Мишель Зевако - Капитан

Даже слуги сняли свои роскошные ливреи, облачились в кожаные плащи, взяли в руки оружие и заняли стратегические позиции.

В комнате, которую мы уже имели случай описать, находилась Леонора Галигаи. Она стояла у окна и смотрела на безлюдную улицу. Однако Леонора ничего не, видела: она глубоко задумалась. Женщина прикидывала, строила предположения, взвешивала шансы Гиза… Если герцог одержит победу, с маршалом д'Анкром будет покончено.

Она надеялась на вмешательство каких-нибудь таинственных сил, благодаря которым этот герцог в один прекрасный день просто исчезнет. Растворится без следа! О, если бы это было возможно! Если бы Гиз и правда пропал! Это стало бы триумфом Кончино! Но Леонора не только мечтала, но и действовала. Она уже все устроила. Наняла двести дворян, получивших немного золота и много обещаний. Заручилась поддержкой десяти гвардейских офицеров, несших службу в Лувре. Теперь стоит Леоноре лишь щелкнуть пальцами, и Людовик Тринадцатый будет, как пылинка, сметен с пути Кончино. Маршала д'Анкра ждет королевский трон!..

Леонора обернулась и оцепенела: она была в комнате не одна! Какой-то мужчина упал перед ней на колени! Женщина хищно улыбнулась.

– Бельфегор! – прошептала она. Наконец-то! Сейчас Леонора узнает, что стало с Жизелью и Капестаном. Галигаи медленно приблизилась к нубийцу.

– Встань! – приказала она.

Бельфегор повиновался. Леонора внимательно посмотрела на него. Нубиец похудел. Вид его внушал жалость. Бельфегор опустил голову и на удивление спокойно произнес:

– Госпожа моя, после того, что я сделал, я думал, что никогда больше не вернусь к вам. Не потому, что я боялся: смерть была бы для меня избавлением… Но я узнал, что вас хотят убить. Тогда через потайную дверь я проник сюда. Раз уж мне все равно суждено погибнуть, я хочу принять смерть, защищая вас…

На Леонору этот монолог преданного пса не произвел особого впечатления: Бельфегор принадлежал ей, так почему же ее должно было удивить его желание отдать за нее жизнь? Женщину сейчас интересовало совсем другое…

– Что ты сделал с мужчиной и девушкой? – резко спросила она.

– Я освободил их, – ответил Бельфегор.

На этот раз Леоноре не удалось сохранить спокойствия.

– Ты освободил их! – воскликнула она. – И почему же?

– Мне приказал это сделать какой-то голос, – тихо проговорил нубиец.

– Голос? – вздрогнула Леонора. – Голос! – пробормотала она в задумчивости.

«Может быть, это тот самый голос, который часто слышит Лоренцо? – подумала Галигаи. – Голос высших сил?»

– Итак, ты повиновался приказу какого-то голоса, Бельфегор? – пристально взглянула Леонора на нубийца.

– Да, моя госпожа! – скорбно вздохнул тот. – Даже если вы велите приковать меня к железной плите и опустить в колодец, я буду повторять вам то же самое…

Леонора погрузилась в размышления. Она не сомневалась в том, что нубиец не лжет. Мысль о том, что Бельфегор может ее предать, даже не приходила ей в голову… Наконец, словно очнувшись от тяжелого сна, женщина провела рукой по лицу и прошептала:

– Лоренцо! Звезды, как всегда, сказали тебе правду…

В этот миг Бельфегор проговорил:

– Но я могу сообщить вам, что стало с мужчиной и девушкой, которые должны были умереть.

Побледневшая Леонора вскрикнула от неожиданности.

– Говори! – выдохнула она. – И я прощу тебе все! Я озолочу тебя!

– Мне не нужно богатства, – покачал головой нубиец. – Но я рад, что вы меня прощаете. Голос велел освободить их – и все. Больше он мне ничего не приказывал… Так что слушайте. Девушку вы найдете на постоялом дворе «Сорока-воровка» в Медоне.

Вдруг раздался какой-то слабый шорох. Бельфегор насторожился. Однако Леонора, по всей видимости, ничего не слышала. Нубиец с беспокойством взглянул на дверь.

– А мужчина? – нетерпеливо спросила Галигаи. Понизив голос, Бельфегор ответил:

– Однажды я встретил его на Ломбардской улице и пошел за ним. Он живет на улице Вожирар, на постоялом дворе «Славная встреча».

Леонора закрыла лицо руками.

– Хорошо, – холодно произнесла она через минуту. – Я не буду выпытывать у тебя, Бельфегор, чьему приказу ты повиновался и что происходило в подземельях особняка: сейчас не время… Ты сказал, что меня собираются убить…

Нубиец хотел было что-то сказать, но Леонора ему не позволила:

– Да, да, я знаю, – вновь заговорила она. – Ты готов умереть за меня. Отлично! Бельфегор, возьми какой-нибудь хороший кинжал. В твоей руке – это грозное оружие. Ты будешь ждать меня у дверей комнаты монсеньора. Ты будешь следовать за мной, куда бы я ни направилась. И если я словом или знаком укажу тебе на какого-нибудь человека, убей его!

Леонора и нубиец вышли в зал. Там женщина остановилась: какой-то карлик, казалось, внимательно рассматривал картину, висевшую на стене.

– Лоренцо! – вздрогнула Галигаи.

В душу ей закралось подозрение. Леонору удивило не присутствие Лоренцо в особняке маршала д'Анкра – карлик часто бывал здесь – а кое-что другое. Лоренцо обернулся. Он подошел к Леоноре и, поклонившись, промолвил:

– Мадам, я подумал, что в такой день мои советы могут быть вам полезны. И вот я в вашем доме.

Женщина содрогнулась: никогда еще она не видела карлика таким бледным! Что произошло?

– Спасибо, мой добрый Лоренцо, – с трудом произнесла Леонора. – Ты меня не покинешь, я знаю. Я собираюсь в Лувр: мне нужно быть подле королевы. Ты пойдешь туда вместе со мной.

– Я полностью в распоряжении вашей милости, – вновь поклонился карлик.

– Прекрасно! Я отблагодарю тебя за твою преданность, Лоренцо!

И тут же Леонора шепнула на ухо Бельфегору:

– Если этот уродец попытается ускользнуть – пусть даже на минуту – заколи его!

Вслух же Галигаи распорядилась:

– Подождите меня оба у покоев маршала.

Маршал д'Анкр сидел в кресле. Услышав, что открывается дверь в его комнату, он вздрогнул. Кончини всерьез опасался, как бы этот день не стал последним в его жизни. Но было кое-что такое, чего он страшился даже больше смерти. Он боялся умереть, не отомстив Капестану и не увидев еще раз Жизель!

Две страсти – ненависть и любовь – измучили этого человека. О своей любви и о своей ненависти он и размышлял в тот момент, когда в комнату вошла Леонора.

– Что! Что случилось? Кто здесь? – завопил Кончини, хватаясь за кинжал. – А, это вы, Леонора, – облегченно вздохнул он, увидев Галигаи.

– Да, мой Кончино, – нежно отозвалась та. – Ну, чего ты боишься? Ведь я с тобой!

Кончини с ненавистью посмотрел на эту женщину. На ее любовь, нежность и верность он отвечал лишь презрением.

– Да, конечно, ты со мной, – проворчал маршал, – словно злой дух, приносящий несчастье… О чем ты явилась сообщить мне на этот раз? Когда ты приходишь ко мне, я всегда жду беды. Ты и горе неразлучны, в этом я давно убедился. Зачем ты притащилась сюда? Мы же договорились, что будем видеться только на людях.