Мальчишка, что посмел мечтать - Кирилл Владимирович Волков

пенного. — Идет. Выпить хочешь? Два месяца все-таки без пойла провел. — и отдает свою кружку Джонсону.

— Спасибо.

— Рассказывай. — вальяжно сидя произнес Хорниголд, чуть крутя свою кружку в руке.

— Своей команде я уже рассказал все что было. — начал Эдвард. — Но повторюсь еще. После того как я отплыл из Тортугу в Гаване я встретил Роджерса. Он сказала, что знает, где второй ключ. Мы договорились и вместе пошли забирать его из лап одного крупного работорговца, чья резиденция находиться на окраине Кингстона. Мы проникли на территорию, я разобрался с охраной, и мы зашли в дом. На втором этаже, когда я открыл двери предполагаемой комнаты, где и должен был находиться ключ, я увидел Лауреано. Бац — и я потерял сознание. Пришел в себя наверно на следующий день только. Я был в той самой темнице, прикованным цепями и висел, облокотившись на стену. На груди у меня уже была вырезана надпись «Пират», которую вы уже видели. — решил сделать легкое отступление капитан. — Кстати я забил ее сажей, чтобы не выделялась особо. Продолжу дальше. По началу я попытался сбежать, но наказание за проваленную попытку… Заставило меня отказаться от этой идеи и смириться со своим положением. Я смирился уже с тем, что меня скоро повесят. Меня каждый день били, резали, издевались, давая какие-то безвкусные харчи вместо еды. Но один солдат был другим — Андрес. Я помог ему сбежать, и пока он будет служить у меня на корабле. — чуть задумался капитан, обводя взглядом крыши знакомых домиков. — Присматриваюсь пока к нему. Меня отпускали побродить, «размять» ноги в комнате, но ночь я все равно проводил в подвешенном состоянии. Чтобы унять мысли в голове стал физически убивать, тренируясь до изнеможения: подтягивания, отжимание, пресс. И вот результат. — чуть постучал себя по плечу капитан и вновь вернулся к рассказу. — Вы сами видели. Когда силы иссекали, становилось легче. Боль мышечная застилала ментальную. Часто даже медитировал, чтобы чуть больше узнать о себе. — наконец немного отпил из чашки юноша. — А еще был такой интересный момент, что затягивать мне петлю на шее должен был сам Король Испании — Филипп Пятый, но до этого злополучного момента я хотел выбить себе беседу с ним. Он, правда, давно уже обо всем узнал и развернул корабль. А вздернуть меня должны были одиннадцатого мая, как раз в день моего рождения. Символично, правда? — единственным человеком, что сейчас мог улыбаться был именно Эдвард Джонсон, излагая свою историю. — Теперь вы поняли, как я жил. Начну рассказывать, как я из клетки выбрался. — и вновь коснулся кружки с пенным своими чуть сухими губами. — Рано утром я услышал залпы пушек за стенами, подумал, что это испанцы вновь палят по торговым судам местных жителей. Но слишком долго продолжался грохот. И вот одно ядро прилетает как раз именно в ту самую стену, на которую я облокачивался, когда висел. Ядро пробило стену именно в том месте, где цепь на правой моей руки была прикреплена к стене. Снаряд остановился в железных прутьях, а я вытащил вторую цепь из стены, нашел ключи и снял кандалы. Дальше я побежал в ту сторону, куда убежали солдаты, что меня охраняли, и в столовой встречаю Джека. А дальше вы знаете.

— Вот это да. — прошептала Рид с толикой восхищения и отпила из кружки. — А как часто и как сильно тебя избивали?

— Каждый день. В первую неделю было невыносимо больно было, все тело ныло. Но постепенно все меньше и меньше боли чувствовал. В последние дни вместо боли от ударов я чувствовал лишь небольшой дискомфорт. Человек привыкает ко всему. Но буду честен. Не особо и сильными были солдатики. Хиленькие на самом деле.

— Это жестоко. — заключил Тич, отпивая немного пива из кружки.

— Мне Чарльз рассказал, что как только они приплыли к тебе в форт и все рассказали, что касается моего исчезновения, ты сразу сел на свой корабль и отправился куда-то. И только сегодня вновь приплыл сюда, взял мой корабль и моих парней. Спасибо тебе. Но я хочу узнать, как ты меня нашел? Если это конечно не секрет. — легкая улыбка появилась на уставшем лице молодого капитана.

— Ты еще можешь шутить. Это поразительно. — Джек тут как тут.

— История моих поисков достаточно интересная если задуматься. Слушай. — чуть навалился на стол бывалый морской пес. — Когда Чарльз приплыл на «Пандоре» без тебя, я задался вопросом. Гуда же ты делся? Чарльз рассказал все, что произошло, и озвучил свои догадки о том, что тебя либо поймали и держат где-нибудь или уже убили. Он сказал, что в Кингстоне уже побывал и прочесал весь город. Тебя так и не нашел. Я сразу сел на свой корабль, «Месть Королевы Анны», и поплыл сначала за Беном в Гавану, потом в Порт-о-Пренс за Джеком, потом в Кингстон за Мери и на юге самым последним нашел Вейна, у одного маленького острова. Когда все были сборы, я озвучил ситуацию, и рассказал план. По которому мы все разделяемся и прочесываем море, острова и города в поисках тебя или даже зацепки что укажет, где тебя держат. Я отправил Мери на Восток, Бена — на запад, Джека — на север, Вейна отправил прочесывать сердцевину Вест-Индии, а сам отравился на юг, как ты знаешь, в самое опасное для пиратов место. На юге через месяц поисков я услышал в таверне разговоры про губернатора Кубы, что часто начал заплывать в один форт. Я понял, что Лауреано не просто так это делает. И я решил пообщаться поближе с солдатами, от которых это услышал. Но мы что-то не поделили, и мне пришлось их убить, случайно. Затем началось мое гонение с юга. Все испанцы на юге встрепенулись и начали меня ловить. Мне пришлось уплыть на север на некоторое время. Около месяца. Затем я решил вернуться. Подслушал у кое-кого, где сейчас Лауреано. Нашел его корабль у одного островка и начал следить. То он переплывет на один остров, то на другой, но через полторы недели моей слежки он решил отправиться к тебе в темницу, проведать тебя. Я проследил за ним до форта, развернулся и поплыл по всей Вест-Индии, собирая всех членов «Черного черепа». Затем мы вместе приплыли в мой форт, взяли с собой твою команду и твой корабль и поплыли тебя освобождать. Вот так и было. Мы и не рассчитывали снова тебя увидеть, если честно. Джейкоб, принеси еще. — проговорил Тич, показывая пальцем на свою уже полупустую кружку.

— Еще и такого. —