Джон Конвей - Все Ваши минувшие дни

Стамбул, август 2013, обложка исходной книги «Все минувшие дни».

О «Всех Ваших минувших днях»

от Даррена Нэйша

Когда М. Коземен рассказал мне и Джону о своих планах попросить людей представить их собственные иллюстрации в стиле «Всех минувших дней» для конкурса на тему «Всех минувших дней», я подумал, что это была очень плохая идея. Я ожидал немногочисленных образчиков изобразительного искусства качеством от плохонького до посредственного, которые будут, вероятнее всего, глупыми и спорными на грани нелепости. Как же я был неправ и глуп! Фактические же результаты — вошедшие в издание, которое сейчас находится перед вашими глазами — нельзя назвать иначе, чем просто захватывающими; меня просто накрыло с головой количество и качество работ, которые привлекло наше приглашение. Люди, интересующиеся палеоартом — где бы они ни оказались в мире науки и искусства — думаю, будут наслаждаться этой книгой и качеством её иллюстраций. Я и сам не могу прекратить думать о некоторых из моих любимых изображений, и я втайне опасаюсь, что некоторые из них будут всплывать в моем сознании всякий раз, когда я смотрю на существ, к которым они относились или думаю о них. Короче говоря, проект, который Мехмет решил назвать «Все Ваши минувшие дни», имеет потрясающий успех. «Все Ваши минувшие дни» — это необыкновенно красивая штука.

В этом издании так много личных моментов, что трудно сказать, какие из них удостоились бы чести быть упомянутыми в предисловии. Приглашение привлекло профессионалов и полупрофессионалов, а также интересующихся любителей; чувствуешь волнение, видя несколько работ великолепной и всё более и более известной Эмили Виллоуби, мне нравится «Giraffapteryx» Джейма Хеддена, вдохновлённого Д. Диксоном, и работа «Тиранношалашники» Рэйвен Амос тоже замечательна. Другие моменты, которые делают облик книги ближе к профессиональной работе, чем я когда-либо мог ожидать, — это вклад члена триумвирата «Всех минувших дней» Джона Конвея и замечательно инновационные и образные работы Джошуа Кнуппе и Оскара Мендеса. Ответом на приглашение стали работы нескольких завсегдатаев сообщества титанов палеоарта, среди которых Майк Хансон, Майк Кизи, Хулио Ласерда и Саймон Рой. Серьёзно: вот это да! Только и скажешь: вот это да!

Стоит также помнить, что работы, включенные в книгу «Все Ваши минувшие дни», были, по сути, созданы ради собственного удовольствия; они присланы людьми исключительно потому, что они так захотели, а не потому, что они искали финансовую выгоду. Вероятно, здесь будет лучше не вдаваться в проблему того, как палеохудожники (равно как и художники вообще) могут зарабатывать на жизнь своими работами (к слову, и у писателей, и у некоторых учёных дела обстоят ровно так же). Здесь стоит сказать особо, что Интернет изменил всё: в далёкое прошлое ушло время, когда художник должен был стремиться к тому, чтобы его работа была размещена в одном из главенствующих изданий данной тематики (например, в журнале или в книге) прежде, чем она будет замечена или будет сочтена достойной. Хотя, понимая все трудности, мы не стали бы рекомендовать кому-либо рассматривать палеоарт или же литературный труд на эту тему в качестве возможной карьеры, но мы искренне надеемся, что наша поддержка, оказанная работам, включённым в эту книгу, тем или иным образом поможет их создателям.

Сверху:

Рисунок Даррена Нэйша, изображающий нелетающего птерозавра длинношея, который появился в книге Дугала Диксона о предполагаемой эволюции динозавров «Новые динозавры». Одна из художественных работ в этой книге также обращается к идее этого предполагаемого существа — прочитайте книгу, чтобы узнать, какая!

Правильно ли мы поступаем, поощряя стремление людей к предположениям, когда дело касается палеоарта? Это неоднозначный вопрос. Учёные склонны считать, что палеоарт каким-то образом «принадлежит» Науке, и что люди, которые создают реконструкции вымерших животных, могут изображать древних животных и окружающую их среду лишь исключительно точно, основываясь только на самой последней научной информации. По-научному строгое искусство такого рода, конечно же, занимает своё место в жизни: мы ожидали бы встретить его, например, сопровождающим сообщение для печати о вновь обнаруженном ископаемом животном, или в качестве дополнения к ископаемому образцу в музее (интересующимся такого рода палеоартом мы очень рекомендуем книги «Prehistoric Life Murals» Уильяма Стаута, 2009 года издания, и «Dinosaur Art: the World’s Greatest Paleoart» Стива Уайта, выпущенную в 2012 году). Однако, тот факт, что палеоарт объединяет элемент художественного мастерства и предположение — честно говоря, даже самые строгие, наиболее консервативные образцы палеоарта всё равно включают какую-то долю предположений — означает, что иногда неясно, где же заканчивается «факт» и где начинаются предположения. Вспомните, что животных часто демонстрируют питающимися, стоящими или отдыхающими в тех или иных позах, находящимися в строго определённой обстановке и раскрашенными в заданной манере. Это всё — предположения, и даже когда они выглядят консервативными, они не обязательно правильны или достойны внимания.

Один из пунктов критики, которой удостоилась книга «Все минувшие дни», состоял в том, что целый проект явно предназначили для того, чтобы люди комфортно чувствовали себя, придумывая что угодно и делая всё, что они, чёрт подери, любят, послав куда подальше доказательства, консерватизм и критическое размышление. Приглашая людей поразмышлять и создать ещё больше художественных работ того же рода, мы, возможно, усугубляем ситуацию, как бы открывая шлюзы для бесконечного потока лишних телодвижений, не подкрепленных материальными свидетельствами.

В ответ на такого рода заявление стоит высказать несколько контраргументов. Как мы постарались пояснее обрисовать в книге «Все минувшие дни» (см. стр. 10 в предисловии), научные реконструкции ископаемых животных, несомненно, должны опираться на все те материальные данные, которыми мы располагаем в отношении древних животных и среды их обитания (Конвей и др. 2012). Например, в типичном случае в нашем распоряжении имеется подробная информация об анатомии костей и таким образом о размерах и очертаниях данного животного в целом; мы можем сделать много выводов о его мускулатуре и наружных покровах, основываясь на том, что мы знаем о его ныне живущих родственниках; и мы должны пробовать собрать воедино все сведения, которые у нас есть о местообитаниях, климатических условиях и местной растительности. Научный палеоарт, который я и многие из моих коллег посчитали бы «хорошим», получает галочки во все эти поля (хотя, рискуя уподобиться испорченной пластинке, я повторю свою точку зрения, которой я часто придерживаюсь: некоторые палеонтологи, которые дают рекомендации палеохудожникам, не знают необходимой технической информации, или на самом деле не заботятся о том, каким образом будут изображены древние животные. Эти две проблемы объясняют появление многих иллюстраций ужасного качества, которые мы всё ещё наблюдаем в некоторых широко известных книгах).