Евгений Вишневский - Приезжайте к нам на Колыму! Записки бродячего повара: Книга первая

20 июня

В десять утра в Теплый Ключ из Якутска прибывает самолет, и к этому времени в аэропорт подают автобус, который и довезет пассажиров до поселка. Этим же самым автобусом на местную автобазу отправляемся и мы с Саней.

Толстая рябая тетка, встречающая мужа, со смехом рассказывает знакомым подробности пожара, случившегося вчера в поселке:

— Занялось сразу, как его одной спичкой с четырех углов разом зажгли! И главное — ночью. Мужики со второго этажа в кальсонах прыгали, сонных детей в одеялы кидали — умора! Хорошо, мы на первом этаже живем — кой-какие вещички даже вытащить успели. У забора сложили, далеко вроде, а оно как бабахнет, да прямо головешкой нам в перины! Вот никогда бы не подумала, что перина так горит, прямо как бомба... Пожарников насилу дозвались. А они приехали — да все пьяные. Да и какие это пожарники, мальчишки лет шестнадцати... Когда уже, считай, все догорело, тогда и начальник ихний на пожар прибыл. Пьяный, конечно. Говорит: «Приказываю немедленно потушить пожар!» А чем его тушить, когда воды нету и водовозные бочки неизвестно где. Кинулись водовозов искать, а они оба в стельку пьяные. Господи, и смех и грех! Документы все сгорели, до листочка, к такой матери. Завтра пойду в сберкассу книжку восстанавливать, а уже потом в милицию — паспорт. Тридцать две квартиры, как корова языком... А загорелось-то от проводки, со второго этажа, с угловой комнаты. Хозяйка к родственникам в гости уехала, в Тампо, вот вернется она домой, а ей тут — сюрприз. Умора! И, как нарочно, прямо к самому пожару баржа с выпивкой подошла — полгода ждали. В первый-то день одну шампанскую выкинули — так-то ее кто брать будет, дорогая она, сволочь, а не спирт, не водка — чтобы захорошеть, знаешь сколько ее надо?! Мешками брали — истосковались, за зиму-то не только что весь одеколон, всю аптеку выпили... А вчера портвейн выкинули и эту... нет, не «Марию» — «Лидию» какую-то. Ну а водку со спиртом, конечно, к праздникам берегут...

И вот мы с Саней едем в Хандыгу, последние семьдесят километров знаменитой колымской трассы Хандыга — Магадан, едем по гравийной дороге, проложенной сквозь болотистую лиственную тайгу. От однообразия ли пейзажа за окном, от мелкой ли тряски или просто от привычки спать в дороге, но веки у меня сами собой вскорости сомкнулись, и проснулся я, словно бы меня кто-то толкнул в бок, когда уже наш автобус бежал среди новеньких двухэтажных деревянных домов, стоящих правильными шпалерами. В одном из самых первых рядов чернела дыра: вместо дома были дымящиеся до сих пор головешки. Поселок Хандыга стоит в том самом месте, где река Хандыга впадает в Алдан, который потом впадает в великую сибирскую реку Лену.

— В прошлом году, — рассказывает Саня, — здесь у самого причала затонул катер со всем районным начальством — налетел на баржу. Всего только два человека спаслись: капитан и его сын. Капитана от удара далеко в сторону отбросило, он потом и выплыл, а сын его умудрился баржу перенырнуть. А все остальные утонули: прокурор, начальник милиции, председатель райисполкома, все якуты, как водится, и только один русский - хирург из больницы. Уж так об этом хирурге народ горевал: «Якуты-то, хрен с ними, — говорили, — подумаешь, велика потеря — десяток якутов утоп, а вот доктора уж больно жалко. Хороший доктор был, когда у нас еще такой будет?!»

На автобазу мы пришли в самый обеденный перерыв. Начальство, конечно, обедает; делать нечего — пошли обедать и мы. Хандыгская столовая славится по всей трассе, и в ней недавно принимали даже министра северных провинций Канады. Тогда, рассказывают очевидцы, убрали со стен картину местного умельца (якут, вытянув руки, радуется толстым лучам восходящего солнца), а вместо нее расставили и развесили по стенам цветы в горшках, на столы постелили крахмальные скатерти. Готовят в столовой действительно хорошо: обильно, вкусно и совсем недорого.

Долго ожидали в приемной начальника Хандыгской автобазы. Вначале начальник был холоден и даже, пожалуй, суров: машин у него свободных нет, и, главное, он не понимает, почему должен давать их нам в аренду. Но когда мы предъявили ему свои бумаги, на которых стояли более чем солидные грифы: «Академия наук СССР», «кандидат геологоминералогических наук» и прочее, он сразу же переменил тон, и все было сделано в наилучшем виде. К людям науки здесь, видимо, относятся с почтением.

Положив на стол бумаги с обнадеживающими визами, сидим в диспетчерской и ждем начальника эксплуатации автобазы. В диспетчерской стоит неструганый стол и длинные лавки, на столе валяются расчетные ведомости заработков шоферов Хандыгской автобазы. От нечего делать знакомимся с их содержанием: шоферы зарабатывают здесь очень неплохо. Несколько раз в диспетчерскую заходил какой-то совершенно расстроенный великан в берете и футболке с тесемочками: он где-то выронил свои права и вообще все документы, а ему сегодня вечером бежать на Магадан. У него уже и машина, груженная комбикормом, стоит, и напарник есть, а вот документов, хоть плачь, нету.

— И ладно бы пьяный был — не обидно, — сокрушается великан в футболке, — а то целый день, как стекло, — и на тебе, пожалуйста...

Мы, как могли, утешали его, говорили, что уж здесь-то, где все друг друга знают, найдутся и его права, и все другие документы.

И тут вдруг словно вихрь влетел в диспетчерскую — это появился тщедушный молодой мужичонка в огромной лохматой кепке. Он влетел и сразу заполнил собой, своей кепкой, своим голосом, своими суетливыми движениями все пространство. Это и был долгожданный начальник эксплуатации автобазы.

— До Ягодной? — закричал он, искоса глянув на наши бумаги. — До Ягодной нам невыгодно. Нам там ловить нечего. Хотя погодите, пошлю-ка я оттуда Снисаря в Оротукан, там он и загрузится, верно?.. Какую вам колымагу пообещало начальство? «Уралец»? Да нешто «Уралец» — машина? Да он сдохнет на первом же перевале. Вот что, дам-ка я вам, ребята, ГАЗ. Кузов у него, правда, железный, и вообще, если говорить откровенно, самосвал он, но до центральной трассы как-нибудь добежите, а там уже и рядом. Снисарь у нас когда из Магадана прибежал? Вчера утром... Ничего, он малый холостой, дома ему делать нечего. На техосмотр его! Завтра к вечеру пусть и собирается... Значит, так, ребятки, поедет с вами шофером Снисарь, это фамилия у него такая, а звать его Виктором, человек он у нас новый и всего боится. Вам это даже хорошо — с нашими лихачами на перевалах и прижимах, да ежели, не дай бог, дождичек случится, в штаны со страху наделаете. А со Снисарем, бог даст, все и обойдется...

Мужичонка убежал в соседнюю комнату и тотчас притащил оттуда старенький арифмометр «Феликс». Ожесточенно крутя его ручку, начальник стал делать расчеты: