Николай Золотницкий - Цветы в легендах и преданиях

Маленькая Мария очень любила это колечко и тщательно хранила его в числе самых драгоценных своих вещиц, но не имела ни малейшего понятия ни о том, кто его подарил, ни об истинной его ценности.

Достигнув 16-летнего возраста, она вышла замуж за дядю своего, герцога Пенерандо, и 5 мая 1826 года у нее родилась маленькая дочь, которой дали имя Евгения. Когда Евгения подросла, мать подарила ей свое заветное колечко и велела вырезать в нем, рядом с именем Жозефины, еще дату 5 мая, т.е. день рождения Евгении.

Маленькая Евгения, бывая не раз в Лондоне у родственников своей матери, увидела здесь принца Наполеона, который жил в Лондоне в качестве члена политического общества карбонариев.

Живая, прелестная Евгения очень понравилась ему; он начал играть с ней, и девочка, как все дети, притащила тотчас же все свои лучшие игрушки и драгоценности. Среди них находилось и знаменитое кольцо.

Луи Наполеон тотчас же узнал его, был необычайно обрадован и с этой минуты считал себя как бы связанным какой-то таинственной цепью с маленькой Евгенией.

Между тем мать Евгении, узнав о значении подаренного ей кольца, сейчас же составила свой план действий и, указав Евгении в этом кольце как бы на высшее предопределение Божие, всячески старалась, чтобы она не вышла ни за кого другого, как за Луи Наполеона.

Чтобы лучше привести свой план в исполнение, она переселилась в Париж, где всячески старалась встречаться с Луи Наполеоном, который в то уже время из члена партии карбонариев готовился превратиться в императора.

Евгения появлялась перед ним не иначе, как с букетом фиалок на шляпе или на груди, в лиловом платье или с вуалью цвета фиалок.

Когда же в 1851 году все готово было к государственному перевороту и Евгения явилась на даваемый в ратуше Парижа бал одетой, совершенно как императрица Жозефина — с фиалками в волосах и букетом фиалок на плече, судьба ее решилась. Наполеон был побежден, и 29 января 1853 года Евгения сделалась императрицей французов. С этих пор фиалка стала ее любимым цветком, а вместе с тем и цветком всего модного света.

Только это были уже не скромные фиалки Жозефины, а облагороженный вид их — пармский1 — с более темной окраской и более сильным запахом.

Так цвели и благоухали фиалки эти как цветок радости более 20 лет, пока 9 января 1873 года не превратились снова в цветок смерти. В этот день умер Наполеон III — умер, как изгнанник из отечества, в Англии.

14 января в Чизельгерсте, в парадной зале, увешанной гербами с императорской короной и уставленной бесчисленными подсвечниками с ярко пылавшими свечами, лежал в гробу Наполеон III. На груди его покоилось распятие, а вокруг его гроба во всевозможных видах: в венках, букетах, гирляндах и даже просто разбросанными по полу — находились фиалки, присланные от многочисленных друзей и приверженцев Наполеоновской династии из Франции. Это был как бы последний привет его родины...

Зацветут ли фиалки снова на могиле Наполеона? Приверженцы его остаются верными им и до сих пор: в день именин императрицы Евгении в Ницце, где она постоянно пребывает, вся церковь украшается фиалками, присылаемыми со всех концов Франции как напоминание о том, что верные приверженцы Наполеона еще не позабыли его. Кроме того, у входа в церковь сидят многочисленные продавщицы фиалок, и ни один из идущих в церковь не войдет туда, не приобретя букетика.

С фиалкой связан еще другой грустный рассказ, имеющий отношение к сейчас описанной эпохе революции. Это история парижской уличной знаменитости — «старухи с фиалками», как ее все называли, — Луизы Пишон.

Незадолго до 1855 года на скромном гробе, вынесенном из церкви Сен-Жермен-де-Пре, удивленные прохожие могли видеть сотни букетиков увядших, засохших фиалок, которыми он буквально был засыпан.

Покойная была невестой Бари, одного из четырех ларошельских сержантов, погибших на эшафоте в начале царствования Луи Филиппа.

За несколько часов до своей казни Бари просил пришедшего его исповедать тюремного священника передать его невесте прощальный букет фиалок, и просьба его была свято исполнена.

Получив этот последний дар горячо любимого человека, который до последней минуты надеялся на помилование, несчастная Луиза помешалась, и с тех пор в продолжение 35 лет ее видели по всему Парижу, особенно в предместье Сен-Жермен, где она жила, гуляющей с букетиком фиалок и летом и зимой.

Все эти букетики она потом собирала в шкаф, где их нашли в день ее смерти.

Умирая, она просила, чтобы эти цветы, с которыми она никогда не расставалась и в которых для нее оживали самые дорогие воспоминания о любимом человеке, были положены вместе с ней в могилу.

И вот теперь, во исполнение ее последней воли, последнего пожелания, все букетики и были возложены ей на гроб, чтобы при погребении последовать вместе с ней в последнее земное жилище.

Зрелище это производило тяжелое и в то же время приятное впечатление. Любить так горячо в продолжение 35 лет — это ли не образец постоянства!

И каждый прохожий, каждая прохожая невольно задумывались над грустной жизнью бедной Луизы и, крестясь, слали молитву об ее упокоении...

Такова любопытная роль фиалки в истории Франции, но скромный этот цветок был любим и в некоторых других странах: любим и государями, и поэтами, которые не раз воспевали его в своих стихах.

Шекспир называет его своим любимцем, Шелли воспевает в стихотворениях, Томас Мур — в «Лалла Рук», а Гете не только воспевает его, но и старается, чтобы его родной город Веймар превратился, подобно Афинам, окрестности которых, как мы видели раньше, представляли собой сплошные поля этих цветов, в город, увенчанный фиалками.

Повсюду — около дорог, на полях, в общественных парках, на опушках лесов — вы можете встретить теперь фиалки. Народ называет их фиалками Гете, потому что великий поэт питал к этому цветку столь страстную любовь, что никогда не выходил на прогулки, не захватив с собой семян фиалок, которые потом рассевал по пути всюду, где только мог.

И теперь, хотя прошло уже много лет, как нет поэта, каждую весну окрестности Веймара превращаются в роскошный ковер из фиалок — это память о нем, которая сохранится еще на многие десятки лет и, быть может, переживет даже славу его творений.

Кроме Гете в Германии фиалки пользовались еще большой любовью у знаменитого автора «Картин природы» Александра фон Гумбольдта и короля прусского Фридриха-Вильгельма III.

Особенно любил король украшать фиалками портрет своей покойной жены, королевы Луизы, в воспоминание того, что портрет этот, обвитый гирляндой из фиалок, явился ему в видении как раз в тот день, когда он основал орден Железного креста, заменяющий, как известно, у немцев наш Георгиевский крест и служащий наградой за храбрость.