Ольга Хлудова - Волны над нами

В последние годы филлофора используется как сырье для получения агар-агара. Без него не могут обойтись многие отрасли промышленности, например пищевые, текстильные, кожеобрабатывающие и многие другие производства. Особенно важна роль агар-агара в бактериологии. Из него приготовляют питательную среду для выращивания культур бактерий и грибов. Широко использование агар-агара и в медицине. Для получения его из филлофоры существуют специальные заводы, на которые доставляют добытые тральщиками десятки тысяч тонн этой водоросли.

О том, что на Черном море есть водоросли, содержащие йод и бром, слышали многие. Но далеко не все знают, какие именно водоросли их содержат. Поэтому иногда возникают забавные недоразумения. В санатории, расположенном недалеко от биостанции, видимо, появился знаток кустарных методов лечения йодом. Мы сидели на берегу и отогревались после очередного заплыва, когда Николай обратил наше внимание на загорелого толстяка, который пришел к Кузьмичу с группой своих товарищей. Вот уже несколько минут толстяк бродил у скал по пояс в воде, с трудом отрывая от камней скользкие и упругие стебли цистозиры. Нарвав порядочную охапку, он вышел на берег и стал старательно натираться жесткими водорослями. Скоро сквозь загар проступили красные пятна и полосы ссадин. Мы с интересом следили за непонятными действиями толстяка. Его товарищи тоже полезли в воду за цистозирой, и через несколько минут тела их украсились разводами красных полос и царапин.

— Что они делают? — спросила я, с изумлением глядя на несчастных, усиленно сдиравших с себя кожу. Известковые домики червей, масса острых, как иголки, конусов ракушек риссои, мшанки и прочие жесткие и колючие жители цистозиры, густо покрывающие ее космы, делали из этой водоросли весьма зверскую мочалку.

— Вы слышали о секте самобичевателей, — сказал Николай, — а это их подсекция, филиал на Карадаге.

— Совершенно бессмысленное занятие, — сказал Виталий. Его обуревало любопытство. Он пошел к «сектантам». Шум прибоя не давал возможности слышать беседу, но, судя по жестам, он убеждал их в чем-то. Потом махнул рукой и вернулся к нам, хохоча во все горло.

— Ну? В чем дело?

— Им кто-то сказал, что в цистозире пропасть йода и брома. Так это они лечатся.

— Надо же им объяснить, что это ерунда, — сказал Николай, решительно направляясь к несчастным, которые методически снимали с себя кожу.

Ему не поверили. Напрасно он уверял их, что водоросли не те, да и метод сомнителен. Вероятно, уезжающие передавали слух о дивных целебных свойствах вновь прибывшим, потому что в то лето время от времени на берегу можно было видеть последователей этого нелепого заблуждения.

Глава 6

Большой зал музея очень удобен для работы. Нам отгородили три окна с широченными подоконниками, выполняющими роль рабочих столов. Громадные до потолка окна никогда не открываются, и солнце так нагревает помещение, что это сказывается на наших «натурщиках». Свой протест они выражают самым простым и понятным путем — они дохнут.

Рядом с музеем находится темная аквариальная. Считается, что там прохладно. Действительно, там не более 25 градусов тепла.

Я таскаю воду ведро за ведром и несколько раз в день меняю ее в каждом сосуде, где сидят животные, но это мало помогает. В конце концов пришлось махнуть рукой на море и засесть за работу, чтобы как можно скорее разделаться с нежными существами. После смерти они неузнаваемо меняются, особенно прозрачные маленькие рачки-бокоплавы и мизиды. Их панцирь становится матовым, рисунок на нем почти исчезает.

Надо сказать, что некоторые из крошечных рачков-бокоплавов, кажущихся невооруженному глазу просто буроватыми или желтыми, под бинокуляром оборачиваются фантастическими красавцами с золотыми, лазурными и алыми узорами. Мы их рисуем, ставя под объективы бинокуляра стеклянные чашечки Петри с водой, где плавают эти маленькие, но такие важные для жизни моря существа.

В большом стеклянном кристаллизаторе живут креветки. Они хорошо переносят неволю, и некоторые из них поедут с нами в Москву. Среди аквариумистов всегда есть желающие держать в аквариуме с искусственной морской водой этих забавных рачков. Черноморские креветки невелики, самые крупные, зеленовато-желтые палемоны-адсперзусы, предпочитающие заросли зостеры, обычно не более семи-восьми сантиметров. Еще меньше палемоны-элегансы, живущие в цистозире. На их теле и лапках белые, синие и оранжевые разводы и перевязки.

Я промываю в ведре пучки водорослей. Населяющие их ракообразные и черви покидают свои убежища и мечутся в воде. Осторожно процедив кишащую животными воду, выбираю самых мелких из них и пускаю в аквариум, где медленно проплывают креветки, вытянув изящные тонкие лапки и нежнейшие усики. Они ощупывают ими воду и дно вокруг себя. Рачка или червя креветка хватает всеми лапками и прижимает к телу, но ко рту обязательно подносит передними, клешненосными лапками, запихивая в рот, как банан. После каждого съеденного животного креветка обязательно чистится с головы до хвоста. Лапками проводит по спине и хвосту, обирает невидимую грязь с головы и усов и тщательно протирает глаза. После этого креветка начинает неторопливую охоту за другим животным. Представьте себе, что вы принимаете за обедом ванну после каждого блюда: суп — ванна, второе — ванна, компот — ванна…

Понемногу наедаясь, креветка теряет свою прозрачность. Внутри нее появляется темное пятно. Это просвечивает желудок; цвет пятна зависит от цвета съеденной пищи.

Меня однажды сильно подвела эта прозрачность креветок. На Казантипе, в подземном водоеме, наш товарищ по работе нашел красных рачков-мизид. Они были такого ярчайше-красного цвета, что не хватало силы акварельных красок, чтобы точно его передать. Наш приятель трясся, как кощей, над своими красными мизидами, за которыми надо было идти километров пять, а потом спускаться под землю в узкую расщелину. А мизид у него было много.

Я поленилась наловить в море корм для креветок и, пользуясь отсутствием владельца, скормила креветкам несколько красных мизид. Он не мог бы обнаружить преступления, если бы у моих креветок не просвечивало внутри тела предательское ярко-красное пятно.

Мне порядком влетело, что, впрочем, было совершенно правильно. Я бы на его месте тоже кричала и долго и громко. На Черном и Азовском морях всех креветок называют рачками, или усиками. На рынках приморских селений их продают, отмеривая стаканами, как подсолнушки. Вареные в подсоленой воде креветки заслуживают самого пристального внимания любителей вкусно покушать. Для того, чтобы наесться креветками, надо большое терпение и неограниченный запас времени. Есть креветок — это искусство: вы деликатно берете двумя пальцами левой руки за тельце красной и сочной креветки, а правой рукой одним точным движением снимаете панцирь с хвоста. Обнажается крошечный кусочек нежного розового мяса, тающего во рту. Остальную часть креветки можно смело выбросить. Промышляют обычно крупных креветок-адсперзусов. В некоторых районах, где много морской травы, их запасы очень велики.