Тим Северин - Мираж Золотого острова

Глава 15

Постоянные постукивания и дрожь в рулевом устройстве при каждом, даже самом незначительном маневре действовали Гектору на нервы.

— Позвольте, я разберусь с этим? — обратился он к капитану-голландцу.

Флюкта как раз согнул очередной приступ кашля, и он только слабо махнул рукой: мол, делайте как знаете.

Оставив Марию и других, Гектор, Дан и Штольк отправились на полубак. Рулевое устройство было старого образца — с тяжелым румпелем, передвигаемым вперед и назад. Дан подобрал короткую веревку, обмотал ее вокруг рычага и закрепил. Постукивания прекратились. Гектор и Штольк вскарабкались на квартердек — взглянуть на флаг, обмотанный вокруг флагштока. Гектор развернул полотнище и расправил его.

Такого флага он никогда не видел: три серебряные полосы по диагонали на темно-синем поле, на полосах вышиты красные значки в виде сердец. Он насчитал семь штук.

— Что это за флаг? — спросил Гектор Штолька.

— Флаг Фризии — страны, откуда я родом, — ответил голландец. — Красные сердца символизируют семь наших островов. Некоторые говорят, что их должно быть девять; другие считают, что это вовсе и не сердечки, а помпебледден, листья водяной лилии.

— А почему Флюкт выбрал такой флаг?

Штольк фыркнул:

— А потому, что мы, фризы, упрямы, как бараны. Нравится нам свою независимость проявлять.

— Значит, Флюкт не считает себя голландцем?

— Только тогда, когда ему выгодно. Вообще-то, это судно нарушает монополию на торговлю.

В Карибском море Гектору попадались такие незаконные торговцы. Пусть они так не назывались, но это были самые настоящие контрабандисты, и они совершали тайные плавания в те воды, куда не имели права заходить, и нарушали монопольные права крупных компаний.

Штольк сплюнул за борт.

— Если бы святая и непорочная Голландская Ост-Индская компания поймала Флюкта, весь груз «Вестфлинге» был конфискован, а капитана отправили бы в тюрьму, под каким бы флагом он ни ходил.

— Тогда какой смысл ходить под чужим флагом?

— Это помогает в иностранных портах. Если капитан Флюкт зайдет, например, в Кантон и скажет, что его корабль — фризский, а не голландский, — с ним будут торговать напрямую, а не через местного агента голландской Компании, которому надо платить комиссионные.

Гектор задумчиво посмотрел на Штолька. Этот голландец, судя по всему, очень неплохо разбирался в нравах контрабандистов и в торговле с Китаем.

Они вернулись на палубу. Вернулась из кубрика и Мария.

— Гектор, мы должны как можно скорее позаботиться о больных, — твердо сказала она. — Тебе надо своими глазами увидеть их.

Гектор последовал за девушкой в носовой кубрик — мрачное темное помещение. Остро пахло сыростью, потом и рвотой, и у него перехватило горло. Подволок был низкий, и в сумраке Гектор поначалу вообще ничего не мог разглядеть. Потом он различил посередине грубо сработанный стол и две лавки, привинченные к полу. Вдоль переборок тянулись койки, похожие на кормушки для скота. И на всех лежали больные. На полу валялись какие-то бесформенные груды тряпья. Одна из них слабо шевельнулась, и Гектор понял, что это тоже человек, который пытается сесть.

— Они очень больны, — озабоченно сказала Мария. — За ними нужен уход.

Гектор не ответил. По запаху он кое-что понял. Это был гнилостный запах цинги, смешанный со сладковатым зловонием, источаемым мертвой плотью.

— Все началось с батавской лихорадки, — сказал Флюкт, возникнув за спиной Гектора в дверном проеме и заслонив весь свет. — Несколько человек стали жаловаться на головные боли и боли в костях уже через пару недель после выхода в море. Но это естественно в здешних широтах. Никто и не подумал беспокоиться.

Больной, лежавший на полу, держал в дрожащей руке жестяную кружку. Гектор присмотрелся и увидел, что десны этого человека безобразно разрослись — вместо рта у него была какая-то отвратительная мягкая опухоль. Мария взяла у него кружку и пошла за водой.

— Лихорадка шла волнами, как это обычно бывает, так что скоро мы привыкли к ней. Но китайские таможенники под этим предлогом не пропускали нас, — продолжал Флюкт. — Держали в карантине месяц, а потом заставили уйти. — Он засмеялся каким-то диковатым смехом. — Разумеется, сначала реквизировав наш груз.

Мария принесла воду, наклонилась над больным и поднесла кружку к его отвратительному рту. Даже стоя в ярде от несчастного, Гектор чувствовал его зловонное дыхание.

— Мы должны как можно скорее высадить этих людей на берег, иначе они умрут, — сказала Мария.

Гектор ничего не ответил, просто взял ее за локоть, отвел в сторону и тихо, чтобы другие не слышали, сказал:

— Мария, я сделаю все, что смогу. Но корабль в очень плохом состоянии, а я понятия не имею, как далеко отсюда ближайший порт.

Девушка высвободила локоть:

— Так узнай. Этот капитан-голландец, я вижу, совсем не заботится о своих людях.

— Посмотрю, есть ли на борту какие-нибудь лекарства, — заверил он Марию. — Изреель поможет вынести больных на палубу, чтобы вымыть и вычистить кубрик. Можно даже окурить здесь все или обработать уксусом, если он найдется. Но не жди чудес. Многие из этих людей умрут.

Она сверкнула на него глазами:

— Вон те двое — уже мертвы!

— Капитан! — позвал Гектор. — Вы знаете, где мы сейчас?

— Я болен, но навигацию еще не позабыл, — с кислой миной ответил фриз и медленно побрел к своей каюте. Гектор последовал за ним и помог ему развернуть карту, которая лежала на незаправленной койке.

— Вот здесь мы были вчера в полдень, — сказал Флюкт, ткнув грязным пальцем в точку на карте.

Гектор сразу оценил ситуацию. «Вестфлинге» находился немного южнее прямого маршрута с Ладроновых островов в Манилу, меньше, чем в сотне миль от Филиппин. Этот макан — замечательный штурман! Сакман шел по следу патаче, как ищейка.

— А куда вы направляетесь? — спросил Гектор.

Палец фриза помедлил, а потом скользнул по карте на юго-запад и остановился на скоплении островов:

— Наш пункт назначения — Тидоре.

Гектор с удивлением посмотрел на Флюкта:

— Но это же Молуккские острова, Острова Пряностей.

— Именно так, — подтвердил фриз. В его глазах зажглись лукавые огоньки. — Молодой человек, вы же не дурак и уже поняли, что я не хочу иметь ничего общего с Ост-Индской компанией. Но у меня были торговые сделки с султаном Тидоре, и между нами существует взаимопонимание.

Гектор снова перевел взгляд на карту. Маленькими крестиками и следами от воткнутых булавок был отмечен путь «Вестфлинге». Судно вышло с Островов Пряностей, зашло в порт Фучжоу в Китае, а теперь возвращалось по тому же маршруту.