Подземный мир - Вольфганг Хольбайн

обязательно затеешь какую-нибудь глупость. - И тут же, без перехода, Двицель посерьёзнел: - .Раньше я не мог появиться. Не так-то просто было найти дорогу, куда не доставала бы эта гадость, которая висит на потолке вашей жилой пещеры.

Михаэль посмотрел на Двицеля взглядом, полным благодарности, и подошёл к панели с кнопками около растерзанных дверей. Панель тоже пострадала: одна из лампочек разбилась, из-за исковерканного металла торчали оборванные концы цветных проводков.

Без особых надежд Михаэль нажал на кнопку первого этажа. Раздался щелчок, кабина дрогнула и снова затихла.

И хотя Михаэль ни на что другое не рассчитывал, он так огорчился, что застонал.

- Что такое? – Двицель вспорхнул ему на плечо, - Что, этот шарабан не работает?

- Боюсь, что нет. - Михаэль отрицательно покачал головой, потом попробовал второй раз, потом третий, пока не понял окончательно, что лифт испустил дух и эта дорога наверх им заказана. Он взглянул на двери. Они хоть и закрылись, когда он нажал на кнопку в первый раз, но имели плачевный вид.

- Ты разве подумал не то, что я подумал, что ты думаешь? - спросил Двицель. Видимо, он отгадал мысли Михаэля.

- А ты знаешь отсюда другой путь?

- Но там не выйти. Вся эта банда уже заждалась нас.

- А я считал, что...

- Ты считал, что я справлюсь с ними один? – Двицель всплеснул ручками. - За кого ты. меня принимаешь? Я их только спугнул. И может, с двумя-тремя и разделался бы. Но не с двадцатью, же! - И он указал на панель с кнопками: - Попробуй ешё раз.

Михаэль послушался, но все кончилось тем же результатом.

- Бесполезно, - сказал он. - Сломался.

- Ну так почини! – потребовал Двицель.

- Я не умею, - признался Михаэль и со вздохом добавил: - Кажется мы в ловушке.

Улыбка Двицеля на секунду погасла, он укоризненно посмотрел Михаэлю в лицо, вспорхнул и со вздохом пожаловался:

- Ну всё приходится делать самому! - Он кивнул на двери: - Открой-ка.

Михаэль послушно потянулся к кнопке. Двери жалобно заскрипели, но раскрылись, и Михаэль испуганно вздрогнул, взглянув прямо в зелёную рожу с белыми глазами. Двицель ринулся на гоуля, рассыпая искры, но в последний момент поднялся над его безволосым черепом и исчез в глубине туннеля. Михаэль второй раз ударил кулаком по кнопке, которая закрывала двери.

Гоуль испуганно отпрянул перед Двицелем, но потом сообразил своими дремучими мозгами, что ещё жив, а добыча, которую он считал ускользнувшей, находится совсем рядом, и с рыком двинулся к лифту. Тут дверцы закрылись.

Михаэль сполз по стене на корточки. Гоули снова принялись ломиться в кабину. Михаэль же достиг такой степени душевной усталости, что уже не мог чувствовать страха. Он не сомневался, что двери продержатся недолго, и безучастно ждал вторжения гоулей. Убьют ли они его, как брата Лизы и Хендрика? Почему-то он не мог в это поверить. Гоули, конечно, были препротивные твари, но не убийцы. Они были, в худшем случае, трупоеды, и что самое главное: у них была психология трупоедов. Даже такой слабый противник, как Двицель, сумел обратить их в бегство. А уж такой крепкий парень, как Михаэль, если соберётся с силами, никак не станет для них лёгкой добычей. С другой стороны, от Лизы ему было известно, что исключения из этого правила всё же случаются.

Вдруг удары по кабине прекратились. Снаружи, послышался другой шум, но не дребезжащие голоса алчных гоулей, а глухие удары и грохот, перемежаемые рыком дикого льва, сорвавшегося с цепи. Потом с пугающей внезапностью воцарилась тишина. Правда, ненадолго, потому что вслед за тем кабина содрогнулась от следующего удара. Михаэль в страхе вскочил.

- Открой! - пропищал тоненький голосок. - Это я, Двицель!

Михаэль обрадованно нажал на кнопку. Слабенький электромотор пожужжал немного и смолк, не справившись с задачей.

- Чего ты тянешь? - шумел Двицель. - Открывай же!

- Не получается, - ответил Михаэль. - Больше не действует!

Двицель ничего не сказал, но через секунду кабину сотряс такой удар, что двери наполовину выскочили из рамы. В растерзанном проёме показалась могучая трехпалая лапа, словно высеченная из чёрного гранита. Одним движением она окончательно вырвала створку двери из гнёзда и небрежно отшвырнула её в туннель. Михаэль увидел великана с бездонными чёрными глазами.

- Брокк! - в ужасе крикнул Михаэль.

То был тролль! Он явился, чтобы утащить Михаэля!

Но перед троллем мельтешил Двицель:

- Только ты не бойся! Это Брокк. Ом тебе ничего не сделает.

- Я вижу, что это Брокк, - ответил Михаэль, дрожа всем телом. - Но ведь он... он же за них!

Двицель озадаченно взглянул в каменное лицо тролля и снова обернулся к Михаэлю:

- Кто тебе это сказал?

- Ну, я думал... он ведь всё-таки... он же... А что, нет?

Двицель рассмеялся:

- Конечно нет. Его вообще не надо бояться!

Двицель влетел в кабину и за ним, поколебавшись, последовал Брокк. Кабина содрогнулась, и Михаэль сочувствовал, как канат, на котором она висела, угрожающе натянулся.

- Ну что, - осведомился Двицель, - ты починил эту рухлядь?

- Я не умею. Я же не механик.

- Ай-я-яй! - Двицель принялся размахивать ручками, осыпая Михаэля искрами - Я вот не воин, а прогнал гоулей, я не переводчик, а привёл Брокка. И я не нянька, а постоянно вожусь с тобой, что, не так? - Не дождавшись ответа, он смиренно добавил: - Ну что, ты ещё не придумал, как выбраться отсюда?

- Нет, - признался Михаэль, - Я думал... может быть, тем путём, каким...

- ...каким пришли мы? - догадался Двицель. - Нет, не получится. Тебе там не пройти.

- Может, взобраться по канату? - Михаэль показал на крышу кабины. - Там есть люк. Если Брокк меня подсадит, то я попробую...

Он не договорил, потому что Брокк решил проблему по-своему: Он выпрямился и тыльной стороной ладош вышиб не только люк, но и часть крыши,

Они увидели шахту. Несущие канаты отвесно уходили во тьму.

- И ты хочешь по ним взбираться? - насмешливо спросил Двицель.

Михаэль робко кивнул:

- Если у тебя нет никакой другой идеи... В конце концов, я могу остаться и здесь.

Двицель вздохнул:

- Ну, ладно. Придётся ещё немного, походить в няньках. - Он указал на тролля: - Держись за него!

Громадная рука Брокка осторожно обхватила Михаэля, а вторая потянулась вверх, и, впиваясь в