Патрик О'Брайан - Фрегат Его Величества Сюрприз

И все-таки хитрость Джека не оказалась напрасной вовсе — ему удалось выиграть бесценное время. Много ли? Он взял курс на «индийцев» с расчетом пересечь их путь. Проклятущий бриг находился лигах в четырех, по-прежнему паля, как в ночь Гая Фокса; до другого судна, видимо, примерно столько же: только благодаря чистейшему в этот час воздуху удавалось разглядеть намек на его брамсели на фоне сияющего неба. Джек не сомневался, что это один из фрегатов, и что вся эскадра Линуа, за исключением, возможно, корвета, перерезает возможный маршрут следования «индийцев». Ей по силам нагнать конвой, и при этом устойчивом муссоне «купцам» от нее не уйти. Но чтобы нагнать конвой ей потребуется немало времени, и у Линуа уйдет большая часть дня на то, чтобы стянуть свои силы в кулак и заняться Китайским флотом.

Старшие капитаны поспешили на борт «Сюрприза», возглавляемые своим коммодором, мистером Маффитом. Развевающийся на грот-мачте фрегата сигнал и энергичные внушения коммодора позволили капитанам осознать всю серьезность ситуации; они были взволнованными и мрачными, но часть, к сожалению, расшумелась, изрыгая проклятия в адрес властей, неспособных защитить их, или строила теории на предмет того, где же Линуа действительно был все это время. Служба в Компании поощряла проявлять умение и дисциплину, но ее уложения требовали от коммодора выслушивать мнения своих капитанов прежде чем принимать какие-либо важные решения. Как и всякий военный совет, этот был многословным, нерешительным, склонным к пессимизму. Никогда Джек так не сожалел об отсутствии строгой иерархии военного флота как во время пространной речи мистера Крейга, сетовавшего на то, что они не попали бы в такую ситуацию, если бы не стали ждать корабля из Ботани-бей и двух «португальцев».

— Джентльмены, — не выдержал наконец Джек, и обратился к трем-четырем капитанам, проявлявшим признаки решимости. — Не время вести разговоры. Нужно выбрать одно из двух — либо убегать, либо сражаться. Если вы побежите, Линуа перехватает вас всех поодиночке, ибо мне под силу сдержать только один из его фрегатов, а «Маренго» способен сделать пять лиг пока вы пройдете три, и может справиться сразу с двумя любыми вашими судами. Если мы будем драться, если мы сконцентрируем силы, то сможем отвечать ему выстрелом на выстрел.

— И кто же будет стрелять? — раздался голос.

— Я, сэр. Более того, у Линуа поблизости нет доков, и до Иль-де-Франс ему плыть добрых три тысячи миль: у него мало запасов, и каждое рангоутное дерево или бухта двухдюймового троса имеют для него стократ большую цену чем для нас — сомневаюсь, что у него на всю эскадру найдется хоть одна запасная стеньга. Из соображений долга он не может рисковать серьезными повреждениями, и потому, натолкнувшись на ожесточенное сопротивление, не станет развивать атаку.

— А откуда вам может быть известно, что он не пополнил запасы в Батавии?

— Давайте оставим пока этот вопрос, с вашего позволения, — ответил Джек. — Нельзя терять времени. Вот мой план: у вас в три раза больше судов, чем рассчитывает увидеть Линуа. Три самых хорошо вооруженных корабля поднимают положенные военным кораблям боевые стяги и вымпелы…

— Нам не разрешено носить цвета военного флота!

— Может быть, вы позволите мне продолжить, сэр? Я беру на себя всю полноту ответственности, и обещаю уладить вопрос с необходимым разрешением. Самые крупные «индийцы» образуют линию баталии, собрав со всего конвоя наиболее пригодных для обслуживания пушек людей; все меньшие суда занимают положение у них под ветром. Я направлю по офицеру на борт каждого корабля, который будет играть роль боевого, и выделю сколько могу канониров. Сформировав правильную, четкую линию мы будем вдвое превышать численно его авангард или арьергард, и подавим их количеством. Отвечаю: поставьте с одного борта у него пару ваших прекрасных кораблей, а «Сюрприз» с другого — и мы побьем даже семидесятичетырехпушечник, не говоря уже о фрегатах.

— Верно, верно! — вскричал мистер Маффит, хватая Джека за руку. — Какой дух, Богом клянусь!

Хотя в последовавшей какофонии голосов можно было уловить энтузиазм и поддержку — один капитан даже стучал кулаком по столу и орал: «Мы будем молотить их раз за разом!» — слышались реплики и тех, кто не придерживался подобного мнения. Где это видано, чтобы «купцы» с их загроможденными палубами и недостатком людей смогли хоть пять минут продержаться против могучего линейного корабля? На большинстве торговцев только жалкие восемнадцатифунтовые каннонады. Куда лучший план состоит в том, чтобы разделиться — хоть кто-то сумеет спастись: вот «Дорсетшир» наверняка сможет убежать от французов. Кто может привести пример, когда корабль с весом бортового залпа в 270 фунтов мог сопротивляться противнику с залпом в 950 фунтов?

— Тише, мистер Крейг, — сказал Маффит прежде, чем Джек успел ответить. — Разве вам не известно, что капитан Обри — именно тот джентльмен, который, командуя бригом «Софи» взял «Какафуэго», тридцатидвухпушечный фрегат? Насколько я полагаю, сэр, вес залпа «Софи» тоже значительным не был?

— Двадцать восьмифунтовок, — покраснев, отозвался Джек.

— Ну и что, — заорал Крейг. — Я имел в виду свой долг перед Компанией. Я уважаю капитана, без вопросов, и мне жаль, что я не запомнил его имени. Полагаю, он меня не осудит: я просто думаю о Компании и своем грузе — не о себе самом.

— Убежден, джентльмены, — продолжил Маффит, — что мнение совета, как и мое, склоняется в сторону плана капитана Обри. Я не слышу ни одного возражения. Джентльмены, приказываю вам прибыть на свои корабли, приготовить порох и орудия, и следить за сигналами капитана Обри.

На борту «Сюрприза» Обри собрал своих офицеров у себя в каюте.

— Мистер Пуллингс, вы с Коллинзом, Хэверхиллом и Поллибланком отправляетесь на «Лашингтон». Мистер Баббингтон с братьями Мосс — на «Ройял Джордж». Мистер Брейтуэт — вы на бриг, для репетовки сигналов. Захватите с собой резервный комплект флагов. Мистер Боувз, могу я просить вас проследить за орудиями «Графа Кэмдена»? Знаю — лучше вас никто не сможет их наводить.

Казначей зарделся от удовольствия: если капитану угодно, он готов оставить сыр и свечи, которые ему так дороги, но просит придать ему Эванса и Земляничного Джо.

— Значит, решено, — кивнул Джек. — Теперь еще об одном, деликатном деле, джентльмены: нам ни в коем случае нельзя обидеть офицеров Компании. А некоторые из них весьма вспыльчивы — малейший намек на недружелюбие будет иметь ужасные последствия. Люди должны четко понимать: никакого высокомерия, никакой отстраненности, никаких упоминаний про «чайные баржи», или как их там зовут на флоте. Наша единственная задача — добиться, чтобы их орудия стреляли быстро, чтобы они шли на сближение с Линуа и старались нанести его такелажу и рангоуту наибольшие повреждения. Пытаться бить его по корпусу или стараться перебить экипаж — пустая затея — он любого боцмана готов сейчас отдать за лисель-спирт, и стреляй мы даже точнее всех на свете, нам ни за что не удастся потопить линейный корабль. Мы должны стрелять так, как это обычно делают французы. Мистер Стауртон, нам с вами предстоит составить список канониров, которыми можем пожертвовать, и пока я буду распределять их по «индийцам», вы отведете фрегат на ост и будете наблюдать за перемещениями Линуа.