Юрий Куранов - Избранное

В небе быстро рассеивались облака. Было слышно, как внизу по реке громко плавал и нырял Егор.

Показалась луна. Вода вспыхнула.

Александра перевернулась со спины на живот и поплыла к берегу. Она быстро надела платье, взяла в руки тапочки и ушла на гумно.

Александра закинула удочку. Клюнул пескарь. Александра сняла пескаря с крючка и швырнула в котелок. Она забросила еще — попал окунишка.

В третий раз — клюнула сорога. Александра видела, как сорога, поблескивая, подошла к червяку, поводила красными перьями и взяла. И тут справа мелькнула длинная черная тень. На мгновение Александра даже растерялась. Щука намертво захватила сорогу поперек спины.

Александра рванула, и щука вместе с сорогой вылетела на траву. Щука мгновенно отпустила сорогу, ударилась о землю спиной, прыгнула и снова ударилась о землю, уже боком. Александра схватила щуку руками. Щука выскользнула и снова ударилась о землю. Щука уходила к воде. Александра бросилась на щуку животом, но та вывернулась и, полоснув холодком Александру под самую грудь, ушла в реку.

Александра плюнула. Она вскочила, швырнула в речку удочку и ушла.

Огородом Александра шла через лебеду в баню. Она шла босиком и несла черную длинную кринку простокваши.

Предбанник был некрытый, Александра сложила одежду на лавку. Сверху на плечо упало и ласково скатилось по спине крылатое кленовое семечко.

Александра вошла в баню, начерпала медным ковшиком воды и опрокинула в таз простоквашу. Она стала мыть голову.

Возвращалась Александра из бани уже в темноте. Возле своей избы сидел на поленнице Егор и медленно играл на гармошке.

Мать доила корову. Александра долго ела огурцы с медом и пила чай.

Спать она ушла на поветь, в сено. Она ушла, накинув на плечи черную овечью шубу. Волосы были мягкие, легкие. Запах простокваши уже выветрился немного, и теперь от волос как бы пахло снегом.

Где-то далеко погромыхивал гром. Александра засыпала и все слушала, как играет под окном на гармошке Егор.

Александра сидела на возу. Она везла на конюшню сено. Возле конюшни под трактором лежал на спине Егор и что-то подвинчивал и посвечивал себе зажатой в зубах спичкой.

Вдоль увала над деревней низко шли облака. Облака были цвета прогретой жарким ветром пашни. Высоко над облаками стояла луна в белесом рассеянном свете зари.

Сверху казалось, что луна стоит как раз над головой, а облака идут внизу под возом, чуть выше деревни.

— Егор! — окликнула Александра.

— Чего?

— Гляди, луна тает.

— Где?

Он выглянул из-под трактора и долго смотрел на луну.

Конь встал возле конюшни. Он вздрогнул всей спиной и долго ожидал, подрагивая, когда Александра спрыгнет с воза.

За деревней по угору ставят высокие, жирно просмоленные столбы. Через леса прорублена сквозная просека. Под столбом за дорогой громадная деревянная катушка провода. В тени катушки сидят рабочие и обедают.

Александра подошла, поздоровалась и села. Послушала, о чем рабочие говорят.

— А чего вы хлеб да консервы едите, сухомяткой? — спросила Александра.

— Да в деревню неохота идти, — сказали рабочие.

Александра поднялась и пошла домой. Она принесла яиц и молока.

— Сырые-то яйца едите? — спросила она.

— Едим, — сказали рабочие. — Сколько все стоит?

— Ничего не стоит, — сказала Александра.

Мимо на велосипеде проехал по дороге Егор.

— Егор! — окликнула Александра.

Егор не оглянулся. Он остановился под угором, положил велосипед в траву и сел у дороги. Закурил.

Александра поднялась, попрощалась и пошла к Егору.

— Свет к нам тянут, — сказала Александра, садясь в траву рядом с Егором.

— Знаю, — сказала Егор. — Из Горького, от ГЭС.

— Молока я им принесла да яиц, — сказала Александра, — а то сухомятку мнут.

Егор улыбнулся.

— Поехали, довезу, — сказал он.

Александра села вперед, на раму, а Егор на сиденье, и они поехали вместе.

Егор швырнул в Александру сноп. Александра присела. Сноп, кувыркаясь, пролетел дальше и угодил в спину Митьке-конюху. Митька обернулся. Александра захохотала.

Митька тоже засмеялся и бросился к Александре. Александра побежала от него вокруг суслона. Митька все же поймал ее, схватил за руки и начал валить.

— Не надо, — сказала Александра. — Не надо, Мить.

Митька повалил ее в суслон и начал щекотать.

— Не надо, — сказала Александра, — неприятно мне.

Митька продолжал.

Вдруг Александра покраснела, вскочила и молча ударила Митьку кулаком в лицо.

— Стерва, — медленно выговорил Митька.

— Кто?! — спросила Александра.

— Никто, — сказал Митька, достал носовой платок и приложил его ко рту.

Мать была в поле. Александра сидела за столом и ела окрошку. Постучал в дверь и вошел в избу Егор. Остановился среди избы.

— Чего не на работе? — сказала Александра. — Садись окрошку есть.

— Пойдем уписываться, — сказал Егор.

— Неужто сейчас! — сказала Александра, положила ложку и побледнела.

— Пойдем, — сказал Егор.

Александра встала и пошла за печку переодеваться. Руки у нее тряслись, и она никак не могла вспомнить, в каком сундуке белое платье.

Они пошли дорогой через поле, потом прямушками через лес, сосновый, жаркий и сухой, в сельсовет. Среди чистого полдня.

Председатель был в поле. Егор пошел за ним. Александра сидела на крыльце сельсовета и смотрела Егору в спину.

Пришел председатель и стал писать. Пришел секретарь. Александре дали заполнять бумажки. Она опять побледнела и писала долго, медленно.

— Чего же без свидетелей? — сказал секретарь и улыбнулся.

— Какие тут свидетели, — сказал Егор.

— Не так страшно без них, — сказала Александра.

Прибежали откуда-то девочки и принесли большие букеты ромашек.

Возвращались домой под вечер. Когда шли полем, женщины издали махали им платками и улыбались. Кричали издали.

В лесах уже расстилалась прохлада. Послышались комары, и Егор накинул Александре на плечи свой пиджак. Из чащ потянуло низким запахом трав и цветов, и гулко кружилась голова.

Александра с утра уходит в поле. Косит с бригадой сено или мечет стога. Обедают из большого чугуна. Вздремнут под елкой в полдень или просто в небо смотрят.

К вечеру возвращается Александра в деревню навстречу прищуренному солнцу — и словно год не была дома. И кажется, что дома обязательно что-то случилось. Или вернулся со своим тракторным обозом из города Егор, или хоть письмо прислал.