Евгений Вишневский - Приезжайте к нам на Колыму! Записки бродячего повара: Книга первая

Вместо обещанных сорока минут катер простоял три часа. Жаль, за это время я не только успел бы приготовить обед, но и попотчевать им наших милых хозяев (да и самим нам очень не мешало бы подкрепиться: как известно, выходить в море с пустым трюмом плохо — укачает).

Идем Тихим океаном. Нынче он, слава богу, действительно тих. Словно играя в догонялки с нашим катером, вокруг резвится большая стая дельфинов. Симпатичные, какие-то необыкновенно гармоничные звери (их и зверьми-то называть не хочется), прыгая перед самым носом нашей маленькой посудины, сопровождают нас до самого Шикотана. Володя пробует фотографировать их, но, по-моему, ничего из этого не получится[5].

Против ожиданий наш катер пришел почему-то не в Малокурильск, а в Крабозаводск, где и простоял всю ночь у пирса. И только рано утром все с тем же печальным грузом на носу мы ушли в Малокурильск.

22 июля

Малокурильск — главный поселок острова Шикотан, можно сказать, его столица. Это царство сайры (и в кавычках и без кавычек, то есть и рыбы сайры, и обработчиц этой рыбы). В этом году кроме традиционной «сайры», то есть вербованных сезонных работниц, в Малокурильске работает много студенток из Владивостока, Южно-Сахалинска и даже Москвы. Это бойцы студенческих путинных отрядов. Они ходят в негнущихся зеленых робах, на которых белой масляной краской нарисованы всякие эмблемы и написаны названия вузов. Между «сайрами» и студентками существует глухая вражда. Студентки даже и живут отдельно — в Студгородке, расположенном на невысоком плато, с которого открывается замечательный вид на бухту и поселок. При входе в Студгородок висит огромный плакат: «Сайра — это не здесь!» Некоторые «сайры» маскируются под студенток, нося такие же зеленые робы, но настоящая «сайра» презирает этих отщепенок.

На местной цунами-станции, где теперь будет резиденция нашего маленького отряда, по случаю субботы и солнечного дня объявлен выходной, и все ребята-геофизики ушли отдыхать на Матакутан, узкий длинный залив океана, далеко вдающийся в глубь острова. Слово «Шикотан» по-японски означает «Красивое место», и название это никаких возражений не вызывает: остров действительно очень красив — маленький, скалистый, изрезанный множеством бухт и бухточек, поросший реликтовым лесом.

Вдоль берега Матакутана на камнях, нагретых солнцем, нежатся жены ребят-геофизиков с цунами-станции, сами же ребята в аквалангах плавают в бухте и достают с ее дна крабов, которых женщины варят на маленьком костерке в морской воде, почерпнутой отсюда же, из бухты. Предлагают опуститься под воду и мне. С удовольствием принимаю это приглашение. Надеваю теплые носки, свитер, перчатки (вода здесь очень холодная — рядом проходит какое-то знаменитое холодное течение), поверх всего этого легкий водолазный костюм, надеваю маску, ласты и лезу под воду.

Мир прекрасный и необыкновенный открывается мне: плавают, шевеля поплавками, рыбы, бегают крабы, на своих белых парашютиках висят медузы, а кругом колышутся заросли морской капусты, длинные, покрытые какими-то пузырьками водоросли, на дне лежат одетые в зеленые мхи скользкие камни. Мир законченный, особый, гармоничный и совершенно чуждый мне. Я испытываю ни с чем не сравнимые ощущения. Конечно, все это я неоднократно уже видел на различных экранах, начиная с фильма моего детства (назывался он, помнится, «Гибель Орла») и кончая еженедельными выпусками Клуба кинопутешественников, но ощущения здесь совсем другие: там ты отстранен от этого мира, а тут являешься его непосредственным участником, частью его. Ошалев от радости, я запутался в морской капусте и, потеряв маску, едва не захлебнулся.

23 июля

Сегодня с утра наши Володя с Колей ушли в маршрут, а меня оставили на цунами-станции для всяких хозяйственных дел. Нынче воскресенье, но на путине выходных не бывает, хотя по возможности в этот день пытаются устраивать кое-какие развлечения. Вот и сегодня днем будет футбольный матч между моряками и студентами путинных отрядов, а вечером в клубе танцы под оркестр (студенческий, разумеется). Студентов-футболистов на один день даже освободили от работы, но это им не помогло, они проиграли со счетом 0:2.

И вот они, танцы! Кавалеров в зале совсем немного: несколько студентов, несколько рыбаков, несколько солдат-пограничников. И все они конечно же пользуются пристальным вниманием дам. Но зато уж этих самых дам — глаза разбегаются! Цветник такой, какого и вообразить себе невозможно: «сайрочки», одетые с вызывающей роскошью и с причудливыми массивными украшениями в ушах, на шее и запястьях; студентки, все, как одна, в своих зеленых робах; солидные, строгие дамы в деловых костюмах, а одна даже в пиджаке. У «сайрочек» какая-то болезненная страсть к немыслимым расцветкам в одежде, откровенное желание поразить наповал подруг и многочисленных соперниц. Преобладают сочетания ярко-зеленого с оранжевым, черным и белым — вот такие мексиканские колористические сочетания. Танцуют в основном твист и недавно вошедший в моду шейк. Эти танцы здесь очень удобны: необязательно разбиваться на пары и искать для танца кавалера. Среди танцующих выделяется молоденький мальчик в черном костюме и галстуке-бабочке. Он отдается танцу совершенно, глаза его полузакрыты, движения исполнены какой-то странной вычурной пластики, весь он в стихии конвульсивного сладостного подергивания. Дамы смотрят на него с немым восхищением и на его общество в танце даже не претендуют.

Без пяти одиннадцать моряки, рыбаки и пограничники начали собираться на выход — не позже одиннадцати им надо быть на кораблях. Дамы шутят с рассерженными кавалерами, пряча их бескозырки.

И вот танцы закончены, но о конце веселья не может быть и речи. Оно будет продолжено едва ли не до самого утра в бараках и окрестных кустах.

24 июля

Туман, упавший на остров с утра, к обеду разнесло, и солнце снова засияло во всю мочь. Мне нужно сегодня просушить и прожарить на нем все наше экспедиционное имущество. А ребята-геофизики с семьями пошли купаться и загорать на свою «лужу». Поскольку купаться в океане здесь холодно, ребята взорвали посреди ручья, что протекает в полукилометре от их станции, приличный заряд взрывчатки — и получился отличный бассейн для купания. Глубина в нем небольшая, чуть выше пояса, но и этого вполне достаточно, да и за детей можно не беспокоиться — не утонут.

Вообще, живут ребята на цунами-станции дружно и интересно. Все солнечные дни по возможности объявляются здесь выходными, а пасмурные субботы и воскресенья — рабочими. Впрочем, поскольку квартиры, лаборатории и мастерские расположены в одном доме — квартиры на втором этаже, а лаборатории и мастерские на первом, работают все, когда им вздумается, частенько даже и по ночам.