Морская рапсодия - Валентин Петрович Черков

Джаконды, предприимчивого интенданта – мичмана из далекой Молдавии Лени Жосану, боцмана – старшего мичмана Ивана Пахомова и помощника командира Сереги Меркулова шли работы.

Задействованы были все. Аврал есть аврал! Офицеры и мичманы не только участвовали в работах, но и были закреплены за каждым трапом и палубой. У каждого был свой круг обязанностей – следить чтобы соблюдались правила безопасности и все, что спускалось внутрь, в целости и сохранности продвигалось к конечному пункту – в провизионные камеры. А соблазн был! Грузили вкусные, дефицитные мясные и рыбные консервы: ветчину, курицу (моряки ее называли братская могила), языки, печень трески, икру красную, воблу, конфеты, печенье, сгущенку, мед, варенье, компоты, вино и знаменитое «шило» – спирт, и еще прочего и разного, чего в магазинах народ никогда не видел. И как не старались старшие на палубах проявлять бдительность, интендант после погрузки докладывал старпому, что испарился ящик, то того, то этого. Осмотры и поиски положительных результатов не давали – всё как в воду кануло. И появлялись через некоторое время захмелевшие лица, которые отказывались от ужина, а то и завтрака. После уборки пирса от тары и мусора, уставшие, но воодушевленные офицеры и мичманы, уже в глубокие сумерки, получив «добро» на сход, брели домой, радуясь тому, что хоть несколько часов до рассвета, побудут в кругу семьи.

Оставались считанные дни до начала боевой службы – дальнего похода…

Традиционно, утром, экипаж выстроился на подъем Военно- морского флага и после флотского ритуала, и доклада командиру, старпом объявил:

– После проверки оружия и технических средств по команде: „От мест отойти!”, никому свои боевые посты не покидать!… оставаться на местах … к нам должны прибыть офицеры АСС флота (авирийно – спасательной службы) … будет прверяться в отсеках состояние аварийно-спасательного имущества, знание всего личного состава своїх обязанностей согласно книжек „Боевой номер” и правил использования средств защиты и аварийно- спасательных устройств корабля … и попробуйте не сдать предстоящий зачет! Поэтому, всем, еще раз, повторить свои обязанности! Вопросы? Нет?! Всем вниз!

Каждый член экипажа, от офицера до матроса, прекрасно знал важность предстоящей проверки аварийно-спасательной службой флота. Получив только положительную оценку по ее результатам, корабль получает „добро” на выход в океан. Здесь проверялось все, что необходимо знать и уметь каждому подводнику, и, вцелом, всему личному составу в нештатных ситуациях при борьбе за живучесть корабля. Также проверялось состояние и умение применить, в случае необходимости, индивидуальные и коллективные средств защиты и спасения.

Объявили боевую тревогу для осмотра и проверки оружия и технических средств. Все шло по плану …

– 2 -

Командир электро-механической боевой части (БЧ-5) капитан 2 ранга Игорь Никитович Принь, один из самих опытных механиков – подводников, имеющий за плечами не один десяток дальних походов, после получения докладов от командиров отсеков о приведении материальной части в исходное положение, по общекорабельной связи «Каштан», объявил:

– Вахте заступить по швартовному!

И приняв доклады от вахтенных, объявил:

– Подвахтенным от мест отойти, всем оставаться на боевых постах!

Через несколько минут верхний вахтенный доложил в центральный пост корабля:

– Центральный! К пирсу с левого борта швартуется буксир, на борту офицерами АСС!

Командир БЧ-5 убыл наверх, встречать строгую комиссию. По «Каштану» дежурный всех проинформировал:

– Внимание в отсеках! На подводную лодку прибыли представители АСС флота! Экипажу быть готовым к сдаче зачетов проверяющим.

Во главе с механиком- командиром БЧ-5, по трапу в центральный пост спустились два старших офицера с серьезными лицами. Механик предложил им перед началом осмотра и проверки корабля спуститься на среднюю палубу в его каюту, и на ходу бросил дежурному:

– Помощника командира и интенданта пригласите ко мне!

Получив указания командира электро-механической боевой службы и разрешение помощника командира, интендант мичман Жосану, сделав несколько перебежек то к одной, то к другой провизионке, передал в каюту механика разнообразие снеди, из разряда дефицитных продуктов.

Прошло более часа, команд никаких. Тишина! Вдруг открывается дверь каюты командира БЧ-5 и из нее вываливается проверяющий. Вдоль переборки, наощупь, на полусогнутых ногах, еле державших распаренное тело, он начал продвигаться в нос корабля, как слепой, в поисках заветной металлической двери с двумя кремальерами.

Ничто человеческое не чуждо! Припекло! И тут, видимо, сказалась заклинка в мозгу, через перебор волшебного корабельного напитка – «шила», но желание поскорее добраться до гальюна вело грозного морского офицера вперёд. По ходу в носовую часть отсека, следующей дверью, после каюты механика, была дверь ЦДП (центральный дозиметрический пост корабля), место несения вахты личным составом химической службы подводной лодки. В это время на ЦДП находились: Начхим (начальник хим. службы подводного крейсера) старший лейтенант Лежнев и два бывалых мичмана химика – Гусихин и Фахретдинов. Нач. хим, подрёмывая, распластался в кресле за рабочим столом, а мичмана, спрятавшись за пульт, тихонько играли в нарды, коротали время, поджидая проверяющих.

Офицер АСС нащупал попавшуюся на пути первую металлическую дверь, так очень похожую на ту, заветную. Резкое, поспешное, движение рукой и дверь отрыта.

Ввалившись внутрь ЦДП проверяющий, бегло окинув мутным взглядом обстановку, тыча пальцем в сторону Начхима, сиплым, строгим, пропитым голосом прохрипел:

– Н е м е д л е н н о п о к и н у т ь п о м е щ е н и е!

Начальник химической службы встрепенулся и, с круглыми от удивления глазами выскочил в коридор отсека. Дверь резко, как и открылась, так и закрылась на кремальеру. Постояв несколько минут у своей двери, начальник хим. службы, поняв, что там остались один на один с проверяющим его подчиненные, решил вернуться на ЦДП и оказать, в силу своих возможностей и обстоятельств, помощь и поддержку своим верным сослуживцам в сдаче зачетов. Дернув кремальеру и нажав ручку защелки, он попытался открыть дверь, но, увы, кремальера резким движением возвратилась в исходное положение. Он еще несколько раз попытался открыть дверь, бесполезно. Силы были не равные. Внутри крепко держали оборону.

Скрежет, то открывающейся, то закрывающейся, кремальеры донёсся в центральный пост и намекнул на создавшуюся не штатную обстановку на средней палубе отсека. Услышав шум, дежурный по кораблю спустился вниз, придя на помощь Начхиму. Усилием двух офицеров, дверь в ЦДП, с трудом, открыли.

– 3 -

О Господи!.. Внутри выгородки ЦДП, перед дверью, справа у раковины умывальника, с гневным и переполненным ужасом лицом, стоял проверяющий … без штанов … его брюки зависли на щиколотках. Из перекошенного от гнева рта прогремел рев, рев зверя, попавшего в капкан:

– … т в о ю м а т ь з а к р