Н. Магуто - Жизнь собачья

Пошли мы как-то раз на озеро, купаться. Есть тут у нас одно, хоть и маленькое, но красивое. Я его запросто переплываю, под настроение. По берегам камыши, лягушки квакают, птички летают, природа, одним словом.

По дороге заглянули к Беле, хлеба с сахарком занесли. Увидев нас, она сразу иго-го-кать начала, здороваться. Обрадовалась красавица.

Честно говоря, отношения у меня с ней сложные. Она мне нравиться, – правда, нравиться. И я ей тоже – нравлюсь. Вначале мы даже играли, бегали. Она от меня, я за ней; потом наоборот.

Страшновато чуть-чуть, но ничего, терпеть можно. Играли, играли, совсем уже друзьями стали, и как-то раз я решил заглянуть ей под хвост. Интересно, чем она пахнет.

Вежливо, осторожно, чтобы случайно не напугать, подошел поближе, привстал на задние лапы и только хотел, – а она, глупая, как взбрыкнет. С чего? Не понимаю. Положено так, я ей, она мне – В общем, разругались вдрызг. Потом, правда, помирились, но мамка почему-то перепугалась и перестала меня к ней подпускать. Я ей объяснял, просил, но она ни в какую.

Вот вредина, сама стоит с ней милуется, а я, как дурак, на поводке сижу. Ладно, тут уж видно ничего не попишешь, хватит об этом.

Покупались мы в свое удовольствие, и решили прогуляться, посмотреть, что за поворотом.

Мамка, как всегда на велосипеде, я на своих четырех. Бегу, глаза по сторонам таращу, любуюсь.

Вы бывали когда-нибудь в деревне? – Не на даче, где шаг влево, шаг вправо побег. А в настоящей деревне? Где поле до горизонта, где лес насколько глаз хватает, где ни машин, ни людей, никого поблизости нет, а воздух, – вдохнешь раз, и никогда уже не забудешь. Вот-вот, – у нас именно так.

Бегу я впереди, трава высокая, подпрыгивать даже приходится, смотреть, чтобы мамка не потерялась. Она хитрая, по протоптанной дорожке едет, а я дорожки не люблю, по траве веселей. Там птички порой прячутся, а бабочек видимо-невидимо. Веселые, рядом порхают, чуть ли ни на нос садятся. А я делаю вид, что их ловлю, бегаю за самыми красивыми.

Здорово – Прыгаю я, как кузнечик. Чувствую, жарко становиться, пора назад к озеру возвращаться.

Выскакиваю на дорогу и что же вижу – Впереди замерла огромная кошка – Рыжая – Я раньше таких не встречал, хвост, чуть ли ни с меня. Замер, стою, смотрю. Если драться придется, точно не соскучишься. И кто, кого, – абсолютно не ясно.

Вот уж угораздило, на такую зверюгу нарваться. А она ходит, к следу принюхивается, меня пока не замечает. Понимаю, что если задом попятится, можно в траве спрятаться. Там она меня точно не найдет. Только мне в голову эта спасительная мысль пришла, вдруг мамка из-за поворота на своем велосипеде вылетает и, – как затормозит. Чуть через руль не перелетела.

Замерла, стоит смотрит. Кошка голову подняла, и тут увидела нас. Я как вперед брошусь – Если вздумает нападать, пусть сначала со мной сладит. Я и не таких на место ставил.

Да не тут-то было. Мамка, как закричит:

– Ричард, ко мне!

И давай скорее велосипед разворачивать. А кошка ни с того ни с сего, как припустится в другую сторону. Летит, только хвост стелется, огромный, красивый. Я за такой хвост что угодно отдал бы. Ходил бы, – король, а не пес – Вскочила мамка на велосипед и давай педали крутить. Доехали до озера и в воду.

Мамка довольна. Чему радуется? Не понятно. Нужно было догнать ее и поймать. Вот разговоров было бы. А так, что? Убежали, как последние трусы. Я разглядел, она маленькая, у нее только хвост огромный. Я с такой справился бы. Даньке ее отдал бы, он точно спасибо сказал. С драной Милкой ее, во всяком случае, не сравнишь, рыжая, красивая, зверь, а не кошка.

Искупались, поехали домой. По пути ни кошку, ни собаку не встретили. Так и добрались без приключений. Мамка в дом влетела, и как закричит на всю деревню:

– Папа! Папа! Мы лису видели! Рыжую, красивую – Хм, – надо же лису, – а я думал кошку. Хорошо, что не стал связываться. Я по телевизору слышал, они ядовитые бывают. Укусит и все, крышка. Да – бог уберег.

– Что мамка разверещалась? Данька спрашивает. Случилось что?

– Лису в лесу встретили. Огромную такую, как медведь, только рыжую, – начинаю заливать я.

А сам думаю, Данька кот умный, знающий, везде был, вдруг уже видел. Засмеет, со стыда сгоришь. И спрашиваю:

– Встречал?

– Нет, не доводилось пока. Отвечает.

– Повезло тебе. Я как ее увидел, чуть в обморок не упал. Но понял, без меня мамке конец. А она, знай, рычит, на нас бросается. Едва отогнал.

– Молодец ты, Ричард. Ты за мамкой приглядывай, очень уж она у нас общительная. А тут живности много. Коровы, козы, – любая напасть может.

– Куда им, – махнув лапой, уверенно заявил я. Они, как меня увидят, сразу в разные стороны удирают. Я для них хуже палки.

– Ты смотри, поосторожнее. А то, не дай бог, нарвешься.

– Не переживай, Данила. Справлюсь.

Только бы поверил. Так хочется хоть раз героем побыть.

Это еще нечего. Дальше хуже было.

Гуляем мы как-то перед ужином по главной улице. Идем себе, не спеша, птичек слушаем. У нас тут недалеко коровник. Коров там, правда, нет, увели куда-то. А перед коровником пруд, маленький такой, мутный, и пахнет не очень вкусно. Честно говоря, купаться я туда не лезу, сам не хочу, и мамка не велит.

Вот идем себе, идем. Уже до пруда дошли. Я голову опустил, принюхался, думаю, может плюнуть на все, залезть, искупаться. Что мне мамка сделает? Ну, поорет чуток. Впервой что ли? – Подумал и пошел вниз. Думаю, пусть судьба рассудит. Если вода совсем грязная, не полезу. Если ничего, то куда деваться. Жарко, остыть хочется.

Мамка увидела, куда я побрел, как раскричится:

– Ричард, ко мне! Ко мне! – Обидно стало, а делать нечего, придется возвращаться. Раз поймали, значит поймали.

Только я собрался, как воспитанный пес, бежать к хозяйке, вдруг вижу, в воде кто-то плавает.

Кто? – Рыба – Уж больно большая, вон какая волна идет. Значит не рыба – А вдруг все-таки рыба, только огромная? – Вот было бы здорово.

Забыл я про мамку, забыл про команду, сразу к воде – Она же сама мне потом спасибо скажет, если я ту рыбу выловлю.

Пригляделся и вижу, – нет, не рыба, что-то другое. Бог мой! На мышь похожа, только побольше, и очень уж темная.

Видел я мышь один раз, на столе сидела. Маленькая такая, серенькая и очень симпатичная, словно котенок, только поменьше. И что ее люди бояться?

Мышь! Точно, мышь! Вон и хвост есть. Только переросток, крупнее обычной. Утонет! Точно, утонет! Такая большая может одна на целую деревню, – а может и на всю страну – А я тут стою, думаю – Понял я, что случись что, никогда себе в жизни этого не прощу. Мог спасти, а не спас. И недолго думая, нырнул я в этот вонючий пруд. Точно, туда помет смывали, запах такой же.

Смотрю, она передо мной плывет, держится на воде пока. Я за ней. Гребу изо всех сил, боюсь опоздать. А она обернулась, на меня посмотрела и вроде как что-то сказала. Что, честно говоря, я не понял. Думаю, о помощи попросила.