Азат Ахмаров - В августе 79-го, или Back in the USSR

Ознакомительный фрагмент

– Пока двести метров, но можно подобрать еще пятьсот – семьсот.

– Бери все – в следующем сезоне у нас будет самая крутая дискотека на побережье, – пообещал я. – Бабки пополам?

– Договорились. – Рустам довольно потер руки. – Арслан умрет от зависти. Давай, за новую дискотеку!

Мы снова выпили, после чего я первым обратился к Рустаму:

– Слушай, Рустам, у меня тут проблема одна есть, сможешь помочь?

– Какой базар! Говори.

– Хочу новый паспорт поиметь, на другую фамилию, на всякий случай.

– Реальный или так, бумажку до первой серьезной проверки?

– Реальный.

– Реальный дороже и, скорее всего, с местной пропиской.

– Пойдет.

– У меня человек в морге работает, туда часто мертвяков привозят с документами, а родственников нет. Он подберет тебе что-нибудь подходящее по возрасту и внешности.

– Сколько по деньгам?

– Пятихатки хватит. Когда надо?

– Вчера.

– Заказ сделаю сегодня, а когда будет подходящий вариант – не знаю, может, через неделю, а может, завтра.

– Хорошо.

– А что, в «конторе» тебе не могут помочь?

– А я не хочу, чтобы там знали, – заговорщицким тоном произнес я.

– Понятно…

– Ну, давай по последней… Такая нам досталась доля – нам не прожить без алкоголя!

Приняв еще по пятьдесят грамм за дружбу и договорившись встретиться вечером, мы попрощались. Рустам оставил чистую катушку под «Машину времени» и укатил на работу.

Ну что, дела вроде налаживаются, подумал я, если за неделю не попаду в милицию. Все очень даже неплохо складывается, а я ведь всего второй день в августе 79-го! Что же будет через месяц? Кстати, действительно, что же будет через месяц? Пора мне определяться.

Я готовил себе завтрак и рассуждал про себя. Пока буду придерживаться версии, что я здесь надолго. Сильно светиться опасно – в этом времени каждый пятый стучит в органы. Но на юге, в массе народа, затеряться несложно. Неделю вроде должен продержаться.

Дальше. Чтобы хорошо жить в Союзе в это время, чтобы полностью использовать все мои плюсы в виде компьютерных программ и музыки, нужно иметь возможность выезжать за границу, а лучше вообще смотаться насовсем. Здесь, в СССР, имея большие деньги, придется всю жизнь их скрывать, если не зарабатывать их легально.

И тут возник второй вопрос: как в СССР я смогу заработать легально много денег и получить выезд за рубеж? Если бы у меня было техническое образование, я бы мог что-нибудь «изобрести» и прославиться. Кто еще в стране имеет легально много денег? Космонавты, ученые, спортсмены, артисты, музыканты… Айкидо пока запрещено, артист из меня так себе, музыкант тоже, певец тем более. Правда, у меня неплохой слух, я легко бренчу на гитаре и неплохо подбираю мелодии на пианино. Этим я в свое время целыми днями занимался, и время и усилия были потрачены не зря. Некоторые мои однокурсники, окончившие музыкальную школу по классу фортепьяно (я проучился в музыкальной школе, осваивая скрипку, всего один год, после чего меня с треском выперли за лень. Ну не нравилась мне скрипка так, как моим родителям!), удивлялись, как я, кое-как читающий ноты, быстро и правильно подбирал на слух аккомпанемент к какой-нибудь песне. Но на профессионального музыканта я, конечно, не тянул никак.

И тут меня осенило. Имена Пахмутовой, Шаинского и Добрынина в СССР известны всем, эти люди богаты легально и спокойно ездят за бугор. Более того, в какой-то передаче я слышал, как Добрынин жаловался, что на отчисления ВААП только за одну песню в СССР можно было жить всю жизнь, а в современной России ему за авторство почти никто не платит! Кто мешает мне, раз уж так выпала карта, выдавать песни, которые еще не написаны, за свои и иметь за них всенародную любовь, славу, деньги и возможность выезда за границу?!

Подробности своих грандиозных наполеоновских планов я обдумывал уже по дороге на пляж. Зайдя по пути в фотостудию, я снялся и договорился за дополнительную трешку с седовласым фотографом, что фотографии на паспорт будут готовы к вечеру.

В центре города стояли свободные такси – и я скоро догадался почему. Хотя уже госцена проезда на такси была довольно высокой – 20 копеек за километр, по счетчику в Анапе никто из таксистов не ездил: зажиревшие водилы просили обычно два счетчика, а с вокзала – все три! Поэтому когда я, не спрашивая разрешения, уселся на заднее сиденье такси, как и положено на Западе, водитель удивленно уставился на наглого клиента.

– Куда уселся? Заказано такси!

– Hello, mister, take me to the Shachtiorskaya Slava sanatoria, please.

– Опа-на, иностранец! Откуда взялся? – обрадовался таксист. – Гуд, мистер, ноу проблем! Интересно, куда ему?

Я повторил с краснодарским акцентом:

– Shachtiorskaya Slava sanatoria, please.

– А, «Шахтерская слава»! – дошло до таксиста-полиглота. – Не боись, мистер, доставлю в лучшем виде! – Не пряча довольной физиономии, он включил счетчик и дал по газам, причем поехал в другую сторону. – Только сначала покатаемся.

Сделав двадцатикилометровую петлю, таксист наконец направился в сторону санатория. Где-то на полпути он многозначительно постучал по счетчику.

– Мистер, эй, мистер, долларс, долларс.

– No dollars, rubel, – сказал я, сделав вид, что не понимаю.

Таксист испугался и даже остановил машину.

– Какой еще рубел, чурка капиталистическая, говорю тебе: но рубел, долларс. Понимаешь? Долларс – гуд! Рубел – ноу гуд!

– А как же двадцать пятая статья, гражданин Шапиро?.. – Фамилию водителя я прочитал на карточке, укрепленной на приборной панели. – Валютные спекуляции чреваты сроком от трех лет с конфискацией!

– Вы что, из милиции? – проговорил, бледнея, таксист.

– Нет.

– Что, оттуда?.. – Таксист еще больше испугался.

– Расслабься, Шапиро, – пошутил я. – Давай, наконец, в санаторий вези!

Водитель начал понемногу успокаиваться.

– А что мне со счетчиком-то делать?

– Не боись – оплачу!

– Двойной?

– Ага, еще скажи: тройной! Нечего, сам виноват! Какого ты меня в эту сторону повез? Еще бы в Сочи укатил! Скажи спасибо, что вообще оплачиваю. не будешь мухлевать больше! Ты вот что, подзаработать хочешь? Мне частенько машина бывает нужна.

– Да? А расценки знаете?

– По дороге и узнаю. Давай в санаторий!

Ничего не скажу, приятно было ощущать себя миллионером! По пути я договорился с Аликом (так назвался Шапиро), что при необходимости он будет меня возить по нормальной таксе – десять рублей в час.

Я пожалел об отсутствии сотовых телефонов, но Алик дал номер домашнего телефона и сказал, что живет недалеко от стоянки такси, так что его сынишка или жена по звонку сбегают до него за пять минут.

Подъехав к санаторию «Шахтерская слава», я расплатился с Аликом и пошел к входу. На входе сидела грозная вахтерша и проверяла курортные карточки, но, услышав, что я к Регине, широко улыбнулась и направила меня к лодочной станции. На пляже я шахтеров не увидел, по крайней мере, какими я их себе представлял – чернолицых парней с мозолистыми руками. Зато было полно пухлых дяденек, которые с важным видом грели свои животы на солнышке. Видно было, что санаторий крутой и престижный. На территории зеленела чистая травка, ухоженные кустики с цветами, радовали глаз свежевыкрашенные скамеечки, беседки с колоннами, кабинки для переодевания. На пляже золотился чистый песочек, были там даже пальмы, а народу отдыхало относительно немного. В общем, санаторий «Шахтерская слава» являл собой нехилый уголок капитализма.