Мишель Зевако - Кровное дело шевалье

— Увы! Наша радость будет короткой. Я пришел лишь сказать, чтобы вы меня завтра не ждали. Обстоятельства не позволяют мне провести с вами несколько волшебных часов, которыми я так привык наслаждаться…

— Как! Вы завтра не придете?!

— Я просто в отчаянии. Но нынче вечером, через час, состоится чрезвычайно важное совещание. Соберутся очень знатные и влиятельные особы… От вас мне нечего скрывать — и я расскажу вам…

Алиса сообразила, что граф собирается посвятить ее в тайны большой политики. Этот разговор необходимо было прекратить, иначе маршал де Данвиль, прятавшийся в соседней комнате, наверняка бы все услышал.

— Вы владычица моей души, мои мысли полны лишь вами — так какие у меня могут быть секреты от моей суженой? — волнуясь, объяснял Деодат. — Так вот, нынче вечером…

— Не надо об этом, бесценный мой… перестаньте… Мне хочется, чтобы вы произносили здесь лишь слова любви. И ради Бога, не так громко…

— Но почему, мой ангел? Кто может нас подслушать?

— А Лаура, Лаура? — прошептала Алиса. — Моя родственница очень любопытна и страшная болтушка… помните об этом.

— Да, разумеется, вы совершенно правы. Я совсем запамятовал о вашей милой тетушке.

И тут в гостиную заглянула Лаура.

— Девочка моя, — сказала она, — я отлучусь… Вы с господином графом без меня, думаю, скучать не будете.

— Ах, нет, останьтесь! — переполошилась Алиса.

— Господи, Алиса! — вскричал потрясенный Деодат. — Неужели вы страшитесь меня? Значит, вы мне не доверяете?

— Что вы такое говорите, Деодат! — простонала Алиса.

Она была уже совершенно измучена, из последних сил сохраняя на лице маску спокойствия. Едва владея собой, женщина кивнула Лауре:

— Разумеется, тетушка, ступайте, только не задерживайтесь долго…

И вскоре Марийяк услышал, как с громким стуком закрылась входная дверь.

— Ну вот мы и одни, — нежно улыбнулся он. — Рискуя надоесть вам, я все-таки открою все свои тайны.

Алиса сделала последнюю попытку остановить молодого человека.

— Вы ведь ни разу не заходили в спальню?.. Хотите на нее взглянуть?

Деодат вспыхнул; страсть захлестнула его горячей волной. Однако юноша так почитал ту, которую назвал своей невестой, что затрепетал — и отказался.

— Спасибо, как-нибудь в другой раз, — дрожащим голосом произнес он. — Мне уже нужно уходить. И знаете, к кому я спешу, Алиса? К королю Наваррскому, да, да, к самому Генриху Беарнскому! А также к адмиралу де Колиньи и принцу Конде… Они встретятся на улице Бетизи…

«И он меня погубит, погубит нас обоих!» — задрожала от страха Алиса.

А Деодат все не мог остановиться:

— Там будет еще один человек… Поверите ли: маршал де Монморанси! Представляете?

У Алисы застучали зубы, граф испугался за свою суженую и, к счастью, не обратил внимания на то, что в двух шагах от него, за закрытой дверью кабинета, раздаются какие-то странные звуки.

— Что случилось, Алиса? Вам дурно? — беспокоился Деодат.

— Ах, нет… Впрочем, да, дурно, мне нынче неможется…

Алиса прикинула, не стоит ли ей и впрямь потерять сознание? Но, обладая блестящей способностью молниеносно оценивать все варианты развития событий, поняла, что в обморок падать не следует: если она лишится чувств, Деодат кинется искать воду, забегает по комнатам, влетит в кабинетик и столкнется нос к носу с Анри де Монморанси…

— Не волнуйтесь, все уже прошло, — еле слышно проговорила Алиса, — Пустяки… легкое недомогание… У меня это бывает…

— Бедная моя! Когда мы поженимся, я сделаю все для того, чтобы вы смогли наслаждаться мирной, счастливой жизнью. Тогда вы забудете обо всех болезнях.

— Да, любимый мой, поговорим лучше о будущем, о наших планах…

— Увы, мне пора, Алиса! Вам же известно: меня ждут. Речь пойдет об очень серьезных вещах. У нас появилась идея, которая поможет покончить со всеми распрями. Мы решили похитить Карла IX и принудить его к тому, чтобы он прекратил преследовать гугенотов…

— Умоляю! Замолчите! — вскричала Алиса, уже не владея собой.

Она бросилась к входной двери и открыла ее, заявив:

— Тетушка вернулась!

За дверью, и правда, стояла Лаура. Пораженная Алиса даже не попыталась выяснить, каким образом та появилась на крыльце. Ведь женщина упомянула о своей родственнице только для того, чтобы остановить поток откровений Деодата. И внезапно в самом деле обнаружила Лауру за дверью, хотя ни скрипа калитки, ни шагов старушки, приближающейся по садовой дорожке к дому, не слышала. Граф же ни на минуту не усомнился, что «тетушка» действительно только что вернулась.

— Значит, завтра мы с вами, увы, не увидимся, — грустно вздохнул Деодат.

— Вам надо торопиться, господин граф! Да хранит вас Бог! — говорила Алиса, мягко подталкивая любимого к выходу.

Он вежливо поцеловал своей суженой руку, как обычно делал в присутствии «тетушки», и молодые люди спустились во дворик.

— Деодат, — тихо сказала Алиса, — вы видите, что мне сегодня не по себе. Уже несколько дней меня изводят дурные предчувствия, я переживаю, по ночам меня мучают кошмары…

— Бедняжка моя!

— Будь осторожен, Деодат! — прошептала Алиса. — Береги себя! И никому не верь!

Взволнованный юноша попытался поцеловать невесту, но она все говорила, дрожа как в лихорадке:

— Ведь кто угадает, чьи уши услышат нашу наивную болтовню… Поклянись мне, что всегда будешь настороже! И в воде, которую ты пьешь, и в пище, которую съедаешь, может быть яд! Обещай, что не будешь рисковать, ангел мой!

— Конечно, конечно! — поспешно заверил ее немного испуганный Деодат. — Ты тревожишь меня, Алиса. Что происходит? Тебе что-то известно?

— Ах нет, ничего. Это только страхи, однако я привыкла доверять своим предчувствиям. Ты обещал мне, Деодат, не забывать об осторожности ни днем, ни ночью.

Алиса страстно прильнула к графу, он запечатлел на ее устах нежный поцелуй и растворился во мраке.

Алиса еще немного постояла во дворике: ей необходимо было успокоиться. Монморанси теперь знает все — в этом она не сомневалась. Он будет отпираться, но, разумеется, прекрасно слышал все слова Деодата. Маршал де Данвиль, приятель герцога де Гиза, естественно, тут же доложит ему о планах еретиков. Ненависть к брату лишь подольет масла в огонь, и Данвиль погубит всех: и Франсуа де Монморанси, и адмирала, и принца Конде, и Марийяка!

Остановить маршала может лишь она, Алиса де Люс. И единственный способ сделать это — уничтожить Анри де Монморанси. Алиса де Люс решилась на то, что казалось ей в этой ситуации неизбежным.

Она поспешила в гостиную и достала из столика кинжал — маленький, но острый нож с крепким стальным лезвием; это была не дамская безделушка, а смертоносное оружие. Алиса скрыла кинжал в рукаве: она видела, как испанки — фрейлины королевы Наваррской — прятали так свои стилеты.