Фрэнк Йерби - Гибель «Русалки»

– Вы таите в себе глубины, о которых я не подозревал, Уилл, – рассмеялся Гай. – Так, говорите, ее акцент фальшивый?

– Она родилась в Нью-Йорке, в Ист-Сайде, в семье итальянца, торговца фруктами. Теперь, конечно, место ее рождения изменено, вроде бы на Флоренцию. Она действительно училась вокалу в Италии, тут ничего не скажешь. Но мой знакомый врач-итальянец из Нью-Йорка говорил мне, что акцент ее итальянский, а отнюдь не английский.

– Уилл Джеймс в роли воздыхателя! – вскричал Гай. – Подумать только!

– Я всегда страдал от некоторой чопорности своих манер, – сказал Джеймс с грустью. – Но это не моя вина. Я когда-то был обручен, но моя невеста умерла. Друзья шутили, что я заморозил ее до смерти. После этого я занялся банковским делом, финансами, а помимо этого содержал плантацию. Я ведь сын плантатора. И в том и в другом я преуспел. А вот с женщинами – нет. Смирился со своим холостым положением…

– Надо подумать, как бы вам помочь, – сказал Гай. – Пойдемте…

Дом, где жила Элизабет Мелтон, находился в пригороде. Здесь было тихо и уединенно. Они отпустили извозчика и направились по тропинке к дому. Но не успели постучать в дверь, как услышали крик.

– Это все твоя вина, Кил Мэллори! – орала Лиз Мелтон. – Хотела бы я знать, что ты теперь собираешься делать?

– Ничего, – устало ответил Кил. – Лиз, я…

– Ничего! – оглушительно завопила Лиз. – Сделал мне ребенка и говоришь, что ничего не намерен предпринять! Ах ты, жалкий, бесчестный, вонючий ублюдок! Да я…

– Надо сказать, словарь у леди изысканный, – прошептал Гай.

– Так я тебе и поверил, Лиз! – сказал Килрейн. – Я сюда приходил не чаще чем раз в месяц. Кто знает, что здесь было без меня? Ты, моя голубка, уж не была нежной девственницей, когда мы повстречались. Готов биться об заклад, что ты и сама не знаешь, кто отец этого щенка!

– Не правда ли, он галантен? – усмехнулся Гай.

– Нам надо уходить, – прошептал Джеймс. – Момент совершенно неподходящий…

Его слова потонули в очередном вопле. Они бросились к калитке, но не успели добежать до нее, как дверь распахнулась и из нее выскочил Кил. За ним гналась Лиз, размахивая большим кухонным ножом в опасной близости от его головы. Уиллард Джеймс с удивительным в его положении достоинством отступил в сторону. Гай сделал то же, правда с меньшей грацией. Он подождал, пока Лиз поравнялась с ним, и тогда схватил ее сзади за руки.

– Отпусти его, Лиз, – сказал он смеясь. – Не стоит убивать этого беднягу.

Услышав его голос, Килрейн обернулся. Некоторое время он стоял, беспомощно взирая на Гая Фолкса.

– Ах ты, шпион! – наконец проговорил он. – Мерзкий соглядатай! Теперь ты побежишь в Фэроукс, чтобы рассказать Джо Энн…

– Плохо же ты меня знаешь, Кил, – спокойно сказал Гай. – Сдается мне, у тебя и так неприятностей выше головы. Уилл, заберите у нее нож. Если она убьет этого паршивого хорька, то ничем себе не поможет.

– О, мистер Джеймс! – заревела Лиз. – Знаете, что он сделал? Довел меня до такого положения, а теперь…

Гай внимательно разглядывал женщину. Это была крупная блондинка, никак не моложе тридцати лет, грубая, толстая, со следами пьянства на лице – яркое воплощение женской вульгарности. Если она действительно была беременна, как утверждала, то уж, конечно, это никоим образом не было случайностью. Она специально забеременела от Кила или кого-то еще, а объявила отцом ребенка именно Кила, поскольку тот пользовался репутацией очень богатого человека.

– Если ты снова появишься в моем доме, Гай Фолкс, – процедил сквозь зубы Килрейн, – я прикажу ниггерам отдубасить тебя палками и выбросить вон! А если хоть на милю приблизишься к Джо Энн, я застрелю тебя как собаку!

– Ого, – сказал Гай спокойно, – как он высокопарно заговорил, не правда ли, Уилл? Только вряд ли, Кил, у тебя есть основание для подобных заявлений. Начнем с того, что ты не сможешь вышвырнуть меня из твоего дома или приказать неграм побить меня, потому что у тебя нет больше ни дома, ни негров. Вот это тебе раньше доводилось видеть?

Он вытащил из кармана долговые расписки Кила и протянул их ему. Килрейн тотчас узнал их, и его красное лицо покрылось мертвенной бледностью.

– Откуда ты их взял, черт бы тебя побрал? – прошептал он.

– Оплатил твои долги по обеим плантациям. Придется тебе привыкать к моему соседству, Кил, ведь я теперь владелец Мэллори-хилла…

– И Фэроукса?

– Ты можешь там жить, если будешь вести себя подобающим образом. Приведи имение в порядок и не делай больше долгов. Живя на правах моего гостя в Фэроуксе, ты больше не сможешь использовать его, чтобы делать новые долги. Держись подальше от Натчеза. У тебя хорошая жена, а двух женщин ты теперь содержать никак не сможешь…

– Вы хотите сказать, что он на самом деле не богат? – воскликнула Лиз.

– Дорогая моя, – усмехнулся Кил с горечью, – ты с самого начала пошла по неверному следу. Думаю, тебе следует найти другого папочку для малютки Нелл, потому что у меня в кармане и пары медяков не найдется!

– А-а-а! – завопила женщина. – Паршивый обманщик!

– Перестаньте ругаться в присутствии джентльменов, Лиз, – сказал Уиллард Джеймс с презрительной холодностью.

– Теперь вернемся ко второму твоему весьма умному замечанию о том, что ты застрелишь меня, – сказал Гай. – Для этого у тебя нет никакого повода; кроме того, должен напомнить тебе, что я и сам неплохой стрелок. Поэтому не дразни меня, Кил…

– Ну что ж, – сказал Килрейн, – похоже, ты загнал меня в угол. Давай поговорим как мужчина с мужчиной, хочу сделать тебе выгодное предложение. Ты заглядывал в эти расписки?

– Конечно.

– Тогда ты должен знать, что там нет ни одного неоплаченного долга под залог дома или земли, на которой он стоит. У меня такое предложение: я ставлю на дом и землю, а ты – на расписки, что держишь в руках. Победитель получит все. Одна партия в покер – орел или решка? Что ты скажешь на это, Гай?

– А зачем ему это нужно, – заметил Уиллард Джеймс, – когда у него и так…

– Не вмешивайтесь, Уилл, – перебил его Гай. – Оставим все как есть. Нет – вот ответ на твое предложение, Кил.

– Я так и знал – ты ведь не любишь риска, – усмехнулся Кил.

– Я вполне допускаю риск, Кил, – сухо сказал Гай, – но я не собираюсь ставить на карту будущее Джо Энн. В твоем нынешнем положении ты не можешь лишить ее дома, поскольку тебе нечего больше закладывать. И забудь об этом.

– Ты проявляешь такую трогательную заботу о моей жене, – сказал Кил. – Можно подумать…

– А тебе нечего думать. Ты и так все знаешь. Давай-ка лучше немного выпьем в каком-нибудь уютном местечке и забудем об обидах.

– Ладно, – сказал Кил угрюмо. – Пойдем.