следит, но не всегда успевает отобрать. Вот и вчера не успела.

Богдан проглотил кусок колбасы прямо при выходе на лестничную клетку. На площадке три квартиры. В одной живут соседи уже много лет, а вот в другую и въехали новые. К вечеру Богдана не стало. Света приехала на базар просто по инерции.

─ Света, я четыре дня назад нашла кошечку. Но