Фрэнк Йерби - Гибель «Русалки»

У него было то, чего недоставало ее отцу, – хватка, как у старого Эштона, – качество, позволившее старику построить Фэроукс, основать новую династию и через несколько лет стать тем, кем он никогда не был (прекрасно помня об этом, иначе не развесил бы напоказ на стенах Фэроукса всех своих краденых предков), – аристократом и джентльменом. И теперь Гай, встретив ее, не стал заводить речь о дне рождения, не говорил с ней об этом и в последующие дни. Он просто ездил верхом в ее компании целую неделю, так что Джо Энн была на седьмом небе от счастья, в то время как бедняжка Кэти все глаза выплакала. Только в ту субботу, когда все должно было решиться, он наконец коснулся этого предмета:

– Джерри давно следовало бы подарить тебе настоящего скакуна. На этом жирном бочонке, набитом потрохами, ты никогда не научишься ездить правильно. Тебе ведь скоро исполнится десять, и, если бы у тебя была одна из серых лошадей, мерин или кобыла, я мог бы научить тебя…

– О Гай, правда? – вскрикнула она.

– Конечно. Почему бы Джерри не подарить тебе хорошую лошадь на день рождения?

– Я попрошу! Обязательно попрошу! Тогда я смогла бы верхом охотиться на лису…

– Что за охота на лису? – спросил Гай как бы ненароком.

Она уставилась на него:

– А разве ты не знаешь? Каждый год в мой день рождения мы…

– Но ведь я никогда не бывал на твоем дне рождения, – сказал Гай резко. – Поедем, что ли?

– Гай, – жалобно протянула она, – я хотела, чтоб ты пришел. Очень хотела. Только боялась, что мама… А впрочем, что за чушь! В этот раз ты придешь! Я прямо сейчас поеду и скажу папе, чтобы он прислал тебе приглашение.

– Не надо! – сказал Гай. – Если твоя мама не хочет видеть меня, то и у меня нет никакого желания приходить.

– Она никогда этого не говорила, Гай, – поспешно сказала Джо Энн. – Она всегда твердит, что ты умный и мужественный, весь в своего отца. Но они с папой так ужасно ссорятся. Папа думает, что ей слишком нравится твой отец. А когда она выходит из себя, она всем говорит гадости. Поэтому я и не приглашала тебя в прошлый раз. Ну а в этом году все будет по-другому. Вот увидишь…

– Мне не нужно приходить, Джо, – медленно проговорил Гай. – Я не хочу быть причиной какой-нибудь…

– А ты и не будешь. В прошлом году я ужасно скучала по тебе. О, я так хочу, чтоб ты пришел, Гай. Ну скажи, что ты придешь, обещаешь?

Он хмуро посмотрел на нее. Потом смягчился.

– Ладно, – сказал он. – Обещаю, если получу приглашение по всей форме от твоего отца. Ну, поехали, малышка.

Глава 6

Он возвращался от лодки-хижины и, отдавшись неторопливому бегу жеребца, чувствовал, как все его тело охватывает усталость.

– Гай! – позвал его кто-то хриплым шепотом, полным боли.

Он осадил серого и оглянулся:

– Фиби! Что случилось, детка?

– Масса Кил… – простонала она. – Он… он пытался… масса Гай. А когда я стала сопротивляться, взялся за хлыст и…

Гай соскочил с лошади и обнял Фиби. Он увидел большие багровые полосы, идущие через плечи крест-накрест. Когда он сильнее сжал ее талию, она коротко вскрикнула.

– Спина! – прошептала она. – На ней живого места нет, масса Гай.

– Ублюдок! – скрипнул зубами Гай. – Подожди, я еще доберусь до этого вонючего хорька!

– Нет, – устало усмехнулась Фиби, – он в своем праве, масса Гай. Ведь хозяин всегда может отстегать своего раба…

– Плевать мне на это! – выкрикнул Гай в ярости. – Он сам у меня попробует хлыста! Пойдем со мной в дом, Бесс приведет тебя в порядок, а потом…

– Нет, – повторила она. – Нельзя, масса Гай. Самого худшего-то вы еще не знаете…

– А разве было что-то еще хуже?

– Было. Масса Алан выбежал на шум. А масса Кил сказал, что я… что я…

Она разразилась рыданиями.

– Успокойся, девочка, – сказал Гай ласково. – Теперь-то все будет хорошо.

– Нет! Не видать добра, если у тебя черная кожа или хотя бы только бабушка-негритянка! А теперь и вовсе все пропало!

– Что же все-таки произошло? Расскажи толком, Фиби.

– Массе Килу надо было как-то выпутаться, вот он и сказал, будто я с ним заигрывала, и это, мол, так его взбесило, что он отстегал меня кнутом.

– И Алан Мэллори поверил?

– Нет, конечно. Не такой он дурак. Только мне-то что с того? Об их семье и так идет дурная молва из-за шашней с черными девушками. Вот он и отправил массу Кила в Дьердр, на плантацию, что выше по реке. А там, дескать, домашний учитель засадит его за книги и продержит до самого дня рождения Джо Энн. А со мной он так решил: послал человека сказать работорговцу, чтобы тот пришел к ним в Мэллори-хилл завтра. Он… он собирается продать меня еще дальше на Юг, масса Гай! Мне теперь только бежать остается!

– Ну ты пока не очень-то далеко убежала! Давай отвезу тебя к Ричардсонам. А потом попрошу денег у отца и отправлю тебя на Север.

– Нет, – сказала Фиби. – Если меня найдут у Ричардсонов, у них будет куча неприятностей. А ведь они мне друзья…

«Да, – подумал Гай, – она права. Если ночные патрули, которые рыскают по полям и дорогам, выслеживая беглых негров, найдут ее в лодке-домике, Ричардсоны попадут в беду. Содействие и помощь беглецу – одно из самых серьезных преступлений. – Он стоял и думал нахмурившись: – Есть только одно мало-мальски надежное место – хижина. Ведь не ходят же отец с Речел туда каждую ночь… Только вот в чем загвоздка: а вдруг они договорились встретиться там нынче? И все-таки придется воспользоваться хижиной. Больше спрятаться негде».

– Послушай, Фиби, – сказал он. – Я отвезу тебя в старую развалюху в лесу. Там ты будешь в безопасности. – Он посмотрел на нее в раздумье. – Услышишь храп коней – прячься в лесу. Но не слишком пугайся, если кто-то появится. Это скорее всего будет мой отец… или миссис Речел…

Фиби нашла в себе силы улыбнуться.

– Вы можете довериться мне, масса Гай, – сказала она.

– Знаю. Поэтому и рассказал тебе о хижине. Пробудешь там сегодняшний вечер и завтрашний день. Я принесу тебе еды, платье и шляпу, какие носят белые девушки. Кэти даст что-нибудь из своих вещей. У нее сейчас одежды много. Переоденешься и, может, проскочишь. У многих белых кожа ничуть не светлее твоей. А я возьму у отца деньги на пароход до Цинциннати. Ты знаешь толк в шитье, в рукоделии – значит, работу найти себе сможешь…

– Спасибо вам, масса Гай, – прошептала Фиби. – А ведь я оказалась права. Вы как раз такой, как я и думала: хороший и добрый, настоящий джентльмен…

– Вовсе нет, – отрезал Гай. – Скорее такой же ублюдок, как и все кругом. Но есть вещи, которых я не выношу. Ну ладно, пора трогаться в путь…

Взять деньги у отца казалось делом нетрудным: Вэс Фолкс был человеком щедрым. Кроме того, Гай точно знал, как подойти к нему с этой просьбой: отцовская сущность была его собственной сущностью, они и в самом деле ничем не отличались один от другого, разве что Гай был выдержаннее и не впадал так легко, как Вэс, в неистовство и ярость – даже в шестнадцать лет он был больше мужчиной и меньше ребенком, чем его отец.